История о двух котиках

      Озвучив главный вопрос, который терзал его весь вечер, Прачая опустил взгляд в тарелку и, взяв палочки, подцепил немного лапши, собираясь отправить её в рот.       — Блин, Сингто! Ты не хочешь слышать ответ на этот вопрос! Вот просто поверь мне, ладно? — вдруг выпалил Перават, несильно хлопнув ладонью по столу. — Так что, давай просто молча поедим или сменим тему разго…       — Стоп-стоп-стоп! Что происходит, Крист? Ты чего так взвился? — удивленно поинтересовался фотограф, а в ответ услышал:       — Неважно! Давай, ешь скорее, и пойдём — нам ещё надо вызвать такси.       — Крист… Ты уверен, что всё в по…       — Да! Всё хорошо. Ешь быстрее, — фыркнул певец и, решив показать пример, издал абсолютно некрасивый громкий звук, одним махом всосав сразу треть порции лапши, а потом, подцепив кусочек свинины, тоже отправил его в рот.       — Ладно, — пробормотал всё ещё обескураженный Сингто. — Тогда, приятного аппетита.       — Угу. И тебе, — бросил айдол, а после за столиком воцарилась тишина, нарушаемая только стуком палочек о тарелку.

Спустя полчаса

      Когда парни добрались до пляжа, Перават быстро разулся и побежал к морю, даже не заботясь о том, следует ли за ним сосед.       — Чёрт побери! Ты какой-то странный. Потому что-то, наверное, всё-таки случилось, — озадаченно пробормотал себе под нос Прачая, а потом быстро направился к певцу. Тот как раз добрался до воды и теперь, откровенно наслаждаясь тем, как прохладные волны ласкают его уставшие ноги, всматривался куда-то вдаль.       — Крист, — осторожно позвал фотограф, решив, что не будет без необходимости класть руку на плечо соседа.       — Ммм, — отозвался Перават, продолжая созерцать нечто интересное, что точно было видно только ему.       Ну, или Прачая сейчас был слишком напряжен, а потому попросту не мог проследить за взглядом айдола.       — Что с тобой происходит? — почти прошептал Сингто, собравшись с духом, ведь он никак не мог понять, почему после вполне невинного и закономерного вопроса, настроение певца значительно испортилось.       Некоторое время Крист молчал, время от времени, переступая с ноги на ногу, чтобы оставить на песке следы, которые с новым приливом тут же уничтожала волна.       А потом, тихо вздохнув, пробормотал:       — Скажи мне, ты уже забыл наш разговор? Тогда, на моей кухне? И признание?       — А? — воскликнул фотограф. — Подожди-ка, но ведь мы же ещё в тот вечер договорились…       — О чём? Быть только друзьями и состоять в деловых отношениях, верно? Да, я помню об этом. Вот только… Ответь мне, Кхун`Прачая, ты реально считаешь, что человек может разонравиться просто по щелчку пальцев?       — Ммм… Нет, конечно… — слегка растерянно откликнулся Сингто и тогда певец воскликнул:       — Вот именно. Так что, дорогой сосед, повторяю: ты мне нравишься. По-прежнему. Потому… ступай домой — тебя девушка ждёт, — подытожил Крист, после чего вежливо улыбнувшись соседу, вновь стал смотреть на горизонт.       — А тебя — сынуля! — тут же припечатал Прачая и добавил:       — Неужели ты хочешь, чтобы он там сидел совсем один?       — Хмм, Пи`Бэнк ушел оттуда всего час назад, так что Плуто…       — Уже точно успел по тебе соскучиться. Так что, идём домой. Ну же, ты что, будешь стоять тут в гордом одиночестве? — мягко спросил фотограф, а после, сделав несколько шагов, оказался в поле зрения айдола, полностью загородив ему обзор, и проговорил:       — Идём?       На что Крист, не говоря ни слова, вдруг протянул руку вперёд, и кончиками пальцев проведя по грудной клетке соседа, пробормотал:       — Хмм… А всё-таки мы можем быть на одной орбите. Забавно.       — Чего? Что ты там бормочешь? — недоуменно поинтересовался Сингто.       Ответа не последовало и тогда Прачая, решив, что айдол слишком глубоко погрузился в свои мысли, улучил момент и, перехватив руку Перавата, спросил:       — Что ты сейчас сказал, Кит?       И с этого момента время для певца полностью застыло, сконцентрировавшись в одном-единственном моменте, где сосед держал его руку своими пальцами, как раз в районе кисти.       Так, как обычно держат друг друга близкие люди, проявляя привязанность.       После Перават попеременно винил в своём поступке то несколько стаканов пива, которые были выпиты в клубе, то инцидент с фанатками, в результате которого он смог ощутить нежность кожи фотографа своими губами, то недавний момент на пляже, когда Прачая взял его за руку.       Но, как бы то ни было, факт оставался фактом: он поцеловал соседа!       «И слава Будде, что только в щеку! Спокойствие, только спокойствие. Это просто был дружеский поцелуй. Я половину коллег так целую», — убеждал себя айдол, пытаясь быстрее, чем сосед добраться до дома и изо всех сил стараясь не думать о том, что в агентстве он всего лишь касается щеки коллег кончиком носа, имитируя поцелуй.       А в этом случае всё было совсем не так!       — Крист, — вдруг донеслось до погруженного в себя певца и Перават, резко повернувшись, вопросительно уставился на соседа.       — Спокойной ночи. И… спасибо за сегодняшний вечер.       — Ага. И тебе спасибо. И тебе спокойной ночи. Спи сладко. Воспользуйся тем, что завтра у тебя выходной, поскольку послезавтра у нас групповая съёмка для постера, — на одном дыхании выпалил айдол и, быстро помахав рукой на прощание, зашагал прочь.       Прачая же, понаблюдав за тем, как сосед, заперев ворота, что есть мочи припустил к дому, со вздохом пробормотал:       — Чёрт возьми, Сингто. И как ты умудрился заставить самого талантливого человека на свете волноваться из-за тебя? — после чего ещё раз вздохнув, зашагал к себе.

