История о двух котиках

      — Это точно твоё окончательное решение? — спокойно поинтересовалась Пич, однако от взгляда фотографа не укрылось то, как сильно любимая сжала руку, в которой держала палочки для еды.       Осознав, что ситуация складывается весьма непростая и его девушка в любой момент может сорваться на эмоции, Прачая, быстро сунув в рот кусок глазуньи и полоску бекона, стал подбирать нужные слова.       И спустя пару минут, как можно мягче проговорил:       — Родная, повторяю, я не хочу ссориться. Поэтому, давай вместо выяснения отношений поищем наилучший выход для нас обоих, ладно? И да, ответ на твой вопрос: это моё окончательное решение.       — Почему, Сингто? Просто ответь мне, почему для тебя так важна эта работа? — внезапно воскликнула Пич, вскочив со стула, а затем двинулась к холодильнику. Спустя несколько мгновений перед фотографом появился стакан сока, после чего девушка, не сказав ни слова, села на своё место и продолжила завтрак.       Так прошло ещё пару минут и тогда Прачая, окончательно убедившись, что любимая не собирается нарушать тишину, произнёс:       — Спасибо за сок, милая. Что до твоего вопроса… Эта поездка — возможность приобрести новый профессиональный опыт. А ещё… я тебе этого не говорил, но… я уже некоторое время восхищаюсь творчеством Криста. Он действительно очень талантлив. И не только в исполнении песен. Как оказалось, Перават Сангпотират — ещё и прекрасная модель.       — Модель? А как ты… Постой-ка, значит ты уже снимал Криста? Но когда? — затараторила девушка, а потом, внезапно изменившись в лице, вкрадчиво спросила:       — Так это его ты имел в виду, говоря, что работал с артистом-новичком?       «Чёрт! Спалился! Так, спокойствие, только спокойствие. Главное, чтобы Пич правильно всё поняла», — быстренько прочитал себе мысленное напутствие фотограф, а затем негромко ответил:       — Любимая, ты ведь помнишь, из-за чего мы вчера поругались? Так вот, мне ещё до предложения Пи`Вэйва нельзя было ничего тебе рассказывать, понимаешь?       — Понимаю. Теперь я всё понимаю. Уф, окей, давай вернёмся к насущному. Первый вопрос — когда ты собрался уехать? Второй — ты действительно думаешь, что мы сможем найти выход из этой ситуации?       «Вау, неужели у нас получится конструктивный разговор»? — чуть ли не возопил от радости Прачая, но ограничившись радостным подпрыгиванием где-то глубоко в мыслях, максимально серьёзно проговорил:       — Ответ на твой первый вопрос — я улетаю тридцатого августа, утром.       — Вместе с Пераватом и его менеджером?       — Естественно. Ну, и ещё с нами полетят участники его бэнда и пару человек из стаффа.       — Понятно. И мне, конечно же, нельзя будет даже провести тебя, так?       — Почему же? Можно. Я ведь не звезда. И то, что я полечу на одном самолёте с Кристом и остальными — вовсе не значит, что я должен оставаться с ними всё время до объявления посадки.       — Ага, — как-то отстраненно протянула девушка. — Не звезда. Так какого же тебя тянет к звездам… Так, ладно, это не по делу. Второй вопрос.       — А на него ответ звучит так: да, я верю, что выход есть. И лично у меня одна идея уже созрела, — улыбнулся фотограф.       — Да что ты? Могу я услышать подробности?       Ехидная нотка в голосе любимой Прачае не понравилась, но отлично понимая, что сейчас он точно ничего не сможет с этим сделать, Сингто лишь тихо вздохнул и начал излагать свою идею.

