UnderParasite

      — Все настроено и перепроверено. София готова к финальному тесту? — спросила Аларис.       — Да. Ее Душа полностью здорова и подготовлена к нагрузке. — ответил Гастер, погружая дочь в глубокий сон.       — Насколько глубоко вы хотите погрузить ее в воспоминания? — спросила Аларис.       — Начнем с первого самого яркого воспоминания в этой AU. А затем пройдемся по всем важным воспоминаниям. — ответил ученый.       — Хорошо. — сказала Аларис, странно посмотрев на коллегу и подключив Софию к машине.

Лето 5006 год. Город Вавилон, торговая площадь.       Молодая женщина с дочерью прогуливались по рынку и готовились к началу учебного года. Женщина была одета в дорогой костюм серого цвета, туфли с средним каблуком и очки с прямоугольными линзами и золотистой оправой. У нее были фиолетовые глаза и черные короткие волосы, концы которых были покрашены в красный цвет, в руках она несла пакеты с школьной формой дочери и новой обовью. Девочка была одета в красное летнее платье светло-серые чулочки и красные туфельки. Она шла позади матери и старалась не отставать от нее.       — Я помню тот день. Октавия с Софией пошли на рынок закупаться вещами для школы. Ей тогда только исполнилось 6 лет. — прокомментировал Гастер.       — Мама я сильно устала может пойдем уже домой, а завтра все докупим?       — Нет. Я сказала, что за сегодня мы купим все, значит купим все. Я не собираюсь потом с тобой бегать и искать вещи. — ответила Октавия и подошла к бутику спортивной одежды.       София из-за усталости начала капризничать, чем сильно раздражала свою мать. В итоге, когда девочка в очередной раз не хотела примерять очередной комплект, которую принесла Октавия, она ударила дочку.       — Заплачешь сильнее получишь. Меряй! Чтоб через минуту была одета!       Девочка, сдерживая слезы и пытаясь подавить эмоции, переоделась в новую спортивную форму и вышла из примерочной.       — Повернись!       Девочка покорно повернулась к матери спиной.       — Сидит хорошо. Берем. Переодевайся обратно в платье и неси вещи на кассу. А я пока посмотрю обувь.       София зашла обратно в примерочную и стала переодеваться. Когда она надела свое платье, Октавия резко раскрыла шторку примерочной. Она отругала девочку за то, что та медленно переодевается, и положив кроссовки на пол, со злостью застегнула молнию платья, прищемив шею и волосы девочки. Из-за чего София не смогла сдержать несколько слезинок.       — Ты, что меня опозорить решила?! Мерь кроссовки и молись, чтобы они были тебе по размеру. Уже в край взбесила! — злобно прошептала мать девочки, одарив ее подзатыльником.       София вытерев проступившие слезы надела кроссовки. К счастью, они ей оказались в пору, и Октавия быстро сняла их со стоп дочери, забрала одежу и пошла на кассу. Когда София надела свои туфельки и забрала пакеты с ее новой одеждой, ее мать уже выходила из магазина. Когда девочка догнала свою мать, она быстрым темпом шла к выходу из торговой площади, но остановилась, чтобы ответить на телефонный звонок. Разговаривая по телефону, женщина не замечала ребенка, до тех пор, пока София не начала дергать ее за рукав пиджака. Октавия лишь отдернула руку и передала дочери новый пакет с только что купленной одеждой. Затем, закончив телефонный разговор, она телепортировалась в неизвестном направлении, оставив девочку с пакетами в одиночестве.       София, сдерживая слезы и волоча за собой пакеты, направилась к выходу с площади. Выйдя с торговой площади и пройдя несколько улиц, по которым она с матерью пришла на рынок, девочка поняла, что она совершенно не помнит дорогу к дому. Девочка пыталась спросить дорогу у прохожих, но ее либо не замечали, либо рычали на нее с требованием не мешаться под ногами. С каждой попыткой девочка все сильнее отчаивалась и уже не сдерживала слезы. Она металась от одного горожанина к другому и умоляла хоть кого-нибудь ей помочь, но горожане продолжали ее игнорировать. В итоге, от переполненных эмоций и начавшейся истерики, у девочки произошел приступ. Она начала кашлять «Черной Кровью», а ее слезы почернели. Когда девочка упала на колени, к ней подошли два ошарашенных Монстра. Подняв ее, они отвели Софию в небольшой переулок и оставили ее там вместе с пакетами. Когда ее нашел Сэм, был уже вечер и солнце заходило за горизонт. Девочка сидела калачиком на холодной тротуарной плитке и тихо плакала, а рядом с ней стояли пакеты с покупками. Сэм поднял сестру на руки, чье красное платьице полностью пропиталось «Черной кровью», и забрав покупки телепортировался домой. Скелет оставил пакеты с вещами на диване в гостиной, а затем переместился в свою комнату, до которой доносились ругань между Гастером и Октавией, а также битье посуды.       — Я нашел ее. Возвращайся домой. — сказал Сэм, когда дозвонился до брата.       — Хорошо. Я скоро буду. Оставайся с ней до моего прихода. — ответил скелет.       — Прости. — прошептала девочка, когда скелет убрал телефон.       — За что ты извиняешься, малая?       — Я испачкала твои доспехи.       — Это ерунда, главное, что ты дома и с тобой ничего плохого не случилось. — сказал скелет и обнял сестру.       — Ты оставила нашу дочь на улице в незнакомом месте! А если бы с ней что-то случилось?! — прокричал Гастер.       — Ну нечего ведь не случилось! Я не виновата, что меня вызвали на работу тогда, когда я возилась с этим ребенком! Я не могла появиться там с ним! — прокричала Октавия.       — Этот ребенок твоя дочь! Ты могла просто отвести ее домой! А затем отправиться на свою РАБОТУ! — прокричал Гастер, и разбил очередную посуду.       — Сэм, я пришел. Можешь идти их разминать, пока всю посуду не перебили. — сказал Рональд, когда зашел в комнату старшего брата.       — Хорошо. У нее не проходит приступ. — сказал скелет, подойдя к брату.       — Ясно.       — Да как ты смеешь швыряться в меня! — прокричала Октавия.       — Скажи спасибо, что я вообще сдерживаюсь! — прокричал Гастер и швырнул в нее очередную посуду.       — Эй, принцесса, давай умоемся и переоденемся в чистую одежду. А заодно согреем тебя.       Отнеся Софию в ванную, Рональд попросил ее немного подождать его здесь, а сам пошел в их спальню, чтобы взять чистую одежду девочки. София, оставшись в одиночестве, попыталась вымыть щеки от черных слез. Наклонившись над раковинной, она открыла теплую воду и безрезультатно умывалась, повторяя попытки смыть «Черную кровь» с своего лица. У девочки появилась впечатление, что от ее попыток с глаз вытекало все больше и больше черной жидкости. Из-за чего София начинала сильнее нервничать, что привело к очередному кашлю с кровью.       — Рональд, где сейчас София? — спросил Гастер, когда они пересеклись в гостиной.       — Она в ванной, я иду за чистой одеждой. Если хочешь можешь помочь ей умыться и успокоиться. Кстати, а где Сэм?       — Твой брат сейчас обрабатывает раны Октавии от осколков. А также прибирается на кухне.       — Ясно. Ты ведь не будешь его ругать за то, что он опять влез в вашу ссору?       — Я еще не решил.       Когда Рональд зашел в свою спальню, Гастер заглянул в ванную. Глава семейства увидел, как его маленькая дочь сидела на полу, хрипела и не могла вздохнуть. А ее щеки были полностью покрыты «Черной кровью». Гастер быстро подскочил к дочери и аккуратно прижал к себе. Монстр с помощью магии открыл шкафчик с зеркалом, что был над раковинной, и из аптечки достал один из запасных ингаляторов Софии, которые он создал сам для дочери и принцессы Чары. Взяв ингалятор в руки, он помог дочери им воспользоваться. Когда Софии стало легче дышать, отец девочки помог подняться с пола, а затем стал аккуратно смывать следы остановившегося приступа.       — Папа. А мама в порядке? — спросила девочка, сиплым голосом.       — С ней все нормально. Ты бы лучше о себе думала. Как ты себя чувствуешь? — спросил Гастер, вытирая лицо дочери.       — Я устала и хочу спать. А еще я хочу к братьям.       — Хорошо, сейчас я отведу тебя к Сэму. — ответил скелет, аккуратно поднимая дочь на руки.       Когда Гастер с дочкой вышли из ванной в гостиной их встретил Сэм, который шел в свою комнату. Гастер подозвал сына к себе и передал ему сильно ослабевшую Софию. Сэм без лишних слов понял намеренья отца и понес сестру в комнату Рональда. Войдя в спальню брата и положив Софию на ее кровать, скелет запер двери и забаррикадировал ее. Затем он помог брату переодеть спящую сестру в чистую одежду.       — Тогда Октавия получила за свой проступок достаточно урона. С тех пор она перестала воспринимать Софию, как своего ребенка и полностью погрузилась в работу. — прокомментировал Гастер.

