История о двух котиках

Дом Сингто

      В тот момент, когда Прачая, переступив порог дома, тихонько закрыл за собой дверь, в его голове билась только одна мысль: как же перенести номер певца в свою телефонную книжку?       — Гав! — вдруг услышал фотограф и, сообразив, что звук идёт со стороны двора, быстро поставил стакан с кофе на кухонный стол убегая в гостиную.       «Задержитесь, пожалуйста, задержитесь там хотя бы на минутку», — отчаянно взмолился Сингто и, схватив телефон, который по-прежнему лежал на столике, рванул к спальне.       — Бадди, прекрати меня тянуть и дай отцепить поводок, чтобы ты мог… Ой, милый, а ты уже вернулся?       «Черт! Так, ведём себя, как можно спокойнее и естественнее», — дал себе напутствие Прачая и нежно улыбнувшись, проговорил:       — Да, родная. Там на столе кофе, это для тебя, а я сейчас буду. Не скучай!       — Стой, Сингто. А где ты раздобыл… кофе? — уже в пустоту крикнула девушка, слыша, как захлопывается дверь, а после с тяжелым вздохом, отцепив поводок, произнесла:       — Хороший мой, иди, поиграй пока с мячиком, ладно? А я приду через пару минут.       — Гав-гав! — отозвался щенок — первая дурь после небольшой прогулки из него уже выветрилась, так что теперь у Пич было около трёх-четырех часов до того момента, как Бадди опять начнет активничать и лезть со своими играми.       — Хмм, интересно-о-о. Откуда же ты его взял, любимый? — задумчиво пробормотала девушка, подходя к столу и беря напиток в руки. — Та-а-ак, стаканчик белый, без каких-либо логотипов, а кофе… Ммм, а кофе просто волшебный! — спустя пару мгновений буквально простонала Пич, чуть не проглотив язык, и повернувшись в сторону спальни, что есть силы, прокричала:       — Черт возьми! Сингто Прачая, ты где раздобыл такой вкусный кофе?

***

      — Отличненько! Номер я перенес! Теперь надо его как-то подписать, — пробормотал фотограф, думая над именем контакта.       Спустя десять минут, откинув неопределенное К, размытое К.П. и банальное Singer, Прачая слегка приуныл. А через несколько секунд, хлопнув себя по лбу, воскликнул:        — И как же я сразу не догадался? Так я точно не забуду, чей это телефон, — после чего через несколько мгновений в поле имя контакта появилось звучное и красивое Mr. Turtle.       — Идеально! — цокнул языком фотограф, сохраняя имя, а после, поддавшись какому-то безотчетному порыву, нажал на кнопку вызова.       — Алло, — раздалось спустя три гудка, и Прачая, чувствуя непонятное удовлетворение от того, как мелодичный тембр певца ласкает его слух, произнес:       — Крист, это Сингто.       — Оу! Окей, я сохраню твой номер. Это всё? — деловито поинтересовался Перават.       — Нет! — громче, чем надо отозвался фотограф, а затем проговорил:       — Надеюсь, тебе понравится имя контакта. Я долго думал и решил подписать тебя, как Mr. Turtle.       — Как-как? Черепаха?       — Хмм, вообще-то Черепашка. Ты… Ты напоминаешь мне черепашек-ниндзя, — тихо признался Прачая, а после, спохватившись, быстро добавил:       — Ну, и ещё меня вдохновил твой ник в игре.       — Ах, вот оно что? Игровой ник. Тогда отлично. Окей, если это всё…       — Нет, подожди ещё секунду. Я просто хотел уточнить: раз мы всё отсняли вчера — значит, до отъезда больше не увидимся?       На пару секунд в трубке повисла тишина, а потом Крист насмешливо спросил:       — Поправь меня, если я что-то путаю, но ты ведь всего минут пятнадцать назад вернулся домой и ещё не успел поговорить со своей девушкой, верно?       — Да, не успел…       — А раз не успел — тогда не стоит задавать подобные вопросы, Кхун`Лев. Удачи в предстоящем разговоре и хорошего дня. До связи.       — До связи, — только и успел пробормотать Сингто, прежде чем собеседник отключился. Тряхнув головой, фотограф положил телефон на стиральную машину и, повернувшись, посмотрел на себя в зеркало, выдохнув:       — Мда, Кхун`Прачая, разговор тебе предстоит не из лёгких, так что удача точно не будет лишней. Спасибо Крист. Ну что, файтинг!       С этими словами фотограф вздохнул и, взъерошив волосы, принялся тщательно мыть руки — номер Перавата ни в коем случае не должен был остаться ещё где-то, кроме списка контактов в его телефоне.