Спустя десять минут

      — Чего? К родителям? Пока ты будешь в отъезде? Ты вообще подумал, дорогой? Мы же только несколько недель назад съехались! И вот я, меньше чем через месяц, должна заявиться к маме и папе с Бадди и объявить, что поживу у них, пока ты будешь на Пхукете? Так ты себе это представляешь, что ли?       «Окей, она и так долго терпела, прежде чем взорваться», — непроизвольно отметил фотограф, а потом, встав из-за стола, подошел к девушке, которая яростно хлебала свой сок, так словно бы трое суток не видела ни капли воды и легонько приобняв её за плечи, произнёс:       — Пич, милая, не знаю, каким местом ты слушала, когда я сказал, что мы будем искать выход, который устроит нас обоих. Но, пожалуйста, перестань злиться и сконцентрируйся на том, чтобы придумать что-то дельное, хорошо?       Ответа не последовало, так как девушка реально задалась целью за несколько глотков выпить сразу весь сок. Наконец стакан опустел и тогда Пич, со стуком поставив его на стол, выдала:       — Ты хочешь, чтобы я предложила свой вариант? Окей. Как насчёт того, чтобы оставшееся до твоей поездки время мы вдвоём хорошо поработали, и тогда весь следующий месяц я буду жить в отеле, где за Бадди смогут присмотреть?       «Ау, милая, а ты не охренела»? — хотелось спросить Сингто, но вместо этого он, уже в который раз сдержавшись, спросил:       — Дорогая, по-моему, это слишком затратная идея. У меня сейчас появилась другая. Как насчёт того, чтобы нанять кого-то дневной нянькой для Бадди, пока ты будешь на работе?       — А? А как ты себе это представляешь?       — Очень просто. Надо обратиться в школу для собак. Если мы сможем уговорить профессионального кинолога присматривать за Бадди днём, а заодно и заниматься его воспитанием — тогда все от этого только выиграют. Я больше не буду страдать из-за погрызенных вещей. Ты не будешь волноваться за питомца, поскольку он окажется в надежных руках. Ну, а Бадди выучится новым командам и будет намного чаще гулять на свежем воздухе, — подытожил Прачая, а после, тихо выдохнув, спросил:       — Ну что, как тебе моё предложение?       — Хмм, звучит неплохо, но… Милый, а ты уверен, что мы сможем заработать достаточно денег? — с сомнением поинтересовалась девушка.       «О, Боги, мы что, и вправду договорились»? — промелькнуло в голове Сингто, после чего он, подняв Пич со стула, поцеловал её в макушку и, прижав к себе, пробормотал:       — Никогда нельзя быть полностью уверенным в чем-либо, когда дело касается денег. Но я даю тебе слово, что со своей стороны сделаю для успеха нашего плана всё возможное. Веришь?       — Угу, — едва слышно отозвалась девушка, теснее прижимаясь к Прачае, но потом её взгляд вдруг упал на дисплей микроволновой печи, где светилось время, и Пич прокричав:       — Чёрт побери! Я опаздываю! Прости, родной, и до вечера. Удачи в поисках работы, — после чего, чмокнув фотографа в нос, убежала из кухни.       Подойдя к дверному проёму, Сингто с легкой улыбкой посмотрел на то, как маленький вихрь, пролетев по гостиной, быстро подхватил сумку, и с криком:       — Не скучай, — вылетел за дверь.       — И не собирался, милая. И не собирался. Потому что, благодаря тебе, родная, теперь мне это делать некогда, — вздохнул Прачая, а после, бросив взгляд на усевшегося посреди гостиной ретривера, произнёс:       — Бадди, идём в спальню.

***

      Снабдив питомца любимыми игрушками: мячиком и резиновой костью, Сингто строго посмотрел на пёсика, а затем скомандовал:       — Я ухожу, а ты посиди полчаса без меня. И веди себя прилично, понял?       — Гав! — громко отозвался ретривер.       — Ладно, будем считать, что договорились. Учти, если по возвращении домой меня будет ждать беспорядок в любой из комнат, кроме этой — ты будешь наказан, ясно?       — Гав-гав!       — Вот и прекрасно, — улыбнулся фотограф, а затем, достав из шкафа белую футболку и джинсовые шорты, направился в душ.

***

      — Окей. Так, Сингто, на часах уже девять утра. И Крист либо уже ушел, либо как раз выходит. Потому, не теряй времени, — прошептал сам себе Прачая и быстро постучал в ворота.       — Ух ты, какие люди с утра и без охраны! — вместо приветствия выдал Перават, подходя к воротам и впустив гостя во двор, произнёс:       — Кофе.       — Вау! Просто констатируешь факт?       — Ага. Я даже не сомневаюсь, что ты хочешь… выпить мой прекрасный кофе, — лукаво улыбнувшись, сообщил певец и, обогнав фотографа, чтобы, как можно скорее попасть на кухню, махнул рукой, крикнув:       — Занимай место и жди!

