я встретил тебя.

Время 17:30. Феликс все еще на работе. Экран его телефона загорелся, звонил Габриэль. —Здравствуйте, что-то срочное? —спокойно говорил он. —Здравствуй, Феликс. Мне нужно, чтоб ты поехал ко мне в офис к 18, —после этих слов Фел был в шоке: с чего бы он понадобился дяде? —Для чего? —Я не могу говорить об этом по телефону. Меньше слов—больше дела. Поторапливайся, ненавижу опоздания, —он сбросил трубку, следом пришел адрес. —О Боги…что ему понадобилось именно сегодня?

***

18:00. Дом семьи Агреста. —Заходи, нас никто не должен слышать, —ворчал Габриэль. —Этот разговор будет долгим? —Зависит от твоего ответа. Мое предложение для тебя будет серьезным. —Можно ближе к делу? —Значит так, —грубо говорил Агрест. —Я могу отстать от вашей семьи и вернуть кольца взамен на то, что ты поможешь мне. Клянись, что этот разговор останется между нами. —Смотря о чем он будет. —Когда-то хотел встать на сторону Бражника? —спросил Габриэль. —Это к чему? —Вопросы задаю я. —Скорее нет, чем да, —парень понимал, что имея талисман кота и зная, кто стоит под маской Леди Баг он может принести множество бед. О сотрудничестве с бражником и речи быть не может. —Что ж, я посчитал, что жить мне осталась не долго. Около месяца. Все это время беды Парижу приносил я, —убирая галстук произнес Габриэль. —Почему вам осталось так мало? —Недель шесть назад Супер Кот использовал катаклизм на мне. Тебя больше смутило это, нежели то, что я Бражник? —смотря Феликсу в глаза говорил блондин. —Предложение у меня такое, —доставая из сейфа талисман павлина продолжал Габриэль, —Ты помогаешь мне достать талисманы Леди Баг и Супер Кота до того момента пока я не умру. —Что мне за это будет? —соглашаться на предложение Бражника было опасно, но зная Габриэля было понятно, что просто так он с этим вопросом не отстанет. —Ничего. Но если ты откажешься от него будет плохо, —он не оставлял выбора. —Я уничтожу тебя щелчком пальцев, заставлю страдать твою мать и ту девушку-брюнетку… как ее зовут? Маринетт? —Как ты смеешь угрожать моим близким? —Феликс был напуган. Он следил на ним? Иначе как объяснить то, что этот гад знает Маринетт? Согласиться на предложение равно подставить Леди Баг. Но отказаться равно тому же, если Леди Баг и Маринетт—одна личность. —Соглашайся и никто не пострадает. —Ненавижу тебя, —вставая из-за стола говорил Фел. —Я могу подумать над этим? —Нет. Я специально не оставил тебе выбора, чтоб не пришлось думать. Возьми это и я тебя отпущу, —протягивая брошь павлина ждал ответа Габриэль. —Я возьму ее. —Вот и славно, Аргос, —правильнее было бы Кот Аргос, —А теперь проваливай, —парень зацепил за свой костюм брошь фиолетового цвета, после чего молча вышел из комнаты Агреста. Что делать дальше? Рассказать Маринетт или же молчать? Нет, подставлять близкого человека он не хотел. Зачем? Она доверила талисман ему, когда могла выбрать любого из друзей. Лучше всего было рассказать, но…если об этом узнает Габриэль? В любом случае увидится с девушкой придется. Нужно отдать талисман кота. —Плагг, что мне сделать? Стоит ли вернуть кольцо? —Зайди к Маринетт, не стоит просто подкидывать талисман, лучше всего обсудить с хранительницей. —Время 19:00, этот придурок задержал меня на час, —возмущался парень смотря на часы. —Видимо, никуда мы с Мари не пойдем…

***

—Ты хочешь сказать, что Бражник—это отец Адриана? —широко открыв глаза говорила девушка. —Да. —Не верю, просто не верю! —Смотри, —отстегивая брошь павлина сказал парень. —Откуда? Значит ты выбрал его сторону? —вставая из-за стола нахмурилась девушка. —Тихо, тихо. Габриэль скоро умрет. Для кого-то это—плюс, для кого-то— минус. Я должен помогать ему в получении талисманов, —он пытался успокоить девушку. —Что заставило тебя согласится на его предложение? Деньги у тебя есть, свой бизнес есть, но почему… —Он угрожал сделать что-то с тобой и с моей мамой. —Урод. —Не то слово. Что ты посоветуешь делать? —Какие варианты? —Первый вариант: забрать у тебя серьги, отдать кольцо и подарить этому ненормальному. Второй: отдать кольцо тебе, встать на сторону этого идиота и «помогать» пока он не умрет, а после смерти отдать камень мотылька тебе. —Видно, что вы с Агрестом родственники. Он не оставлял тебе выбор, ты делаешь то же самое. Лучше всего второй. Но если ты отдашь кольцо, кто будет рядом со мной? Я взяла тебя потому что выбора не было. Если уйдешь и ты, я останусь одна. Опять одна. —Послушай, это всего лишь на месяц. Я обещаю тебе, что вернусь. Я не оставлю тебя, — снимая кольцо и держа за руку Маринетт проговорил Феликс. —Нам лучше всего перестать общаться до того времени, как уйдет Габриэль. —Что если я не справлюсь одна? —Это всего на месяц. —Кто знает… Кто знает, кто знает… Что, если через месяц Феликс поменяет свое мировоззрение? Может лучше убить Габриэля? Бред. Единственный друг ушел, и что-то подсказывало, что ушел он навсегда.

