Тепло твоего дыхания

В гостевой комнате горел приглушенный свет. На большой кровати в одних приспущенных боксерах лежал на животе никто иной как Джисон. Он крепко спал, пуская слюни на шелковые черные подушки и одной рукой обнимая не понятно откуда взявшегося большого розового единорога. При этом в комнате преобладал запах спиртного, вернее запахи его переработки организмом, а перебивал все это запах тошнотворно сладких женских духов. Но дикий смех вызывало не само состояние Хана, а неожиданная надпись на его спине. Ярко-красной помадой, которую Хенджин уже инстинктивно ненавидел, крупными буквами было написано: "НЕ ВСТАЛ!!!". Хван подошел к Джисону и накрыл тонким одеялом, прикрывая компрометирующую надпись на спине. Минхо же только посмеивался с неудачи друга. Они прикрыли дверь и тихо поднялись наверх в свою комнату. Хенджин прошел к большому зеркалу и успел только снять серьги и оставить их на столике рядом. - Весь вечер хотел это сделать, - Ли резко притянул к себе Хенджина, разворачивая и крепко сжимая его талию, склонился к его шее, медленно провел носом по пульсирующей венке и легко прикусил кожу. Вдыхал его неповторимый природный запах, такой дорогой сердцу и родной душе запах, который оседал в его легких пыльцой непреодалимой любви. Хенджин поддался навстречу, выгибаясь в пояснице, еще больше открывая чувствительную шею и сталкиваясь своими бедрами с бедрами Ли. От такого трепетного и немного щекотного жеста касательно самого чувствительного места на своем теле, Хенджин не смог сдержать переливчатый негромкий смех смешанный со стоном. Это заставляло сердца обоих окутываться теплом. Только с ним Ли был таким понимающим, таким мягким. Только от этого мужчины у него бежали мурашки по коже и подкашивались ноги. Только с ним, здесь и сейчас он был так счастлив. Хенджин скидывает шелковый пиджак себе под ноги прежде, чем Минхо властно завладевает его губами. Он целует жадно и сочно. Хван снова тает в его сильных руках. Особенно сильно от таких ласк пострадал мозг, который отдал полный контроль над телом ощущениям: горячий напористый язык заплетал его собственный, крепкие руки до боли сжимали его ягодицу пока другая рука мягко придерживала за затылок его голову. Между их телами воздух горел, становилось жарко и не хватало кислорода. Или это просто двое влюбленных так увлеклись друг другом, что такая банальная вещь, как дыхание ушло куда-то далеко взад. Хенджин на ощупь растегивал пуговицы на рубашке своего партнера. Наконец, ему это удалось и он уперся своими ладошками в накачанную грудь Ли, слегка отталкивая его. Разрывать поцелуй Ли не хотел, поэтому дал Хенджину всего пару секунд отдышаться и полюбоваться его телом и переключился на подбородок, снова провел губами по шее, зная, что это одна из самых эрогенных зон младшего, оттянул зубами тугой кожанный чокер, спустился ниже к яремной впадинке, и не жалея прикусил острую ключицу сквозь прозрачную ткань рубашки. Хенджин смог лишь простонать от такого блажества. Ли это только возбуждало еще больше и подстегивало. Он так давно не касался этого тела, что лишь почувствовав его наконец рядом, выдохнул с облегчением. Котенок вернулся. Ли влажной грубой дорожкой поцелуев поднялся к ушку, закусывая хрящик. На нежной бархатной коже расцветали прекрасные бутоны отметин, которые безжалостно оставались после укусов и засосов. Треск шелковой ткани был таким мелодичным, словно Хенджин был утонченным музыкальным инструментом, а Минхо - музыкантом-виртуозом, который простыми струнами создавал лучшую из мелодий. Хенджин мысленно извинился перед модельером, а Минхо прошептал лишь: - Жаль, вещь была красивая, но так мне нравится больше, малыш - жаль этот