1 сентября 5006 год.       — Ты готова, малая? — спросил Сэм, стоя с Софией у центральных ворот школы.       — Нет. Папа обещал прийти на линейку. Я не пойду туда, пока он не придёт. Он придет ведь, правда? — спросила София, взглянув на брата взглядом полным грусти и страха.       Скелет опустился на одно колено.       — Начало учебного года. Я помню тот день. Сэм тогда только вернулся с задания, а я был очень занят. — прокомментировал доктор Гастер.       — Я тоже помню, вы тогда не успевали, хоть и дали обещание Софие. И поэтому я взяла на себя всю вашу работу. — добавила Аларис.       — Эй, не переживай ты так, малая. Отец обязательно придет. Хоть он и может опоздать из-за работы. А тебе опаздывать нельзя тем более в первый день. И не волнуйся, я буду здесь у тебя на виду. А еще Чара тоже будет учиться в твоем классе.       — Правда?       — Правда. Я уверен, ты не сможешь не увидеть скелета в белых доспехах. Давай пойдем, а то опоздаем на начало линейки.       София с братом вошли на территорию школы и отправились к собирающейся толпе первоклассников. Заметив среди детей Чару, они подошли к ней.       — Привет Чара. Привет ЧАРтенок. — поздоровались София с братом.       — Привет София, представляешь мы в одном классе. А и тебе привет костяная банка. Тебе идут белые доспехи.       — Спасибо, малая. А тебе идет школьная форма.       — Дети построились по парам и встаем около своих классных руководителей. Дорогие родители пожалуйста встаньте около красной ленты. Линейка скоро начнется. — произнесла директор школы в микрофон, оповещая об начале линейки.       — Мне пора. Я буду не далеко. Удачи, малая. — сказал скелет и пошел к остальным родителям.       — София, неужели у вас в семье что-то произошло. Просто ты всегда была веселой и уверенной в себе. А сейчас ведешь себя, как тряпка. — прошептала Чара, когда директор произносила свою приветственную речь.       — Да, мелочи. Мама с папой в последнее время много ругаются. Плюс ко всему у меня приступы сильные были.       — У нас в семье тоже в последнее время родители ссорятся. Да и на фоне их ссор. А когда прилетает мне или Азриэлю от Самиры, у меня тоже бывают сильные приступы. Знаешь я уверена, что все ссоры закончатся разводом папы и мамы.       — Дети тихо, сейчас будет играть гимн нашего Королевства. — объявила учительница, когда директор закончил свою речь.       После церемонии открытия нового учебного года и экскурсии для первоклассников, детей отпустили к их родителям. Чару и Софию встречали Казегал, Сэм и Гастер. Они стояли поодаль от остальных и разговаривали.       — Папа! — прокричали София и Чара, подбегая к родителям.       — Я ведь говорил, что он придет. Хоть и пропустил все мероприятие. — осуждающе сказал Сэм, когда Гастер обнял дочь.       — Здравствуйте дядя Казегал/Гастер. — одновременно поздоровались девочки, со своими крестными.       — А где мама? — спросила Чара.       — Она сказала, что у нее много дел. — коротко ответил Казегал.       — А, ясно. В общем все, как всегда, она не хочет тратить свое «драгоценное» время на своих детей. Я не удивлюсь, если она первой подаст на развод.       На слова дочери Король Казегал лишь грустно вздохнул, а Гастер задумался о схожести отношений между ним и Октавии с отношениями Короля и Королевы.       — Хей. Может сходим в кафе отметим поступление наших принцесс? Я знаю одно не далеко от сюда. — предложил Сэм, прервав неловкую тишину.       — Это хорошее предложение. У меня осталось не так много свободного времени, но я использую все это время для того, чтобы провести время с моей любимой дочкой. — признался Гастер, согласившись на предложение сына.       — Я согласен с вами, мой друг. Сэм не мог бы ты отвести нас в то кафе? — спросил Казегал, согласившись с другом.       — Тогда мы хорошо провели время. Хоть и была напряженная обстановка из-за наших с Казегалом титулов и доспехов Сэма. — сказал ученый, вспоминая конфликт с одним из посетителей того кафе.