***

—Тикки, Плагг, ретрансформация. —Как ты, Мари? —забеспокоился за девушку квами. —Я очень устала. Учеба и спасение парижа несовместимые вещи. Не спать трое суток подряд для меня тяжело. Завтра проверочная по истории дизайна, ничего не помню, —вздыхала девушка. Теплая парижская осень притягивала к себе, но в то же время безумно пугала. Конец октября. С того момента, как Маринетт попрощалась с Феликсом прошло практически три месяца. За все это время девушка не встречала парня. С каждым днём ей становилось все хуже и хуже: пропал аппетит, бессонница, она стала плакать каждый день и реже наряжалась. Размышления о будущем и прошлом не делают счастливым никого. Не легче было позвонить Феликсу? —Я одна. Я очень боюсь остаться одна. —Мы с Плаггом, видимо, никто? —Вам все равно на мою жизнь. —А кому-то не все равно? Абсолютно всем плевать. Люди—эгоистичные создания. —Нет! Есть те, кому не плевать. —Приведи пример. —Ну,—девушка задумалась, вспоминая кто, кроме родителей, поддерживал ее,—Феликс? —И где он сейчас? Отказался от кольца, не звонит, не пишет. А обещал, что через месяц будет с тобой —Бражник все еще жив. У меня есть идея…сегодня ночью пробраться в особняк Габриэля, забрать у него талисман и… —И попасться под нос охране?—перебил Плагг —Я буду аккуратна! —Даже не вздумай: это очень опасно. —Я хочу помочь Фелу. Если не будет Бражника, то не будет проблем. Решено. Сегодня в 2:00 я иду в его дом. —О себе подумай. По тебе будут скучать друзья, учителя, да и тот же Феликс, если у него осталось что-либо человеческое. —Со мной все будет хорошо!,—сдавать свои позиции девушка не хотела. Помочь парню стоило, да и при печальном исходе событий терять нечего. Она уже слишком устала от одиночества: Алья не извинилась, Зои улетела в Милан. Наедине с собой стало невозможно оставаться: мысли накатывали волной и топили несчастную.

***

Огромный белый особняк с множеством панорамных окон и балконов освещался уличными фонарями. Осенней ночью не так и тепло. Небо было пасмурным. Дождь. Как в тот самый день при прогулке с Феликсом. Девушка стояла у гаража, держа в руках серьги и кольцо: лучше всего идти на Агреста с талисманами. И вот Нуар Баг заходит в этот богатый на вид дом. Домочадцы уже спят: свет был выключен. Нужно найти спальню Габриэля. Поднимаясь по белой мраморной лестнице на второй этаж девушка боялась издать лишние звуки, чтоб не привлечь внимание. Это давалось ей сложно: кромешная темнота не позволяла видеть даже свой нос. В тишине девушка услышала шаги. Только этого ей не хватало. Спрятавшись за первым попавшимся цветком на лестнице Мари перестала дышать. Руки тряслись, но попадаться на глаза было нельзя. —Выходи, я тебя вижу,—грубый мужской голос прервал тишину. Сердце девушки вот-вот выпрыгнет из груди. —Я сказал что-то не ясное, Маринетт Дюпэн-Чен?—откуда он знает ее имя? Ответ был очевиден. Феликс. Он раскрыл ему кто я? Зачем. Он…он обещал, неужели… Раздумья вновь прервал голос, только уже не такой грубый. Знакомый голос. Голос парня. —Прости меня,—шепотом говорил Аргос. Голос дрожал. —Что ты здесь забыла, Леди Баг?—прижимая девушку к стенке спрашивал Агрест. —Твой дружок все рассказал мне. Я понимал, что рано или поздно ты навестишь меня. Вот, как видишь, я жив. Осталось немного и я исполню свое желание. Я верну Эмили. —Отпустите! Ваше желание может навредить многим людям, подумайте о них! —Сын будет счастлив. Больше меня ничего не волнует. —Если вы хотите воскресить мать Адриана, то вас не будет в живых. Вас это не пугает? —Я и без того скоро умру. А сейчас заткнись и отдай камни. Девушка понимала, что действовать нужно немедленно. Для начала стоило отнять талисман. Опрокинув цветок, за которым сидела, Маринетт, не теряя времени, достала шест и со всей силы ударила Габриэля по спине после чего он свалился на пол. —Он мертв?—раздался тихий голос девушки —Откуда мне знать. Проще всего сейчас забрать у него талисман и бежать. —Пойдем, пойдем скорее,—забрав талисман и хватая парня за руку нервно бормотала Мари. —Я остаюсь. —В смысле? Я пришла в этот дом только для того, чтоб спасти тебя. —А я просил? —Ты…ты ведь обещал что вернешься. Теперь ты никому ничего не должен, пошли со мной! —Что ты хочешь от меня? Кто я тебе? Мы даже не встречались, а ты решила поиграть в супергероиню и спасать тех, кому это не нужно? —Но я для тебя близкий человек… —Я просто хотел побесить Адриана. Думаешь почему же я все это время не пытался связаться? —Нет, ты не мог. Ты не мог. Не мог…не мог,—повторяла девушка —У меня есть девушка,—эти слова прервали монолог девушки и поставили ее в ступор. —Ты врешь! —Уходи, пока я не вызвал полицию. А если и так, то ты тоже говорила, что покончишь с собой. —Я доверяла тебе, почему ты поступаешь так со мной?—парень молчал и Маринетт решила уйти. —Прости меня,—вслед говорил Аргос—Я не хочу навредить тебе,— все что говорил парень было ложью. Не было у него никакой девушки, он искренне любил Мари. Желание обезопасить её от такого как он стояло выше собственных желаний.

