Самогонный аппарат

Галина полностью погружена в работу. Для этого у нее есть новейшая техника, которая помогает ей ее выполнять. Пропалывать грядки от сорняков на тракторе, поливать, используя новую модель самолета, который может влиять на погоду, опрыскивать ядом, чтобы насекомые не плодились. Смахивает рабочий пот Галина и улыбается, зная, что ее труд благороден и востребован. Сахарная свекла необходима для сахара. Она никогда не жалела, что посвятила свою жизнь сельскому хозяйству. Работать с чем-то живым всегда лучше, чем гайки крутить или бумажки перебирать. Но есть в ее работе и неожиданные повороты, которые не всегда ей понятны. Не так давно заметила она местного алкоголика Миколу, который с грядок свеклу уволакивает. Причем брал бы по две-три штуки, как все, кто хочет поживиться за чужой счет, так нет же, уволакивает килограммами. Решила Галина отложить грядки и сходить к тому в хату, чтобы прекратилось это. Начать стоит с разговора, а потом уже, если это не подействует, звонить в милицию. — Микола, открывай! — стучит в дверь ему девушка и хмурится, готовясь к серьезной речи. Что тот расхищает социалистическую собственность, государству вредит. На парах по политэкономии Галина не спала в отличие от многих. Через несколько секунд, на удивление, дверь открывается, но на пороге стоит не Микола, а другая девушка. Причем в форме. — Добрый вечер, — кивает та и пропускает колхозницу внутрь. — Вы, должно быть, Галина? Я сестра Миколы, меня зовут Ангелина. Вот и познакомились. Улыбается Галя, чувствуя суровую руку закона в непростом деле. Ей искренне интересно, что Ангелина сделает со своим братом. — А вы откуда, из города? — спрашивает Галина. Смотрит на нее девушка с прищуром и отвечает: — Я переведена из города сюда. Я ваш новый участковый. Вот к брату решила заглянуть, а у него здесь самогонный аппарат. Будем оформлять. — И вы, такая хрупкая, не боитесь своей профессии? — Ну, вы тоже не сильнее меня, но как-то справляетесь с колхозом, — хмыкает Ангелина и садится заполнять документы. Микола между тем лежит на печи и произносит что-то невнятное. — Мне вам стоит рассказывать, что у меня с грядок свекла пропадает? — интересуется Галина, садясь напротив. Ангелина трет глаза и кивает. — Уж лучше расскажите. Жаль, конечно, братца, но покрывать его уже нет сил. Пусть вкусит все прелести жизни заключенного, когда протрезвеет. — А вы, смотрю, свою работу любите, — вновь улыбается Галя. Отвечает на улыбку слабо Ангелина и рассматривает ее. — Как не любить… Как-то просто завязался между ними разговор. Говорили о семьях, о призвании, о том, как в институтах учились. Чувствовалось, что девушки во многом похожи, поэтому к концу разговора уже ощущали, что знали друг друга всю жизнь. Галина пригласила Ангелину посмотреть ее колхоз, на что последняя согласилась. Скоро обе перешли на ты. Казалась чернобровая Галина участковой какой-то девушкой из произведений Шолохова, до чего же ладная. Ангелина между тем все больше очаровывала Галину тем, что во всем чувствовался ее ум чистый и форма ей была к лицу. — Давай я тебя провожу, — предложила Ангелина, протягивая руку, закончив с делами. Галя поднялась на ноги и словно молния ее пронзила, когда она ухватилась за эту руку. Заглянули девушки друг другу в глаза и смутились, чувствуя, что тают от эмоций. Дорога до дома Гали проходила через все село. Удивилась она, когда девушка в форме начала ей зачитывать стихи чистым, поставленным голосом. Галя слушала и чувствовала, как ее сердце сжимается. Уже почти показалась луна, насекомые пели свои песни, красота летней ночи только набирала силу, а она могла лишь думать о том, что имя Ангелины как ничто гармонирует с ее сущностью. — Заглянешь ко мне? Чаю попьем, — предложила Галя. Ангелина тяжело вздохнула, когда они обе оказались около калитки. — Не сегодня, служба, — произнесла она тоскливо. — Впервые жалею, что у меня ночная смена. Почувствовала от этого Галя, как ее щеки зарделись, хорошо в темноте не видно. Обе как-то резко замолчали, отводя взгляды и не зная, что сказать. Галя подошла к Ангелине и крепко обняла ее, шепнув на ухо: — Ну, надеюсь, свекла больше пропадать не будет. — Не будет, — с трудом произнесла Ангелина. Повернула она лицо так, что между их губами с Галей оставалась всего несколько миллиметров. Закрыли девушки глаза и потянулись, думая друг о друге. Таким образом самогонный аппарат соединил две одинокие души.