25 ноября 5006 год — 20 октября 5009 год.       София ходила в школу, общалась с одноклассниками, с Чарой давала отпор хулиганам и высокомерным учителям. Помогала делать домашнее задание и позволяла списывать на контрольных. Приходя домой, девочка здоровалась с братьями, обнимая их, обедала и садилась делать уроки. Когда у Софии возникали трудности с домашними заданиями, она обращалась за помощью к братьям. А когда они были на заданиях, приходила в кабинет к отцу и просила у него помощи. Гастер, не смотря насколько сильно был занят, всегда помогал Софии, в отличии от матери. Которую девочка видела лишь во время ужина, но чаще всего Октавия вообще не приходила домой. Она могла сутками оставаться в лаборатории за проведением своих исследований. В свободное от уроков время девочка проводила время в кабинете отца, помогая ему с работой. Но в основном она проводила все свое время с братьями, которые тренировали ее на одной из арен Академии. Иногда на ее тренировках присутствовал Гастер. Он следил за успехами дочери и лично ее тренировал, а также обучал ее некоторым своим особым атакам.       Пока однажды Софию не похитила родная мать.       Девочка шла со школы вместе с друзьями. Когда они дошли до главной улицы города, дети попрощались друг с другом и разошлись по разным сторонам. София, оставшись одна, шла по улице в сторону главной площади, когда к ней сзади подошла Октавия и остановила дочь. Мать девочки попросила Софию следовать за ней. София не ожидав встретить мать, заглянула в будущее, в котором она увидела, как ее мать тащит девочку в свою лабораторию и там проводит над ней эксперименты. Увидев будущее, София попыталась убежать от матери, но женщина быстро схватила ребенка и прижала к ее лицу чем-то пропитанный платок, из-за которого девочка потеряла сознание. Очнулась София уже в лаборатории матери. Девочка была крепко привязана к лабораторному столу. Заметив это, Октавия подошла к дочери и вколола ей какой-то препарат, со словами, что ее дочь хорошо подходит для ее исследований. Гастер и Аларис долго смотрели воспоминания Софии, в которых над ней проводила опыты и всячески издевалась ее мать. А затем они наблюдали от глаз девушки ее освобождение и долгое восстановление.       — Нам так и не удалось доказать, что Софию похитила именно Октавия, а не ее лаборант. Хорошо, что после этого она переехала в свой старый дом и все начало налаживаться. — прокомментировал Гастер, просмотрев эти воспоминания.       — Да и свидетели похищения все, как один, твердили, что ничего не видели. Тоже самое говорили все коллеги Октавии. Кстати, а что с ней произошло? Как она погибла? — спросила Аларис, согласившись с ученым.       — Она решила провести опасный эксперимент на себе и допустила грубую ошибку в расчетах. Из-за чего она погибла не самой приятной смертью.       — Оу. Мне жаль.       — Не чего ее жалеть. Она получила то, что должна была. И тем более это произошло 10 лет назад.

6 июня 5010 год.       — Софии исполнилось 10 лет. Сэм и Рональд организовали праздник в арендованном ресторане и пригласили всех друзей семьи и одноклассников девочки. — прокомментировал Гастер, наблюдая за праздником в честь дочери.       Именинница была одета в зеленное платье с двойной юбкой и кружевными рукавами. На ногах были длинные серые чулки и черные туфельки. Ее лучшая подруга и сестра Чара была одета в платье, которое ее заставила надеть Ториель. Это было длинное розовое платье с коротким рукавом и большим кружевным ремнем и застежкой в виде розовой стрекозы. Также девочка была обута в высокие сапоги на каблуке, которые были в цвет платья.       — А я думала ты придешь в своем любимом наряде. — сказала именинница, когда девочки подошли к столу с тортом.       — Мать заставила это старье надеть. А еще сказала, что сожжет все мои вещи, если я не надену это розовое тряпье. — ответила Чара, когда объявили о том, что пора резать торт.       Казегал взял нож и начал отрезать первый кусок от торта, у Софии резко закружилась голова, она схватилась за руку сестры и потеряла сознание, уронив с собой Чару на пол. Из-за чего Чара сильно ударилась головой об пол и тоже потеряла сознание. Когда девочки пришли в себя, они уже небыли в ресторане. Сев на колени и оглядевшись, они поняли, что находятся в огромной пещере с множеством различных проходов, которые оканчивались дверьми. Вся пещера была создана из странной фиолетовой каменной породы, а каждая дверь обладала неповторимым дизайном. Над ними или на самой двери висела табличка с странными надписями. Все таблички повторяли дизайн двери, к которой они были приколочены.       — О, новая хозяйка! Я так рада вас видеть! Здесь так давно не было никого из живых. — произнесла дух лисы подплывая к девочкам, которые встали с колен.       — Где это мы и кто ты? — спросила София.       — Точно. Забыла представиться я, Фиджет — дух-хранитель этого места. А это — Кротовая Нора.       — Приятно познакомиться Фиджет. Я — Чара. А это — София, моя старшая сестра. — ответила Чара, представившись.       — Так кто из вас новый хозяин Кротовой Норы?       — Кто? — спросила София.       — Хозяин — это избранный Кротовой Норой. Он или она может использовать Кротовую Нору для путешествий через Миры и даже Мульти Вселенные. А еще он всегда появляется здесь раньше своих спутников.       — Ну мы очнулись в этом месте одновременно. Так, что мы не знаем кто из нас появился здесь раньше.       — Ясно. Что же делать в таком случае? А, точно, вспомнила! Мы можем посмотреть у кого какая Душа!       — А причем тут наши Души? — спросила Чара.       — Духи-хранители напрямую связаны с Душой хозяина. Поэтому мы принимаем форму, которая олицетворяет Душу хозяина. А еще, если хозяин принадлежит к человеческой расе, то дух-хранитель становится таким же цветом, как Душа человека. И из-за этого я приняла образ черной лисы.       — Ну тогда все ясно. София — хозяйка этого места. У нее Душа Ненависти, черная Душа. — сказала Чара, хлопнув по плечу подруги.       — Вот и хорошо. Я бы не хотела становиться олицетворением той, кто в большинстве миров является геноцидным отродьем.       — Это кто тут еще Геноцидное Отродье, летающая крыса?! Подлети ближе и я покажу тебе геноцид!       — Если судить по нашему миру, то и я являюсь «геноцидным отродьем». Тем более с такой Душой. — ответила София, успокоив подругу.       — Да, возможно, ты права. Извини пожалуйста, я не хотела тебя злить. Однако я рада, что у новой хозяйки нет тысячи подобных ей копий в этой Мульти Вселенной.       — Ничего страшного, но теперь ты у меня в долгу.       — Раз так, то я проведу вас к одному из моих любимых мирных Миров.       Фиджет поплыла в сторону двери, ответвленной ветвями дерева с золотыми и черными яблоками.       — И что нам делать с этой дверью? — спросила Чара, когда они подошли к двери.       — Открыть и зайти внутрь.       — А как мы вернемся обратно? — спросила София.       — Создай портал, который ведет в Нору и пройди через него. Это ведь просто сделать также, как телепортироваться. — ответила Фиджет и затолкала девочек в портал, когда Чара открыла дверь, прочитав табличку.       Попав на небольшую поляну на вершине холма, каменная фиолетовая дверь позади девочек закрылась и исчезла.       — Где мы? — спросила София, оглядевшись.       — DreamTale. Так было написано на табличке над той дверью.       — И что нам делать?       — Может сходим в тот городок и посмотрим, кто там живет? — предложила Чара, указав на небольшое поселение у подножия холма.       — Давай. Нам все равно здесь делать нечего.       Спустившись с холма, девочки пошли в поселение, в центре которого росла необычная яблоня. Яблоки на дереве были такими же, как на ветвях обволакивающие дверь. Но в отличии от декорации на двери-портале золотые и черные яблоки на яблоне росли отдельно друг от друга. Подойдя к дереву, сестры заметили двух скелетов. С одним играли дети, а второго избивали их старшие товарищи. Девочки быстро подбежали ко второму скелету и разогнали подростков.       — Ты цел? Они тебе ничего не сломали? — спросила Чара, помогая подняться скелету, когда подростки скрылись из виду.       — Я цел, просто несколько царапин. Спасибо. — поблагодарил скелет, отряхивая одежду от грязи.       Монстр подошел к яблоне и сел, облокотившись на ее ствол.       — Давай я залечу твои раны. Меня зовут София, а это Чара. А тебя? — предложила София, когда девочки подошли к скелету и сели рядом с ним.       — Найтмер. — ответил Монстр, протягивая руку девочке.       — Не обычное имя для скелета. Мне нравится. Оно очень крутое и подходит для сильного Монстра. А что это за яблоня? — спросила Чара, когда ее сестра залечивала раны их нового друга.       — Вы не знаете про древо-эмоций? — спросил скелет, удивившись.       — Понимаешь, мы не от сюда. Так что не мог бы рассказать нам про него? — спросила София, объясняя скелету.       — Ясно. Как я уже сказал это древо-эмоций. На нем растут плоды, которые олицетворяют все положительные и отрицательные эмоции. И если кто-то съест один из этих плодов, то почувствует соответствующие эмоции. А я и мой брат, Дрим, являемся хранителями этих эмоций. Я хранитель всех негативных эмоций, а Дрим — всех положительных. — объяснил Найтмер, достав одно из черных яблок.       — Круто. Можно я попробую его? — спросила Чара, указав на яблоко в руке скелета.       — Серьезно? Я в первые вижу того, кто хочет съесть черное яблоко. Ну хорошо, только не обижайся, если вкус не понравится. — предупредил Монстр, удивившись просьбой девочки.       Когда Чара взяла яблоко Найтмера и откусила его, у девочки полились слезы.       — Знаешь это яблоко кислое, но мне нравится. — произнесла Чара сквозь слезы.       Девочка с трудом откусывала кусочек за кусочком от яблока. Съедая каждый кусочек, Чара плакала все сильнее и сильнее. За происходящим наблюдали не только Найтмер с Софией, но и проходящие мимо люди, которые о чем-то бурно шептались. Доев яблоко, она облокотилась на парня, который не ожидал таково, и вытерла свои слезы.       — Ты как себя чувствуешь?       — Совершенно опустошенной и спокойной одновременно. … Если честно мне этого не хватало. Вся эта история с родителями, их постоянные ссоры из-за меня. … И запрет матери проявлять хоть какие-то эмоции и чувства дома в ее присутствии, а также кому-либо рассказывать о том, что происходит в нашей семье. … Если бы не это яблоко, то я бы не выдержала. Спасибо тебе Найтмер, что отдал его мне. — с трудом ответила Чара.       — Пожалуйста. Так от куда вы? — спросил скелет, когда Чара закрыла глаза и уснула.       — А ты поверишь, если я отвечу? — просила София.       — Ну это смотря на то, что ты ответишь.       — Мы из другой AU.       — Теперь понятно, почему вы ничего не знали о дереве и решили меня защитить от тех подростков. — произнес Найтмер, наблюдая за шепчущими Людьми.       — Я так понимаю с тобой такое часто происходит? — спросила София, тоже наблюдая за Людьми.       — Да. Они считают, раз я хранитель негативных эмоций, то от меня можно ожидать только зло. В отличии от моего брата, которым все пользуются.       — Привет братец. О у тебя появились друзья! Это так круто! — с радостью сказал Дрим, когда подошел к Найтмеру с девочками.       — Привет Дрим. Познакомься София и Чара. — сказал скелет, представив девочек.       — Приятно познакомиться Дрим. — поздоровалась София.       — И мне. А твоя подруга сейчас спит?       — Да. Она съела черное яблоко, и выплеснув свои переживания за семью, сильно устала.       — Я правильно услышал. Она съела черное яблоко?! Найтмер, это ведь первый человек, который съел твое яблоко! Поздравляю! — радостно прокричал Дрим, от чего проснулась Чара.       — О ты проснулась. Извини за то, что разбудил тебя.       — Ничего страшного. Ты, наверное, Дрим, да? Слушай, а кто из вас старший? — спросила Чара, протерев глаза.       — Да, мое имя Дрим. А насчет старшинства. Ну вообще мы близнецы, но многие воспринимают Найтмера, как старшего брата. Мы, собственно, не против этого. Да и Найтмеру подходит роль старшего брата.       Когда Дрима позвали его «друзья», он попрощался с нами и убежал к ним.       — От твоего брата так и веет позитивом. Если честно это немного раздражает. — призналась Чара.       — Что правда, то правда. Из-за этого порой он попадает в неприятности.       — А можно поподробней?       — Все дело в его позитивной ауре. На многих, практически на всех, она действует как наркотик с очень хреновым отходником. Я это сам видел. Когда Люди или Монстры, которые целые недели проводили рядом с Дримом и долго не находились под его аурой, корчились от боли. А когда они не справлялись с ломкой, то теряли сознание или совершали суицид. Но знаете, что самое странное?       — Что? — спросили одновременно девочки.       — Обычно влияние ауры брата начинает действовать сразу, как только под его поле попадает Человек или Монстр. Но вы вели себя как обычно, когда Дрим подошел к нам. Вы, что какие-то особенные? Или у вас есть какой-то иммунитет или что-то еще?       — Наверное у нас и в правду иммунитет из-за особенности наших Душ. — ответила София.       — В каком смысле?       — У меня Душа Решительности, но она гораздо сильнее всех таких Душ. Даже Душа Безграничной Решительности гораздо слабее моей. А у Софии Душа Ненависти. — ответила Чара.       — Не ужели существуют настолько сильные Души? А еще Душа Ненависти. Никогда о такой не слышал. Интересно какой у этой души цвет? Может черный, как эти яблоки? — рассуждал Найтмер, взглянув на негативные плоды древа.       — В точку. У моей Души черный цвет. Еще мою Душу называют Душой Пустоты, потому что считают, что моя Душа напрямую связана с Пустотой, питается ей и обладает ее силами. Вот такая у меня необычная Душа. — сказала София и показав новому другу свою Душу.       — Она и в правду необычная. А еще привлекательная и красивая, как ее носитель. Можете что-нибудь рассказать о вашей Вселенной?       — Конечно, что ты хочешь знать? — спросила Чара, когда ее подруга спрятала свою Душу.       — Все.       Девочки часами рассказывали о своем мире и упомянули несколько своих секретов. А также рассказали о том, что болеют неизлечимой болезнью, из-за которой у них иногда происходят приступы.       — Ого. Так значит у вас сила этих приступов и их частота возникновения напрямую зависит от негативных эмоций? — спросил Найтмер, когда наступил вечер.       — Да. Чем больше мы злимся или нервничаем, тем сильнее будет приступ. — ответила София.       — Сестра, тебе не кажется, что нам уже пора возвращаться? — спросила Чара.       — И в правду. Нас, наверное, уже все ищут.       — Тогда нам пора прощаться. Знаете, я правда рад, что у меня появились друзья. Надеюсь, мы еще встретимся.       — И мы, тоже рады нашему знакомству, Найтмер. И с нетерпением ждем новой встречи. — сказали девочки, попрощавшись с другом.       Когда София с Чарой забрались на холм, на котором появились, солнце уже зашло за горизонт и наступила ночь. София, представив Кротовую Нору, создала портал. Девочки с мольбой, чтобы все у них получилось, вошли в портал.       — Здравствуйте, давно не виделись. — радостно поприветствовала их Фиджет, когда девочки вышли из двери, ведущую в вселенную их друга.       — Привет Фиджет. Скучала по нам? — спросила Чара, поздоровавшись с духом.       — Не особо. У меня было очень много дел. Я приводила в порядок Нору, до вашего возвращения. Честное слово еле успела, до вашего прихода. Вы могли бы там побыть дня три, чтобы я не так сильно торопилась.       — Мы спешим домой. Скорее всего там нас все уже давно ищут. Фиджет, как нам от сюда попасть обратно домой? — сказала София, спросив.       — Не беспокойтесь. В вашей Вселенной время и ход истории останавливается, когда вы, хозяйка, находитесь здесь или путешествуете по другим Вселенным. Плюс ко всему Кротовая Нора защищает вашу Вселенную от нежелательного и постороннего проникновения.       — Это хорошо. Но как нам все-таки выбраться от сюда? — переспросила Чара.       — Также, как вы выбрались из DreamTale, то есть через созданный вами портал.       Спустившись в центральную комнату Норы, София создала портал в их Мир, и девочки вошли в него. Когда девочки очнулись на полу в ресторане, вокруг них столпились их семьи. Успокоив, их девочки продолжили праздновать день рождение Софии.       — Это необычное воспоминание. Альтернативные Вселенные. Путешествие по ним. Интересно. Надо будет организовать группу, которая будет это изучать. — сказала Аларис.       — Нет. В этом нет никакого смысла. Аларис, как ты собираешься изучать другие Вселенные, если у нас нет нужных технологий? И тем более, как ты собираешься доказывать другим об их существовании. Мы только сами узнали об других Вселенных только через воспоминания Софии и то в ее 10-ти летнем возрасте. Все просто решат, что девочка могла выдумать эту историю. — перебил Гастер коллегу.       — Вы правы, доктор Гастер.       Все следующие воспоминания девушки до ее 14-тилетия показывали, как девочка после школы навещала тех скелетов, но большинство времени она проводила вместе с Найтмером. Иногда вместе с Софией приходила Чара и их одноклассница Келара. Они играли с скелетами, читали с Найтмером разные истории, защищали его от хулиганов и с ним делали уроки. А также девочки показывали братьям свою магию, и сравнивали их Вселенные. Пока однажды не произошел один инцидент в обоих Вселенных.