***

—Тикки, Плагг, что будет с талисманами после смерти хранителя? Если бражник мертв, то город не нуждается в супергероях, так ведь? —смотря в зеркало тихо говорила девушка. —Скорее всего мы просто найдем нового хранителя на всякий случай и… —Ищите,—девушка сняла кольцо и серьги, положив их рядом с косметикой. В голове мелькали слова парня: «С того момента, как я встретил тебя мне больше никто не нужен. Я люблю тебя. Я обещаю, что вернусь.—Я так больше не могу,—Мари открыла ящик с лекарствами. —Ну где они, где?—отчаянно говорила девушка ища обезболивающее. Эта мысль давно оставалась в голове несчастной, но осуществить её не давал долг перед собой, родными и горожанами. Сейчас же нет никакой помехи для исполнения этого желания: она принадлежит сама себе. Положив таблетки на предварительно накрытый белой скатертью стол Маринетт подошла к входной двери и открыла ее нараспашку. —Хочу уйти красиво, стоило бы взять мое самое любимое платье. То самое платье, что я сделала для новой коллекции Габриэля,—сев за рабочий стол Дюпен-Чен достала косметичку. Сделав небольшие черные стрелки, нюдовые тени и накрасив губы красным тинтом девушка взяла чистый лист бумаги:

«Дорогие мама и папа, простите, пожалуйста, но у меня больше нет сил. Я плохая дочь и вообще не достойна называться таковой. Деньги на мои похороны лежат в конверте: я не хочу, чтоб вы тратились на меня. Страх остаться одной сильнее, чем какие-либо другие мысли. Я устала жить и не гожусь. В моей смерти прошу никого не винить. Безумно люблю вас!»,—в самом конце письма располагалось нарисованное от руки сердечко. Линии были неровными из-за трясущихся рук.

Маринетт Дюпен-Чен.

Пододвинув стул и взяв Анальгин девушка села за стол. Налив в стакан воды начала пить таблетку одну за другой. В голове всплывали картинки из детства, любящие родители, попытки привлечь внимание Адриана, Феликс, кузина Бриджет, школьные будни, учеба в университете. Когда последняя таблетка Анальгина исчезла в ее горле, Маринетт вспомнила какой вкусный омлет ела на завтрак. Красный тинт немного размазался по лицу, но было уже все равно. —Прости меня, мамочка,—были последними словами девушки. Тело ее было найдено через день, мимо проходящей соседкой, которая шла гулять с собакой. На похороны пришло не так много человек: мать, отец, Зои Ли и даже Алья. А Феликс…улетел из Парижа обратно в Лондон. Он все так же носит с собой брошь павлина в память о Маринет, финансово помогает родителям девушки, но никогда не ходит на её могилу: чувство вины накрывает его с головой. Именно из-за его отказа она не смогла прийти в себя. Стоило ему уйти в ту ночь вместе с ней и, наверное, ничего бы не случилось. По крайней мере не сейчас. Фотографии с Маринетт с его стены в Парижском особняке рука снять не понималась. В комнату, где она спала никого не впускал: спустя месяц запах её сладких духов все еще не выветрился и постельное белье пахнет её шампунем и гелем для души.