Дом Сингто

      — Пришел, — констатировала Пич, когда фотограф, переступив порог дома, направился на кухню. — Почему ты так задержался? Съёмки затянулись?       — Угу, — односложно ответил парень, так как набрал полный рот воды.       — Понятно, — пробормотала девушка, а затем, вдруг молниеносно метнувшись к Прачае, крепко обняла его и, уткнувшись в футболку, затараторила:       — Прости. Синг, пожалуйста, прости меня. Я знаю, что расстроила тебя. И обещаю, что больше не буду покупать еду в том ресторане, слышишь?       — Слышу. Но… Пич, я действительно не понимаю, как лучше обсудить сложившуюся ситуацию. Дело ведь не только в ресторанной еде. Понимаешь, милая, в этот месяц тебе придётся ограничить абсолютно все траты, — глухо отозвался фотограф и, прикрыв глаза, стал ждать очередной вспышки эмоций от своей девушки.       И дождался! Вот только повод был вовсе не тот, который предполагал Прачая.       — Аромат зелёного чая… Ты что, пил его? — озадаченно поинтересовалась Пич, а затем, продолжая втягивать ноздрями приятный запах, воскликнула:       — Нет-нет. Это был не напиток. Это парфюм… Чёрт возьми, Сингто! Где ты был и с кем успел пообжиматься?!       «Час от часу не легче», — мысленно простонал фотограф, после чего, как можно спокойнее ответил:       — Есть смутные подозрения, что в течение дня ко мне очень активно прижимался Крист.       — И на кой фиг он это делал? — тут же спросила девушка.       — Чтобы никто не услышал, о чём мы говорим — съёмки же проходили прямо на набережной.       — Вот как? И долго он об тебя тёрся?       — Пич!       — Что Пич? Дорогой, не прикидывайся дурачком, ладно? Ты ведь прекрасно понимаешь: для того, чтобы аромат буквально впитался в твою одежду, вы должны были ни больше, ни меньше какое-то время очень тесно прижиматься друг к другу. Итак, спрашиваю ещё раз: как долго ты обнимался с Пераватом Сангпотиратом?       «Будда Милосердный, как же меня всё это достало»! — красной строкой высветилось в голове Прачаи. А затем парень во второй раз за вечер активировав «режим Льва», припечатал:       — Окей, дорогая. Видят Боги, я не хотел доводить до этого, но раз ты настаиваешь… Тогда, радость моя, слушай внимательно и не перебивай. Первое — я работаю с Кристом, а потому ситуации, в которых мы должны находиться максимально близко друг к другу и, как ты говоришь, долго-долго обниматься, будут возникать довольно часто. Поэтому ничего удивительного в том, что сейчас я пахну его парфюмом, нет. Второе — из-за решения поехать в тур я, с подачи Перавата, подписался на подработку, и пару дней снимал его для спонсорского проекта Idolo. И делал я это, кстати, для того, чтобы твой Бадди…       — Сингто.       — Не смей меня перебивать! — прорычал фотограф, смерив девушку сердитым взглядом, и когда та подняла руки в знак капитуляции, продолжил:       — Так вот. Чтобы твой Бадди научился хорошим манерам и не скучал, пока ты будешь на работе, я буквально напросился к Кристу на съёмки. И слава Будде, работа эта неплохо оплачивается, так что недельное пребывание инструктора мне уже вполне по карману, — улыбнулся парень и проговорил:       — И третье. Милая, я не намерен копить деньги в одиночку, потому очень надеюсь, что ранее ты действительно приняла мои слова к сведению. Всё, я выговорился. И если тебе больше нечего спросить у меня — тогда извини, но я спать, — произнёс Сингто, а после вопросительно посмотрел на Пич.       — Хмм… Вообще-то… Слушай, может быть, мы с тобой проведем немного времени вместе, прежде чем ляжем спать? — поинтересовалась девушка, но Прачая, который был абсолютно не настроен даже на простой ванильный секс, пробормотал:       — Прости, я очень устал — сегодня и вправду был насыщенный день. Но у меня есть хорошие новости — результаты трудов нашей команды и в частности мои, ты совсем скоро сможешь увидеть на экране. Правда, здорово?       — Да. Здорово, — вяло откликнулась Пич, осознав, что соблазнить любимого сегодня не получится. — Ладно, тогда идём скорее в спальню.       На что фотограф, тихо вздохнув, произнёс:       — Ещё раз прости меня, но сегодня я посплю в комнате для гостей. Спокойной ночи, — и, не дожидаясь ответа девушки, прошагал к двери, находящейся на другом конце коридора.       Захлопнув за собой дверь, Сингто повернул защелку и быстро раздевшись, прошел в душ. Теплые струи воды немедленно обласкали тело Прачаи, оставив парня максимально расслабленным и готовым ко сну. Вытершись полотенцем, фотограф полез в шкаф и, отыскав там футболку с шортами, которые остались с его прошлой ночевки, быстро надел верхнюю часть, после чего, рухнув на прохладную постель, с наслаждением прошептал:       — Наконец-то покой. Что ж, а теперь спать, спать… спа-а-ать, — широко зевнул Сингто и повернувшись на бок, скользнул в надёжные объятия Морфея.