***

      Ждать, кстати, пришлось недолго — уже через пять минут перед Прачаей стояла чашечка дымящегося напитка, окутывая его божественным ароматом и погружая в неземное блаженство.       — Натощак кофе пить нельзя. Надеюсь, ты позавтракал, — строго спросил Перават, присаживаясь напротив.       — Угу. Глазуньей. Так что, не переживай. И спасибо за кофе.       — Пустяки. На, угощайся, — быстро проговорил Крист, ставя на стол открытую пачку палочек Покки с шоколадным вкусом.       — Спасибо.       — Итак. Я, конечно, могу польстить себе и подумать, что ты сюда примчался с утра пораньше лишь из-за моего кофе, но… — хмыкнул певец и, прервавшись на полуслове, вопросительно посмотрел на гостя, призывая того продолжить.       — Ээм… мне правда неловко о таком спрашивать, но больше обратиться не к кому. Если не поможешь ты — придётся закопаться на сайтах поиска работы и…       — Опа! Интересно! То есть, тебе нужна работа? Могу я узнать зачем?       — Да. Конечно. Потому что это касается и тебя.       — Вот как? Заинтриговал. Говори, — с легкой улыбкой махнул рукой Перават и тогда фотограф выдохнул:       — Утром я поговорил с Пич, сказав ей, что принял окончательное решение насчёт того, чтобы ехать с тобой в тур. И в ходе разговора мы с ней нашли отличное решение проблемы «с кем же оставить Бадди», сойдясь на том, что это должен быть профессиональный кинолог, который сможет посидеть с собакой днём, а заодно и потренировать её. Поэтому до самого отъезда нам с ней надо заработать денег на это удовольствие.       — Ого! Ну, у тебя и запросы! — присвистнул певец, чуть не подавившись палочкой Покки, а затем поинтересовался:       — То есть ты пришёл ко мне, потому что хочешь постоянной занятости до конца августа?       — Да. Сначала я подумал, что не буду напрягать тебя, но… Друзей в шоу-бизнесе у меня нет…       — Чушь! Ты же буквально вчера обзавёлся несколькими. Да и… Сингто, разве мы не всё прояснили вчера? Я, конечно, поставил тебя в неловкое положение своим признанием… Тем не менее, мы ведь друзья, верно? — подытожил певец, а затем пристально посмотрел на Прачаю.       — Будда, ну какой же ты… Блин, Крист, не смотри на меня так. Иначе я прямо сейчас встану и побегу домой за камерой, слышишь? — прикрикнул Сингто и отвернулся, разрывая зрительный контакт.       — Ох, Кхун`Лев возбудился? Ну-ну, не стоит — в студии я буду лишь твой! — насмешливо проговорил певец, после чего спросил:       — Хочешь, я попробую сделать так, чтобы тебя взяли вторым фотографом для моей фотосессии «Идоло»?       — Спрашиваешь? Хочу, конечно же, хочу! Но… это ведь всего один день, верно?       — Один? Это вряд ли. Скорее всего два, поскольку на съёмку мне из-за репетиций удаётся выкроить всего четыре часа в день. А эти затейники задумали снять со мной целый фотобук, представляешь? — хихикнул Перават, после чего проговорил:       — В любом случае за эти неполных два дня тебе, безусловно, хорошо заплатят. Так что, звонить Пи`Вэйву?       — Естественно! Ох, Кит, большое спа…       — Кит? — повторил певец и, наклонив голову, смерил фотографа удивленным взглядом.       — Ох, прости Крист. Вырвалось. Просто вчера тебя так часто звали…       — Я люблю своё домашнее имя. И люблю, когда так меня зовут друзья. Мои Пи и Нонг знают об этом. И… я полагаю, тебе знать это тоже будет не лишним. Как считаешь? — вкрадчиво поинтересовался Перават, обхватив щеки ладонями и положив локти на стол, стал внимательно смотреть на гостя.       А Прачая, так же внимательно глядя в глаза хозяина дома, буквально чувствовал, что тот чего-то не договаривает. Уж слишком говорящей была его поза и взгляд.       Эти темно-карие омуты, которые уже не раз и не два очаровывали фотографа таящейся в них глубиной… сейчас излучали чистую…       Сексуальность?       — Крист… Ты… У тебя сейчас такой странный взгляд, — пробормотал Сингто, радуясь тому, что цвет его кожи надёжно скрывает румянец.       — Да? И какой же? — буквально прошептал певец и, поднеся к губам чашку, сделал большой глоток кофе.       — Такой… — выдавил из себя Прачая, и тогда Перават, всё ещё глядя на гостя, мягко проговорил:       — Да-да. Я слушаю тебя. Знаешь, мне всегда было интересно мнение профессионального фотографа. Так скажи же, Кхун`Лев, какой у меня взгляд?