чертов сексуальный костюм Ли абсолютно не было, поэтому он нещадно сдергивал с ног Хвана лоскуты дорогой алой ткани, словно распаковывал свой рождественский подарок. А там действительно был подарок для Минхо. И не один. На Хенджине были красные кружевные трусики-стринги. Тонкое кружево состояло из крупных вышитых роз и мелкой сеточки. Минхо стоял у его коленей и откровенно любовался. Он посмотрел на своего мальчика снизу и тихо позвал: - Джинни, посмотри на меня, - Ли вел ладонями по его длинным стройным ногам, запустил пальцы под нежную ткань и остановился на боках бедер. Хенджин послушно опустил голову. Его щеки пылали и он нервно закусывал губу. Длинные пряди спадали на лицо. - Это тоже подарок модельера? - спросил Ли. Он уже раздумывал, стоит ли ему начать рвать эту красоту прямо зубами. Страсть и нежность сейчас смешивались внутри старшего в сногсшибательный поток. - У-ву, - сказать внятно хоть слово Хенджин не смог, поэтому просто отрицательно помотал головой. Он не хотел сейчас признаваться, что это был подарок от Феликса. - Ты прекрасен, Хван Хенджин, - Ли припал губами к паху художника, лаская его член прямо через кружево. Это были совершенно новые ощущения, которые быстро распаляли пожар вожделения у обоих. Хенджину стоило больших усилий устоять на ногах. Он схватился за плечи Минхо, слегка царапая кожу, выгибаясь и не сдерживая сладкие стоны. Одновременно с этим Ли сильно сжимает его ягодицы, мнет и гладит. Он проводит пальцами между гладкими половинками и обнаруживает еще один сюрприз. Ли рычит, резко встает на ноги и тут же разаорачивает художника к себе спиной. Прозрачная темная рубашка не могла сдержать пыла, который исходил от тела Хвана. Минхо нежно провел ладонью по рельефной спине и тут же сильным толчком заставил Хенджина упасти на кровать. От неожиданности Хван лишь ойкнул, но его бедра тут же были зажаты между ног Ли. Минхо сидел и завороженно рассматривал сверкающий блестящий камешек от анальной пробке между двумя аккуратными молочными ягодицами: - И долго мой невинный ангел ходит с этой красотой? - спрашивает Минхо, наклоняясь ближе к ушку любимого. В это время он сильнее надавливает на пробку и мучительно медленно ее проворачивает. С пухлых губ сорвался едва слышный стон. - Я нарядился в ресторан, - еле вымолвил Хван. Минхо отстранился и несильно потянул за длинные пряди Хенджина на себя, заставляя его подняться и поменять позу. Теперь он сидел на своих раставленых в стороны коленях и опирался спиной в грудь Ли, откинув голову ему на плечо. Минхо оставляет нежные поцелуи на щеке, ведет мягкими губами по шее. Его руки ловко растегивают пуговицы на рубашке, которую он тут же спускает с округлых плеч, обнажая для себя белую кожу груди и впалого живота. Больно прикусывает за плечо, заставляя Хвана сильнее вжаться в него самого. Его задница приятно трется о пах Минхо, задевая пробку. Его собственный член отзывается на это сильным стояком. Но Ли не спешит. Он одной рукой слегка придушивает шею под кадыком художника, а другой ласкает стоячий розовый сосок, перекатывая его между подушечками пальцев. - Ты такой нетерпеливый, котик, - Минхо ведет руки ниже, замечает как пальцы играют на выступающих ребрах, оглаживает талию. Одну руку ведет еще ниже, по гладкому паху, запускает руку под ткань и обхватывает член младшего. Другой рукой яростно сжимает ягодицу. Звук шлепка смешался вместе со скулежом брюнета. Тот вздрогнул от неожиданности, непроизвольно толкаясь своим членом в руку. Ли берется за пробку и с громким чпокающим звуком достает. Опустошение стало неприятным, сфинктер начал сжиматься. Но пробка быстро вернулся обратно в попу. - Погоди, солнце, - опора в виде груди мафиози