Тем временем в доме Криста

      — Твою ж дивизию! Этот парень играет на моих нервах! — громко простонал певец и, подойдя к установке — с момента окончания разговора прошло уже целых полчаса — с чувством бахнул палочкой по одной из тарелок, выдохнув:       — Тридцать минут, я уже целых тридцать минут думаю о том, с какой надеждой Сингто спрашивал о поездке. Блин, Крист, так и с ума сойти недолго. Ну-ка, быстро возьми себя в руки!       — Мяу! — раздалось от двери, после чего Плуто, прыгнув на небольшую тумбочку, куда певец обычно ставил свой ноутбук, палочки и прочую мелочь, которая могла ему понадобиться в процессе работы, с важным видом уселся прямо посередине.       — Здравствуйте, ваше высочество. Чего изволите в это прекрасное утро? — максимально подобострастно спросил Перават, а потом практически сразу же сменив тон, прорычал:       — Ну и какого хрена, дорогой, ты опять сел на мой компьютер?!       — Мя-я-я! — громко протянул сфинкс.       — Что? Думаешь, если ты без шерсти, то всё можно? А ничего, что твои лапы грязные? А ничего, что на крышке моего ноутбука останутся следы?!       В ответ на эмоциональное выступление папули котик, уже давно привыкший к подобной экспрессии, лишь задумчиво наклонил голову, а после, спрыгнув с тумбочки, поднял голову и крайне выразительно посмотрел на Криста.       — Вымогатель! — фыркнул певец через пару минут таких гляделок и скомандовал:       — Так, ладно, ещё несколько часов у меня есть. Потому, идём кушать, потом немного погуляем, а после я иду работать в студию, чтобы вечером потусить с друзьями. И ты либо присоединяешься, либо идешь спать, ясно?       — Мрр-мяу, — откликнулся Плуто, а потом, вдруг прищурившись, взвился вверх и выбежал из студии.       — Засранец! — с нежностью констатировал Перават, провожая сынулю взглядом, после чего со вздохом пробормотал:       — Но ты, мой родной, куда меньший засранец, чем наш сосед! Нет, ну надо же, задал всего один вопрос, а я уже продумал на него тысячу и один возможный ответ! Черт, Крист, на тебя это совсем не похоже. Соберись, парень, соберись!

Дом Сингто, задний двор

      — Пич, солнышко, ты зачем вытащила из дома наш пляжный зонтик и шезлонг? Я думал, у нас будет пикник, — растерянно протянул Прачая, окидывая взглядом часть газона, которую девушка решила приспособить под их отдых.       — А чем это тебе не пикник, милый? Сейчас приготовим вкусностей, возьмём сока, водички и уляжемся на шезлонг. Вернее, ты на шезлонг, а я — на тебя, — воодушевленно отозвалась Пич и тихо хихикнув, унеслась в дом.       — Мда, не так я представлял себе слово «пикник». Хмм, а почему… — начал Сингто, а затем, справедливо рассудив, что этот вопрос как раз и стоит задать организатору свидания, быстро направился к дому, крича:       — Дорогая, а почему тогда не…

