Сезон охоты

      Знаешь ли ты то чувство, когда находишься в крайне неприятной ситуации, но никак повлиять на неё не можешь? Тебе просто требуется мучительно ждать, пока всё не решится. Существо, шагающее по другую сторону металлического ограждения для мусорных баков, остановилось прямо за моей спиной. Я чувствую этот запах. Человек, точно. Я могу слышать его сопящее дыхание и шумные выдохи. Персона явно не в лучшем настроении, от него исходит до жути негативная энергия. Я ещё плох в считывании эмоций, но его агрессивная аура настолько сильна, что самый неопытный легко поймёт. Метал сам по себе отбивает энергию, но криво склеенный шов в углу ограды пропускает через себя её, чем наводит на меня больше паники. Но нужно взять себя в руки. С чего я вообще решил, что никак не могу повлиять на ситуацию, она может зависить от меня. Сегодня я главный герой.       Заметил меня? Тогда стоит прямо сейчас срываться с места и бежать, куда лишь ноги несут. Но пока скину с себя ковёр, который служит мне покрывалом, пока переберусь через баки, шуму создаст столько, что невозможно не заметить. А если он пока не понял, что я тут? Тогда я сдам себя с поличными и перекрою шанс того, что он просто уйдёт. Грёбанный Сатана, выходит, только в моих руках моя жизнь сейчас.        - Коннор, тяни сюда псину, нихрена не вижу в этой темени. - голос позади был мужской и очень уставший, начинался с томного выдоха.       - Знаешь, тебе стоит чаще заряжать свой фонарь - второй голос, менее грубый, но не менее унылый, приближался. Теперь я чувствую запах животного. Эта мокрая шерсть в смеси с сырой травой, какой же ненавистный этот запах. Отвратительно, люди ведь тоже не в восторге от такого запаха, но терпят до последнего, так как их восприятие не так чувствительно. Но сейчас не время жаловаться на вонь, появление собаки ухудшало ситуацию вдвойне. Остаётся надеяться, что пёс устал не менее коллег, и не заметит меня.       - Ну же, давай, искать. Ты слишишь меня? Искать! - я немного расслабился. Охотник бесился, собака не хотела работать. Начинаю контролировать дыхание, чтоб меня нельзя было и услышать. Но тут же по всему двору проносится звонкий лай. В углу, где сходятся два лоскута железа, я вижу отблиски лунного света от мокрого носа, что судорожно дёргался в поисках новых запахов.       - Окружить ограду. Не дай хоть этому уйти - после этого приказа я понял, пути назад нет. Срываю ковёр, падаю всем телом на бак на колёсиках. С отвратительным высоким скрипом преграда отьезжает вперёд и я пробиваюсь в открытое пространство. Ноги не сотрудничают с мозгом и весь организм отдаёт энергию на бег. Главное следить за дыханием, но после отчётливых злых криков и рычания пса, я начинаю впадать в панику. Неизвестно, чья скорость больше, моя или собаки. Впереди трасса и выход в лес, на повороте дорога в глубь города. Если побегу между домов, может и оторвусь от хвоста, но легко могу нарваться на других охотников, либо же люди увидят и вызовут службу. В лесу тоже оторвусь, но неизвестно, где потом смогу найти приют, да и не прийдут ли на следующий день сотни охотников в эти пролазни. Тогда я наведу беду на всех возможных гулей, живущих тут. Нету времени, бегу в город. Сейчас избавлюсь от собаки и агрессоров, сяду спокойно где-то под забором и решу, куда бежать дальше. Резкий поворот, перебегаю улицу, несусь на главную площадь. Там всегда мало охотников, так как в центре никто не прячется, банально места для этого нету. Дорога длинная, но у меня открылось второе дыхание, справлюсь. На порывах сил поворачиваюсь назад, просто хочу удостовериться, что расстояние между мной и псом достаточное. Но не тут то было.       