Ситуация не под контролем

      Мы с Чан Анем подошли к двери подъезда. Когда мы собирались заходить, меня кто-то окликнул.       Я оглянулась. Позади нас стояла Людка.       Людка — мой злейший враг. Что бы я не делала она всегда становиться поперек дороги. Она почему-то ужасно меня не любит. Встреча с ней была совершенно нежелательной для меня.       —О, приветик! — крикнула она мне.       —Здрасте, если не шутите — недовольно ответила я.       —Что ты так сразу в штыки? Я же поздравить тебя хочу — самым невинным тоном сказала Людка.       —С чего бы это? Я боюсь твоих поздравлений — пробормотала я.       —Так ты правда замуж выходишь? — спросила она невинно моргая.       —Нет не правда! Я уже четыре раза замуж вышла и семь раз овдовела — хмуро ухмыльнулась я.       —Так значит правда — подытожила для себя Людка.       —А тебе то что? Завидно? — ехидно улыбнулась я. О, у нас с ней настоящая холодная война.       —Мне? С чего бы это? Нечему завидовать! Молодость для наслаждения, а не для того чтобы впрягать себя в семейную узду. Мне и так не плохо — хмыкнула Людка. Вот за эту иделологию я её терпеть не могу.       —Да, тебе вообщем-то неплохо. Кстати у тебя же месяц назад новый е... сожитель был. Забыла как его зовут то... Яне подскажешь? Или у тебя уже новый? — поинтересовалась я. Как она посмела смеяться над моим решением? Её ехидное лицо надо видеть!       —Это ты о Толе? Он неделю назад сехал. Стану я терпеть его выходки — небрежно бросила она.       —А что случилось то? — я изобразила удивление.       —Что? А то! В доме не кури, поздно не приходи... А еще он не ест жаренный лук и готовит всё без него, а я такие блюда ненавижу! — фыркнула она.       —А сама приготовить, слабо? — улыбнулась я.       —У меня нет времени учится таким мелочам! Да и зачем? Сеня готовить умеет — поджала губу Людка.       —О, так вы съехаться успели? — спросила я без малейшего удивления.       —Да... дня три тому назад — Людка определенно хвасталась своим проворством. Для неё это норма.       —Постой, так это, кажись, уже шестой — посчитала я.       —Что, теперь ты завидуешь? Еще бы, я живу на полную! — самодовольно ухмыльнулась Людка.       —Я не сомневаюсь. Только вот такая жизнь не для меня. Я тебе это сто раз говорила. Мне и одного хватит! — и я сильнее сжала руку Чан Аня.       —Ага, хватит... А ты о других подумала? Знает твой косоглазый что по тебе Сашка Синицин сохнет? Как ему быть то? А Колька, дружок твой со школы, думаешь просто так на чай к тебе бегает? Вскружила им головы и рада, фитюлька! — Людка осталась довольна своей облечительной речью.Очевидно сообщить это пренеприятнейшее известие, как говориться у Гоголя, Чан Аню и было её целью с самого начала.       —Знаешь что! Я им никогда надежды не подавала! Я им прямо говорила что мы просто друзья! — ответила я, презрительно взглянув на Людку.       —Что бы ты там не говорила, а всё же твой китаец это не одобрит — ухмыльнулась Людка, бросив косой взгляд на Чан Аня.       Чан Ань, до сих пор молча следивший за нашим разговором, вдруг сказал:       —Маша, пошли отсюда. Мне надоело это слушать.       —Разве ты не обиделся на меня? — спросила я, всё же засомневавшись из-за Людкиных слов.       —Я? С чего бы? Я сам добивался девушки и знаю что любить это далеко не быть любимым — горько улыбнулся он и, приобняв меня за талию, вошел в подъезд. Раздосадованная Людка осталась стоять на месте. Ух, змея! Хотела мне насолить, гнилая душонка!       Напрасно я надеялась больше никого не встретить. На лестничной площадке второго этажа нам встретилась тётя Зина. Это угрюмая особа. Она очень любит поучить других и ненавидит когда её не слушают.       —А, Маша! Что же это ты такое делаешь то? — заговорила она. Надеяться что она молча пройдет мимо мог только человек не знающий тётю Зину.       —А что, тёть Зин? — я не могла угадать что я сделала не так на этот раз.       —Я говорю об этом молодом человеке — она указала на Чан Аня — Что он делает в твоей квартире, а?       —Живет — ответила я.       —И ты говоришь это так спокойно? — удивилась тётя Зина.       —А что не так? — спросила я.       —Да тебе не хуже меня известно какие нынче мужчины пошли бессовестные — возмутилась она.       —Если вы сейчас имеете в виду меня, то я твердо намерен жениться на ней! Это доказывает вот эта вещь — Чан Ань поднял наши руки, которые всё еще были переплетены между собой. На моём пальце блеснуло кольцо.       —Я с вами, молодой человек, не говорила! — заявила тётя Зина.       —Прошу меня простить! Но вы сейчас говорили обо мне и я имею полно право ответить вам — Чан Ань был невозмутим — А теперь разрешите откланяться!       