Август 5014 год.       Четырнадцатилетняя София в очередной раз посетила DreamTale. Девушка появилась на том же холме, но в отличии от прошлых раз София не была радостной, а от поселения не доносились никаких звуков жизни. Проходя по улицам городка, девушка натыкалась на множество людских трупов и кучки пыли, которые развеивались при порыве ветра. София, сдерживая слезы, придерживала рот рукой и чувствовала, как огромный ком застрял в горле. Из-за чего она не могла нормально дышать. Выйдя на центральную площадь, на котором росло древо-эмоций, София заметила гору трупов и сгнившую яблоню, чьи плоды были только черными яблоками. Подойдя ближе к древу, девушка увидела Монстра. Он был покрыт странной черной жидкостью, которая закрывала его левый глаз, а на его спине из этой жидкости выросли щупальца. На некоторых из них были трупы людей.        — Посмотрите-ка, кто решил прийти на шоу. — сказал Монстр, заметив девушку и сбросив трупы с щупалец.       — Найтмер? Что здесь произошло? И где твой брат? — испугавшись, спросила София, узнав голос друга.       — Угадала. Месть. Там среди трупов валяется.       Скелет указал на окаменевшего брата.       Девушка, подавляя в себе нарастающую панику и страх, старалась оставаться хладнокровной ко всему происходящему. Подойдя к Дриму, София осмотрела его под пристальным взглядом Найтмера.       — А что произошло с яблоней?       — Погибла. Я это сделал. А всего-то надо было сорвать одно золотое яблоко.       — Ясно. Знаешь в моей Вселенной началась война и правительство потребовала от Академий создать ускоренную подготовку рыцарей. А я с Чарой стали добровольцами. Так, что скоро нас начнут готовить к войне. — хладнокровно сказала София, кратко рассказав о ситуации в ее мире.       — Мне нравиться твое хладнокровие. Ты станешь отличным солдатом и убийцей. Съешь-ка яблочко. Я хочу посмотреть на твои настоящие эмоции. — похвалил Найтмер, протянув подруге сорванное им яблоко.       Девушка, не желая злить друга, покорно выполнила его просьбу. Софию переполнили эмоции, и у нее начался приступ. От которого девушку стошнило Черной кровью, когда она упала на колени.       — Это было чересчур для тебя, не так ли? Ну-ка вставай. Какое на вкус это яблоко? — спросил Найтмер, подойдя к подруге и помогая встать на ноги.       — Сладковато-кислое. Тебе бы понравилось, кальмар переросток. Может быть, научился бы ощущать и проявлять положительные эмоции к своим друзьям. — ответила София, вытирая рот от крови.       — Язвить пытаешься? Или ты просто хочешь разозлить меня? — спросил Найтмер, наслаждаясь злостью подруги.       — Возможно, я просто хочу отомстить тебе за этот искусственно вызванный приступ, кальмар. Так что ты собираешься делать? Твоя Вселенная мертва, а твой брат стал статуей.       — Во-первых, почему кальмар? А во-вторых, я хочу покинуть эту Вселенную и найти более подходящее для меня место.       — Ты похож на чернила, которые выпускает спрут при угрозе его жизни. А раз спрут — это кальмар, то и ты тоже кальмар. Только чернильный. — ответила на вопрос друга София, сдерживаясь от смеха и наблюдая за реакцией друга.       — Я не КАЛЬМАР! — прокричал Найтмер во всю глотку, выпустив щупальца, как павлиний хвост, из-за чего вызвал бурный и громкий смех у девушки.       — Успокоилась? — раздраженно спросил скелет, когда его подруга в до воль насмеялась.       — Да, да, прости. Так, когда ты найдешь себе новый дом, что ты собираешься делать?       — Еще не решил.       — На твоем месте я бы собрала банду из самых опасных Монстров и стала бы ее лидером. И крышевала бы все мирные Альтернативные Вселенные. Ну ты можешь взять мою идею, если, конечно, хочешь и тебе не лень возиться с этим. — сказала София, заметив заинтересованность друга.       — Я возьму ее на заметку.       — Надеюсь, когда мы встретимся в следующий раз, у тебя уже будет своя банда. — сказала довольная девушка, заглянув в будущее.       — И я с нетерпением жду нашей следующей встречи. А сейчас сгинь с моих глаз.       — Тебе бы и вправду не помешало съесть эти яблоки.       — Я так и не поняла, что случилось с ее другом? — спросила Аларис.       — Скорее всего, это результат того, что он съел, сорванное им, испорченное золотое яблоко. — объяснил Гастер.       Дальше Гастер с Аларис наблюдали за учениями девочки в Академии, успешное сдача экзаменов, ее действиями на войне и гибелью ее товарищей. А также они видели предательство Артанис и как на ее руках погибал Рональд, когда они были окружены Зараженными, которые не могли подойти к ним из-за Барьера. Затем как девушка с помощью особого заклинания собрала осколки Души брата и в одиночку выбралась из ловушки и со всей жестокостью расправлялась с противником. Из-за чего другие рыцари прозвали девушку «Падшим Ангелом». После окончания войны девушку повысили до 2-го ранга и направили защищать ферму под №13. А через несколько лет ее отправили в отпуск, где она уже получила Сферу с Душой Рональда.