Животное практически кусало меня за звост, развивающийся на ветру. Если он схватит меня даже за кончик, бежать дальше не смогу. Пытаюсь увеличить скорость, но, поджавши его, я создаю большее трение с воздухом. Плохи дела, ещё минута-две, и я окажусь в лапах у этой зверюги, а потом и у охотников. На улице только холоднедло, я потерял контроль над лёгкими, амплитуда сгибания коленей стаёт всё меньше, в глазах изредка темнеет. Надежда пропадает. Я уже не убегу. Из последних сил делаю рывки, но слышу сбитое дыханием рычание в паре метров от меня. Какой смысл уже стараться, в любом случае умру. Закрываю глаза и вдыхаю в полные лёгкие, расслабляю ноги, мышцы в которых до жути саднили от переизбыточной нагрузки. Таким падением я не смогу довести себя до смерти, а раны заживут за короткий промежуток времени, тем более в руках людей, им же выгодно держать меня живим. Интересно, попаду ли я к учёным сразу, либо в приют какой запихнут. Ну вот и узнаю на собственной шкуре, о чём говорила мама.       Жду падения секунду, две, но почему-то не чувствую соприкосновения с землёй. Из последних сил открываю глаза, в которых хаотично плавают разноцветные круги. Передо мной была та же дорога. Поднимаю ноги и понимаю, что не косаюсь земли. Первые бредовые мысли о том, что я уже мёртв и переродился ввиде призрака, уходят также быстро, как и пришли. Что-то крепко держало меня за воротник. Меня подняли за шкирку как бездомного котёнка, всё ещё держа на растоянии от себя, опасаясь или атаки с моей стороны, или моих возможный заболеваний. Поднимаю испуганные глаза выше в попытках высмотреть лицо человека, как я определил по запаху. Его тело закрывало свет и так тусклого уличного фонаря. Чёрно-белое очертание черепа на лице немолодого мужчины расплывалось в моих глазах, купаясь в лунном свете. Один глаз выделялся из темени, посвечиваясь как кошачья радужка. Глубокие морщины на лбу придавали персоне серьёзного и статного вида, а в смеси с гримом навеивало агрессивные нотки, заставляя завязываться нервному узлу внизу живота. Его плотно сжатые губы были будто намертво склеены, не имели никакого желания обьясниться. Он молча прожигал меня пронзительным взглядом, широко распахнув свои глаза, пока собаку, что так отчаянно приследовала меня, практически разрывало от лая. Мужчина даже не моргал, он знал, рабочая собака не нападёт на человека без приказа.       Собственный воротник начал медленно ограничивать доступ к воздуху, но тело спасителя за это всё время ни на градус не двинулось. Лишь глянцевые чёрные волосы под воздействием ветра выбивались из идеально прилизанной укладки. С моего ракурса я смог рассмотреть облягающую торс белую рубашку и плащ, плотно сидящий сверху. Его украшали большие пуговицы, а высокий воротник плотно припал к морщиннистой шее. Вышитый на груди большой крест в сочитании с религиозным одеянием давали причину предположить, что сейчас я нахожусь в руках священника или попа. Тогда моя смерть может быть в разы мучительней, нежели в лаборатории. Но не похоже, что он обычный священник лютеранской церкви, что столетиями стоит недалеко отсюда.       - Молодой человек! - запыхавшись, кричит уже знакомых охотник - Спасибо за помощь, но, пожалуйста, медленно опустите это существо на замлю.       - Простите, моё дитя, видимо, создало уйму проблем. Не уследил, моя вина - голос священника не был до жути низким и хрепящим, каким я его представлял. Даже наоборот, он был тихим, сдержанным, мелодичным, звуки плавно перетикали друг в друга, гипнотизируя. Он прижал меня вплотную к своему боку и подхватил снизу, прикрывая хвост. Головой я зарылся в ткань в районе подмышки.        - Послушайте меня, это какое-то недоразумение, это не Ваш ребёнок, я Вас уверяю - речь охотника становилась всё раздражённее, ведь мужчина абсолютно не реагировал на его слова. - Это гуль, самый настоящий, и если Вы его не отпустите прямо сейчас, он может навредить Вам. Отдайте его мне, я работаю на службу по вылову таких животных, видите значок? Я отдам его в нужные ру... - на полуслове его голос прервался. Я высунул голову из-под одеяния и обернулся. Глаза охотника закатились назад и тело обессиленно рухнуло на землю. За спиной у него стояло нечто в серебряной блестящей маске и протянутой рукой вперёд в напрявлении к лежащему. Это не был человек, его запах напоминал... мой. Неужели другой гуль, что он тут забыл? Это обьясняет, почему он напал на охотника и как вообще сумел использовать "несуществующей" для людей магией. Рука медленно опустилась, на маске я увидел небольшие выпирающие рожки.       - Теперь тебя никто не обидет. - говорит священник не меняя эмоций. - Опасно находиться нынче на улицах таким, как ты, сам ведь понимаешь. Но у меня есть спасение для тебя. - страх резко ударил по рёбрам и крепкие руки, обхватывающие меня, уже не казались такими безопасными, как раньше. Я не знаю, кто они и какие у них намерения. Я не могу спастись от одних рук и тут же попасть в другие, это неправильно. Вырываюсь, что только есть мощи, силы возобновились и появились шансы на победу в поединке с человеком.       - Если не прекратишь сопротивляться, мне прийдётся утихомирить тебя самостоятельно. Только погляди, перед тобой твой собрат, разве есть причины так убиваться? Ты ведь даже не знаешь, от чего собираешься отказаться. - Руки намертво были прикованы ко мне, как бы я не старался освободиться. Я испуганно посмотрел вперёд на гуля, его голова была слегка повёрнута набок. Мужчина, не отпуская меня, начал неспешно шагать в сторону леса, практически не сгибая ноги. Я не нахожу другого выхода, выворачиваюсь на максимальный угол и кусаю за запястье своего "спасителя", но не чувствую ни текстуры, ни вкуса кожи. Я оборачиваюсь на его вторую конечность и вижу элегантную белоснежную перчатку, сидящую на его ладоне, будто на королевской. Нужна ли ему она для поддержки имиджа, или же не хочет оставлять свои отпечатки.       - А потом скажешь, что не предупреждал. Ифрит - под слоем грима можно было проглядеть какую-то усталость и злобу, но на лице не было каких-то явных эмоций, он просто наблюдал. Последнее слово было сказано громко и приказывающее, но что оно значило, мне не было дано понять. Я услышал вздох со стороны и повернул голову на второго гуля. Он молча посмотрел на меня широким вглядом, который и так сковывала маска. Я в очередной раз резко дёргнулся, после чего почувствовал землю под ногами. Вернув в себя веру, рванул в пространство между двумя существами. Но не дав сделать мне и двух шагов, неведомая сила опрокинула меня вниз. Ноги отказали, не было ни капли сил, чтоб встать, я не чувствовал своего тела. Еле дышу и прикрываю глаза.       Почему именно я? Слышу шаги около себя и поднимаю веки. Сверху нависли священник с ему подвластным гулём. Я не улавливал, о чём они говорят, переглядываясь, но смог рассмотреть внешний вид моего, по словам мужчины, собрата. Его маска была слегка пошарпана, очертание волос, уложенных назад, окружало двое рожек, вперёд выпирал острый длинный подбородок. Из его собственного тела я могу видеть только глаза, всё остальное прикрывали либо ткани, либо маска. На полностью чёрном одеянии выделялись две вещи: непонятные мне символы, вышитые в области сердца, и массивная серебряная подвеска с необычным крестом, держащаясь лишь на тонкой чёрной ните. Фигура, которую я так внимательно оглядывал, наклонилась ко мне, просовывая одну руку через мою поясницу и подтягивая наверх. Второй он коснулся моего лба, после чего я окончательно потерял контроль над собой. Где я сейчас, и жив ли я ещё?