Чан Ань прошел мимо ошарашенной тёти Зины, увлекая меня за собой. Я с улыбкой прижалась к его плечу. Я не боюсь что о нем теперь плохо подумают. Тётю Зину не слушал никто. Попросту потому что ей никто не нравился и весь дом, по её мнению, населяли плохонькие людишки.       На следующее утро я к своему удивлению увидела что Чан Ань проснулся раньше меня. Вчера работу он не нашел и сегодня снова собирался в бой. После завтрака я легонько чмокнула его в щеку и убежала на работу.       Я люблю свою работу, но его я люблю больше. Поэтому едва кончился рабочий день я со всех ног помчалась домой.       Еще с прихожей я крикнула:       —Ань, я дома!       Чан Ань вышел мне навстречу и нежно поцеловал в лоб.       —Привет, дорогая! — он усвоил это обращение вместо противного baby (малышка).       Я побежала на кухню и улыбнулась. Судя по кухонному столу, Чан Ань пытался готовить для меня. Он еще вчера спрашивал во сколько я заканчиваю, чтобы вернуться домой раньше.       —Чем это ты занимался? Эй, оставь мне это женское дело — улыбнулась я и принялась готовить.       —Когда я найду работу ты сможешь это делать, но сейчас... Ты работаешь, ты готовишь, ты убираешь... Выходит всё ты, а я не в счет — Чан Ань грустно вздохнул.       —Ты не нашел работу? — сочувственно спросила я.       —К сожалению не нашел. В твоём мире найти работу просто невозможно! Я пошел в школу тхэквондо. И знаешь что мне сказали посмотрев мою технику? — Чан Ань был раздражен.       —Что? — спросила я.       —Что моя техника и сила просто феноменальны! И что придраться не к чему! — ответил он.       —И что же в этом плохого? — не поняла я.       —Что плохого? Они также сказали что это не тэхвондо и я не могу учить этому в их школе! И к тому же им не подходят мои бумаги... На этом основании мне дали от ворот поворот! — Чан Ань выдохнул, чтобы успокоиться.       —Бюрократы! — фыркнула я — Впрочем они не могли иначе...       —Может и так — сухо сказал Чан Ань.       —А дальше что? — поинтересовалась я.       —Дальше? Я хотел делать что угодно, лишь бы делать! Я пошел работать грузчиком. Это так унизительно! Да, я слишком привык к уважанию и подчинению, а там тебя каждый пинает ногами, как мусор! Начальник ругается так что уши вянут. Но я терпел всё это, но потом — Чан Ань запнулся.       —Что потом? — насторожилась я.       —Потом я увидел как один из нас ворует товар. Мне это показалось неправильным. Впрочем я не хотел ему вредить, поэтому просто тихо спросил что он делает. Он посмотрел на меня как на чудо заморское и отвел к начальнику. А тот мне обяснил что из каждого ящика должно изыматься столько-то апельсинов. Позже это всё продается налево, а деньги делятся соответственно с вкладом каждого. Я не мог так поступать, это унизило бы меня! Я ему так и сказал. Но все оказались против меня и я... — он замолчал.       —Что ты сделал? — я обеспокоенно взглянула на него.       —Они хотели избить меня, но я избил их и ушел — ответил он спокойно.       —Они тебя преследовали? — забеспокоилась я.       —Нет. Они даже имени моего не знали, не беспокойся — улыбнулся Чан Ань.       —Да... Значит и этот вариант отпал — пробормотала я себе под нос. На следующий день я вернулась с работы чуть раньше обычного. Прихожаяя сверкала невыразимой чистотой. Похоже Чан Ань вернулся пораньше и убрал в доме. Я улыбнулась той легкой и нежной, никому не понятной улыбкой, которая бывает только у детей или у влюбленных.       —Милый, я дома! — крикнула я. Ответом мне послужила гробовая тишина. В этом не было ничего удивительного, но почему-то мне стало тревожно. Страшное предчувствие охватило меня. Я бросилась в комнату Чан Аня... она была пуста. Чемодана там не было.       Подозрение переросло в уверенность. Я бросилась в свою комнату. На столе лежала открытая тетрадка с фанфиком «Ледяное сердце». Я снова побежала в комнату Чан Аня. Не может же быть что он ничего мне не оставил.       И вправду на столе лежало письмо. Я поспешно развернула его и прочла:       «Дорогая Маша!       