исчезла и Хенджин готов был расплыться лужей по постели. Стало вдруг так одиноко и грустно. Хван начал обеспокоенно осматриваться в поисках любимого. В комнате было темно и холодно. - Кот, - позвал Хенджин. - Я здесь, маленький, - Минхо подошел к кровати вплотную. Хенджин кинулся к нему, носом упираясь в грудь, вдыхая родной запах. Ли начал успокаивающе поглаживать его по голове и спине, шепча что-то в макушку. Хенджин плохо разбирал слова, но это ему больше напоминало мурлыканье огромного кота. Мафиози приподнял голову художника, словил взгляд влюбленных влажных глаз и больше не отпускал. Он медленно наклонился и утянул в медленный трепетный поцелуй. Хенджин таял и не смог удержать глаза открытыми. Не разрывая поцелуй Хван дернул Минхо за ремень брюк, заставляя его придвинуться еще ближе к себе. После начал медленно, слишком медленно, растегивать пряжку, вытаскивать кожанную полоску, растегнуть маленькую пуговку и, наконец, распустить молнию буквально по миллиметру. - Дразнишься, детка, - рыкнул Минхо, резко опрокидывая парня на постель и удобно устраиваясь между его ног, успевая скинуть свои брюки. Тут же достает пробку, заставляя тело Хвана выгнуться дугой, и припадает к входу горячим языком. Немного облизывает. Художник видит перед глазами лишь звезды и забывает как дышать от такой откровенной ласки. Хван слышит щелчок, который вернул его в реальность. Холодная смазка заставила его непроизвольно сжаться. Но любимые пальцы Минхо уже оглаживали его изнутри, равномерно распределяя жидкость по гладким стеночкам. Хенджин спустя минуту уже сам насаживался на три пальца, которые с чвакающим звуком легко входили в его попку. - Тебе нравится, малыш? - голос Минхо ворвался в сознание словно сквозь кисельную гущу. - Да! Да... Амммм, - тело Хенджина пробило искрами и подкинуло, когда пальцы нашли и начали слишком активно масировать простату, - Даа-ах. - Твои стоны бесподобны, Джинни. Не сдерживай себя. Хочу слышать твой голос. Хван метался на постели. Его пальцы на ногах подгибались, по телу текли капли соленого пота, а руки до треска сжимали простынь под собой. Вскоре он почувствовал как низ живота наливается тяжелым свинцом, становится невыносимо жарко, по венам начинает распространятся тепло, заставляя тело дрожать. Еще немного. - Я, я... я скоро... пожалуйста. АХХХ-Ааа - Ли усилил давление на простату, а другой рукой взял налитый член своего парня и успел сделать лишь несколько фрикций, когда Хван в его руках протяжно и высоко застонал. Свинец растаял и превратились в воздушных бабочек. Его тело содрогалось, член пульсировал, выпуская сперму наружу. Пальцы внутри его лона тесно сжало гладкими стенками. От этих жарких ощущений и неповторимого вида Минхо сам не сдержал своего стона. Он уже представил свой член внутри этого совершенства. - Ты такой красивый, Хенджин. Неземной, чувственный, сексуальный. Ты сводишь меня с ума, ты заставляешь мое сердце биться чаще, - Минхо осыпал Хвана комплиментами и признаниями, давая время прийти в себя. Минхо знал, что Хенджин отдается сексу полностью. Для него важен не только физический контакт, но и эмоции, которые испытывает он сам и то, что он может дать своему партнеру. Именно по этой причине Ли не любил заниматься с Хенджином быстрым сексом. Страстным, спонтанным, бешеным - да, но не мимолетным, не только ради того, чтобы побыстрее получить разрядку. И Хенджин был благодарен за это, поэтому бесстрашно отдавал себя всего в руки Ли. Поэтому Хенджин не дает себе долго плыть по течению эйфории и зовет: - Мин, Мин - хо, - его голос охрип, в горле пересохло. - Чего ты хочешь, Джинни? Скажи словами, - Минхо гладил согнутые колени младшего и нежно целовал внутреннюю