***

      — Аммххм… Кит, ты зачем так делаешь? Фанатки ведь уже ушли, — негромко воскликнул фотограф, когда сосед, сместившись вправо, лизнул его ключицу.       Некоторое время Перават не отвечал, молча наслаждаясь тем, что он в данный момент творил, но потом, слегка отстранившись, поднял голову и произнёс:       — Ты всё ещё не понимаешь? Скажи, Кхун`Лев, ты действительно не осознаёшь, зачем я всё это делаю?       Пока певец говорил, Прачая уловил в его тоне какие-то непривычно нежные и очень приятные нотки. А после их взгляды встретились и…       — Крист, — хрипло выдохнул фотограф, чувствуя, что почти утопает в этом море шоколада, словно персонаж волшебной фабрики Вилли Вонки.       — Кит, — так же хрипло поправил айдол, выпрямляясь и становясь рядом с соседом. — Зови меня Кит. Пожалуйста, Сингто. Прошу тебя.       И Прачая, будто бы находясь в каком-то подобии транса, быстро кивнул айдолу, а потом почти прошептал:       — Синг.       — Ммм? — не понял Перават, и фотограф поспешил пояснить:       — Если я зову тебя Кит — ты зовёшь меня Синг. Мы ведь договорились, помнишь?       — Главное, что об этом помнишь ты, — едва слышно промурлыкал певец, после чего добавил:       — Синг.       И тогда Прачая, видя перед собой лишь лицо любимого исполнителя и его яркую улыбку, неосознанно качнулся вперёд, пробормотав:       — Кит.       — Что? — мягко спросил Перават, а его взгляд медленно заскользил по лицу фотографа, отчего последний выдохнул:       — Ты невероятный, — а потом, подавшись вперёд, обхватил Криста за талию и прильнул к его губам в нежном поцелуе…