Чайный домик

Хван Хёнджин известен в наших краях собой да своими картинами. Редко можно встретить человека, что даже не слышал о нём, ведь в последнее время имя художника слишком часто вертелось на устах жителей. Билеты на какие-то дешевые выставки молодых авторов, где были выставлены хотя бы одна-две его картины, мигом распродавались. На самом деле, людей, к сожалению, интересовало не столько его творчество, сколько он сам. Многие находили в нем отборного красавца, ведь Хенджин действительно довольно сильно подходил по корейским стандартам красоты, выглядел таким правильным и идеальным. Поэтому и приходили в надежде встретить его, так как в пору своей не слишком большой популярности, посетители не редко замечали где-то не далеко от картин Хвана. Посты с лицом на Инстаграм аккаунте Хёнджина набирали в разы больше лайков, и просмотров, чем с картинами, что очень сильно расстраивало и отбивало напрочь все желание делиться своим творчеством. Ведь Хван, в первую очередь, был творцом, а не моделью. Он был творческой личностью и создавал скорее не для людей, а для себя, но и другим был не прочь показать. Ему хотелось видеть, что есть кто-то, кто смотрит на мир так же, как и он. Кто-то, кто понимает толк в искусстве, а не просто пускает слюни на какие-то, порой небрежные и не имеющие никакого смысла, картиночки из разных приложений. Он желал найти единомышленников. И это даже получалось. Тысячи таких же людей находили Хёнджина и эту страницу. Смотрели на его картины и вместе обсуждали их в комментариях. За этим всегда было интересно наблюдать. Но с появлением первых фотографий самого художника, он заметил лишь одно: другим это больше нравится. Такие посты набирают в несколько раз больше лайков, их больше репостили, а в тех же комментариях он видит, что какие-то люди уже успели стать его фанатками. Вернее, фанатками его внешности. Они не знают какой Хенджин, они не видят того, что затаилось глубоко в его картинах, и какие эмоции Хвана в них хранятся. Судят по красивой обложке. Ох если бы они могли осознать то, что он вкладывает в свои работы. Что в них на самом деле намного больше смысла, чем кажется изначально, и что эти картины насквозь пропитаны искренними чувствами, быстрым ритмом сердца, воспоминаниями и ним. Пропитаны той подростковой влюблённостью. Кажется, самой крепкой в мире. Знали бы они, что большая часть картин была нарисована по «звёздам», которые разглядывай-неразглядывай, а найдешь новые. «звездам» его родинок. Как же много картин посвящено ему. Как же много картин рисовалось с него. И он об этом знает, умиляется, но встречи не прекращает. Хенджин любит родинки. Любит смотреть на их скопления, приставлять, что перед его глазами небо усыпанное звёздами. Любит аккуратно очерчивать путь от одной "звезды" к другой, находить целые созвездия-рисунки и любоваться ими, а особенно он любит его родинки. *** — Не против снова встретиться вновь сегодня? — разрезает тягучую тишину голос. Его хозяин медленно опускается на спину и аккуратно укладывает голову на стройные ноги своего собеседника. — под ивой? — спрашивает младший не спеша закапываясь тонкими пальцами в светлые волосы, массирует кожу головы. И уже ожидает ответа. — под ивой, — утверждает в ответ Хёнджин и слабо кивает, чтобы не нарушить плавные движения рук, что доставляют огромное удовольствие лишь мягкими прикосновениями. Как-то будто спокойно дышит и даже слегка прикрывает глаза при этом перекладывая свои руки на грудную клетку в области сердца, чувствуя слишком быстрое его биение, а чуть позже и вовсе издавая звуки, похожие на урчание сытого и довольного домашнего кота. Но Хёнджин точно уж не кот, максимум слегка наглый и проворный хорек. Парень на это лишь улыбается сдержанно, а в глазах Хвана эта улыбка выглядит действительно нежной и милой, заражает. Он, сам того не заметив, зеркалит её и начинает выглядеть как один из самых счастливых людей на этой планете. Хотя, наверное, так и есть. *** —присаживайся, Сынмин, — подзывает на мягкий плед, чуть помахивая рукой, Хван. Ива тревожно покачивается на прохладном ветерке, скрывая своими ветвями уютно обустроенное место. Разнообразные краски, невысокий мольберт, чистый холст, кисти, старое одеяло с узором в виде котов, изрисованное акварелью, небольшой перекус в виде конфет с клубничной начинкой и наскоро сделанных бутербродов, а так же Хёнджин. Он выглядит так мягко, в этом свитере на пару размеров больше, лёгких штанах и с запутанными ветром волосами-одуванчиками, которые так и хочется расчесать и пригладить. Сынмин чуть улыбается этой картине и сам садиться на одеяло. Он сразу чуть щупает его руками, чтобы понять текстуру, а потом немного радуется, потому что оно оказалось очень приятным. Хван сразу протягивает младшему конфету и предлагает начать рисование, а Ким, не в силах отказаться, закидывает сладость в рот и стягивает мастерку, смотря вдаль. Время от времени он чувствует касания на своей спине и плечах, но полностью доверяет Хенджину, который в это время уже успел нарисовать картину не только на холсте.