сторону его бедер. - Хочу чтобы ты трахнул меня - Хенджин был таким расслабленым и опустошенным сейчас, что ему нужно было срочно почувствовать себя заполненым членом Минхо, почувствовать себя снова живым, полноценным и любимым. - Можешь кончить только после меня, сладкий, - Ли встал в полный рост перед Хенджином и смотрел как тот извивается от нетерпения у его ног. Минхо избавляется от боксеров и чувствует прохладну на своем колом стоящем члене. Он присел перед лицом Хенджина и нежно поводил головкой по влажной от пота щеке, по искусаным приоткрытым вишневым губам, и лишь раз позволил скользнуть члену в рот Хвана. Но затолкнул сразу очень глубоко и задержавшись на несколько секунд внутри. Его стон смешался с шипением. - Так узко и горячо, детка. Ммм, да - Ли закатил глаза от удовольствия. Потом он сменил член своими мягкими губами. Проводя по уголкам хвановых уст языком, кусая и оттягивая их, и потом нежно сминая снова. С влажного члена стекала слюна, когда Ли ощущал под собой мягкое пылающее тело. Он приставил свой член ко входу и толкнулся вперед. Сорвал с губ очердной стон. Он вошел лишь головкой, давая иллюзию неспешности и нежности. Но следующим резким толчком заполнил до упора. Он стал трахать Хенджина напористо, нестерпимо, горячо. Он вторгался резкими толчками, и тут же медленно двигался обратно, почти выходя. Но Ли быстро набирал темп, заставляя биться парня под ним, не успевать даже подмахивать в ответ. Тишину в квартире нарушали громкие сладкие звуки шлепков, стонов и жадных вздохов. Минхо резко выходит из Хенджина и переворачивает его, ставя в коленно- локтевую. Хенджин снова чувствует как его попу наполняет твердый горячий член и ударяет по простате с первого толчка. Минхо отлично знал тело Хенджина не только снаружи. Возбуждение уже затмевало разум, невозможность контролировать свои ощущения сводило с ума. Хенджин даже не пытался уже сдержать свои слезы. Они хрустальными каплями застыли на мокрых черных ресницах и слетали с них брызгами, когда тела сталкивались друг с другом. Ли рычит как дикий зверь, который желает растерзать свою жертву. Он прижимает податливое хрупкое влажное тело, ложась сверху. Теперь любое движение ощущается всем телом. Как проходится кожа по кожа, как разгореченное дахание опаляет спину, а любовники сливаются воедино, идеально подходя друг другу. Их секс становится еще проникновеннее, пленительнее и ближе. - Ты ... только ... мой, - шепчет свою тайну Минхо, срываясь на хриплый глубокий стон от накрывающего яркого оргазма. Он еще сильнее прижимает дрожащего Хенджина всем телом к кровати пока изливается в него, тяжело дыша ему в плечо. Он еле сдержал своего внутреннего альфу, чтобы не вцепится зубами в беззащитную шею Хвана. От этих слов и чувства горячей спермы внутри себя с пульсирующим членом Хенджин кончает следом томительно долго, оглушающе, словно его утаскивает на глубину в темное озеро. Передышек Хенджину Минхо не давал и когда в очередной раз, кажется уже в четвертый за ночь, или может больше, он кончил скудной белесой струей, его сознание сдалось от передозировки наслаждения. На утро тело будет отдавать болью, покрытое следами жарких прикосновений и жадных укусов. Минхо успел подхватить безсознательное залюбленое тело и бережно упустить на влажные простыни. Он быстро вышел из Хенджина и продолжил надрачивать себе рукой. Вид такого безмятяжного, мягкого и оттраханого тела быстро подвел его к окончанию. Очередной яркий оргазм содрогнул его тело жаркой волной и выпустил наружу в виде свежей горячей спермы, покрывшей уже подсохшие следы на ягодицах Хвана. Минхо рухнул рядом с Хенджином. Дышать было тяжело, но так свободно. Хищник насытился своей жертвой.