После долгих раздумий, я принял решение вернуться туда откуда пришел. В свой мир; мир фанфика; мир дорамы. Я не виню тебя за то что ты не расказала мне кто я. Ты знала что мне будет больно узнать что я всего лишь персонаж. Убирая в твоей комнате я случайно наткнулся на тетрадь. Она упала на пол и расскрылась. Я не хотел читать, ньо мой взгляд зацепился за моё имя написанное там и я прочел. Прости меня за это! Теперь я понимаю что мне нет места в твоём мире. Не вини меня. У меня нет возможности найти работу, а я не хочу сидеть на твоей шеи. Ты не должна работать на меня. Ты достойна лучшего! У меня нет удостоверения личности, а значит мы никогда не сможемь вступить в брак. Я не желаю чтобы весь дом сплетничал о тебе и осуждал тебя. Кроме того, без того же удостоверения я буду рано или поздно задержан и не твоим другом. Есть еще много причин по которым видно что я только усложняю тебе жизнь. Прости! Я знаю что есть люди которые любят тебя и которые позаботятся о тебе. Если ты в безопасности я уже счастлив. Прости и прощай! Я люблю тебя!                                                                                                                               Чан Ань»       Из моих глаз градом посыпались слезы. Я... я не могу отпустить его!       Решение было принято мгновенно. Я схватила сумочку и выбежала на улицу. Было уже прохладно, но я даже не накинула кофту или куртку.       Я поймала такси и помчалась к переулку где находится тупик.Чан Ань точно пошел пешком (он бы не потратил мои деньги) возможно я еще догоню его.       Выскочив из такси я вбежала в тупик. Чан Ань стоял перед стеной спиной ко мне, он что-то говорил. Я прислушалась.       —Почему? Почему я не могу жить с тем кого люблю? Каждый раз я теряю! И вот теперь я сам должен сделать этот роковой шаг... И я сделаю его, хотябы ради неё! — сказал Чан Ань и намеревался шагнуть.       —Вот как! А как на счет меня?! Меня ты спросил?! — громко крикнула я, голос мой предательски дрогнул.       Чан Ань оглянулся и изумленно застыл.       —Ты? — наконец произнес он.       —Да я! Неужели ты и вправду хотел меня бросить?! Ты правда уходишь? А как же я? Что я буду делать? А говорил: «Я женюсь, я женюсь!». А теперь что? — я подходила всё ближе и ближе к нему, слезы струились по моим щекам.       —Прости! Прости, но я не могу ничего изменить! Зачем ты плачешь? Я не хочу чтобы ты плакала из-за меня— Чан Ань смотрел на на меня нрустным, но нежным взглядом.       —Зачем ты это делаешь? — спросила я, размазывая слезы по лицу.       —Я написал обо всем в письме. Мне нет здесь места, я должен уйти... — он тяжело вздохнул.       —Но я не хочу потерять тебя! Я слишком долго тебя искала! — я топнула ногой.       —Есть желания которым никогда не суждено исполнится... — его слова больно резанули по сердцу.       —Нет! Для нас нет ничего невозможного! — крикнула я и вытянула вперед сжатую в кулак руку — Вот этому доказательство!       Я разжала пальцы. На моей ладони лежало семечко клёна. Это был тот самый вертолётик подаренный мне Чан Анем на скале у горного озера.       —Смотри. Ты помнишь его? Тогда я в шутку загадала неисполнимое желание даже не прося его исполнить. Но ты! Ты исполнил его! Я сохранила его... Потому что для меня нет ничего дороже чем то что ты даёшь мне! Вот это семечко, семечко из твоего мира... Но посмотри вокруг. Под любым кленом ты найдешь сотню таких же и никто не отличит их от этого. А знаешь почему? Потому что оно тоже настоящее! Не зависимо от того откуда ты пришел для меня ты всегда будешь настоящим! Для меня ты не персонаж! Ты — мой смысл жизни! — я плакала. Мне хотелось говорить и говорить лишь бы заполнить зияющую пустоту между нами.       —Я не хочу причинять тебе боль — только и сказал Чан Ань — Я должен уйти.       —Но я не уйду! — крикнула я и с разбега обняла его.       Я прижалась к нему и продолжала плакать спрятав лицо на его груди. Я не отпущу его!       —Ты же знаешь что я не могу жить в твоём мире... — Чан Ань крепко обнял меня. Он тоже боится потерять. В этой фразе было столько тоски что моё сердце сжалось.       —Ты прав, ты не можешь, но я могу жить в твоём! — наконец сказала я. Я решилась!       Это был бы трудный выбор для других, но не для меня. Я решила покинуть свой мир. Я не сожалею, он — мой мир.       —Ты? Ты променяешь настоящий, родной мир на мой? Ты не можешь... У тебя здесь есть всё: близкие, друзья, работа, квартира. А в моём мире ничего кроме нелюбимой профессии доктора. Это была бы слишком большая жертва — возразил Чан Ань.       —Ты ошибаешься. Это не жертва, это цена; цена счастья. Ну и пусть! И как это у меня там нет ничего? У меня там есть ты! А у тебя там есть всё. Мы вернемся в Аньян к твоим друзьям и забудем о неприятном прошлом — улыбнулась я, взглянув на него еще влажными глазами.       —И ты не будешь сожалеть? — спросил он, глядя мне в глаза.       —Неа! — помотала головой я.       Он ничего не ответил, а только нежно поцеловал меня в губы. Во время этого длинного и чувственного поцелуя я снова почувствовала, едва ли не забытых в беспокойствах и заботах, бабочек...