Спустя пять минут

      — Ну, блин, какой ещё столик?       — Садовый. Или хотя бы поднос для завтраков в постель. Нафига мы его вообще купили?!       — Да, точно! Вот на кой хрен нам такая вещь, если наш завтрак обычно проходит по одному и тому же сценарию: с половиной сэндвича во рту и чашкой кофе в руке мы пытаемся построить планы на вечер? И хоть как-то вписать в них Бадди!       — А что ты хотела, любимая? Твой пёс — тебе и планировать его досуг. Я уже этим занимался и больше не хочу. Спасибо за полученный опыт, — подытожил фотограф, стараясь, чтобы в голосе не прозвучало издевательских ноток, и сделал вай.       — Сингто! — вдруг прищурилась девушка, изменившись в лице. — Ты что, собрался до конца жизни напоминать мне о том, как Бадди испугал нашего соседа и его кота?       — Нет! Но тогда ты была не права!       — Ах, это я была не права? Я? А на тебя, как оказалось, нельзя положиться!       — Чего-о-о? И это после того, как я выгулял твою собаку?       — Ага! Во дворе у соседа! И слушай, кто тебя вообще просил переться с Бадди на улицу? Ты же знал, какой у него характер — мы ведь не раз гуляли вместе, когда я ещё жила с родителями!       — Знал. И… Ладно, Пич, милая, прости, пожалуйста, прости меня. Просто твой пес… Ты же знаешь, я стараюсь, но отношения у нас действительно сложные, — пробормотал Сингто, идя на попятную — он чувствовал, что несколько секунд назад едва не перегнул палку.       И если говорить начистоту — его девушка, его дорогая Пич, которая была сообразительной, начитанной, понимающей, сочувствующей и очень страстной, не заслуживала такого обращения.       Но всё-таки как же тяжко было фотографу день за днём уживаться с мощным лохматым энерджайзером, который, по всей видимости, жутко ревновал к нему хозяйку!       — И ты меня прости, родной. Я понимаю, что Бадди — не самый послушный пёс! И знаю, что ты по натуре скорее кошатник. Но пойми, этот лохматый шкодник — моя собака! Это мой подарок на день рождения. Ты ведь помнишь, как я радовалась, когда впервые его увидела? — практически прошептала девушка, мечтательно прикрыв глаза.       О да, конечно же, Сингто помнил этот знаменательный момент. Собственно это качество девушки — способность дарить абсолютно всем огромную любовь и нежность — и заставило его влюбиться в Пич, а после даже предложить ей жить вместе, что для Прачаи обозначало следующее: он уже всерьёз строит планы на будущее. И Пич, естественно, фигурирует в них в качестве жены!       — Да, милая, конечно же, я это помню, — с нежностью отозвался фотограф. — Иди ко мне.       После этих слов взгляды влюбленных встретились, и девушка с улыбкой скользнув в объятия Прачаи, прошептала:       — У нас же всё будет хорошо, да, Синг?       — Да, моя хорошая, — прошептал в ответ Прачая и, оставив на макушке любимой невесомый поцелуй, подумал:       «У нас всё будет просто отлично, если ты пойдешь мне навстречу и позволишь уехать с Кристом, чтобы исполнить свою мечту. Это я знаю абсолютно точно».

Спустя полчаса

      — Ну… Вот как-то так я себе это и представляла, — довольно улыбнулась Пич и подхватив со стоящей на подносе для завтраков тарелки дольку апельсина, поднесла её к губам фотографа.       Даже не собираясь сопротивляться, Сингто открыл рот, беря угощение, и быстро прожевав фрукт, прильнул к губам не ожидавшей такого Пич.       — Уммм… Си…мхмм… Синг, если…уммхм… ты… — тут девушке наконец-то удалось отодвинуть Прачаю на несколько сантиметров и она, быстро переведя дыхание, закончила:       — Если ты продолжишь в том же духе — наш пикник закончится, даже не начавшись!       — Не то чтобы я сильно возражал, — бархатно промурлыкал фотограф, вновь пытаясь втянуть любимую в поцелуй.       — Зато я вот возражаю! — припечатала Пич. — Это занятие мы оставим до вечера. А сейчас я хочу просто полежать в твоих объятиях и расслабиться. Почувствовать, что мой парень наконец-то рядом и у нас достаточно времени, чтобы поговорить по душам, понимаешь? Мы так давно с тобой не разговаривали обо всём на свете из-за этой работы! Я скучаю по тому времени. Ты ведь помнишь это, верно?       — Угу, — пробормотал Сингто. Естественно, он прекрасно помнил то счастливое время в университете, когда они с любимой сбегали после пар на набережную, чтобы полюбоваться закатом, а потом до темноты искали укромные уголки, чтобы в тени какого-нибудь куста или дерева обменяться парочкой целомудренных или не очень поцелуев.       Перед глазами тут же промелькнул образ нежно улыбающейся девушки, которая, спустя полгода их стихийных встреч — для графиков оба любознательных студента были просто не созданы — сама робко и несмело, но всё же инициировала поцелуй. И этот образ почему-то выстроил в голове Сингто логическую цепочку: поцелуй с Пич — поцелуй в макушку от пьяного Криста — поцелуй-случайность на крыше.       «Верно. Вот что я делаю. Я опять пытаюсь сбежать от разговора! А так делать нельзя. Мне всё равно надо будет с ней поговорить. И мучиться ожиданием — это не про меня», — подытожил фотограф, после чего тяжело вздохнув, проговорил:       — Любимая, мне надо кое-что тебе сказать.