Круг

Однажды в толпе его выхватила гадалка, буквально схватила за руку, заставила остановиться, зазвенела золотыми круглыми браслетами, возвела очи к небу и сказала: “Ты отмечен знаком круга, бесконечности, совершенства бытия. Счастье оно твое и проклятие, пока не заполнишь пустоту в нем. Найди точку, за которую зацепишься, как якорь, чтобы не пропасть”. Гадалка так же быстро исчезла, как и появилась, оставив после себя неприятное колющее ощущение на коже. И вся жизнь Леви стала наполнена кругами. Они были и раньше, но теперь ясно проступили, привлекая внимание к себе. Круги повсюду, принимают физическую и метафизическую форму: повторяющиеся люди, события, действия. Круглые вещи сперва сводили с ума, но со временем он привык. Если круг входит в его жизнь, то остаётся там навсегда, заполняя пространство. Круглая монетка из сувенирного ларька, кольцо на пальце любимого, круглые рабочие сутки, мягкие круглые голоса друзей. Его первый дорогой друг, Эрвин, подарил монетку из сувенирного ларька. Ничего необычного, но он сделал её сам и очень радовался, когда она вышла идеально круглой. "На удачу", - широко улыбнулся он, протягивая монетку, как талисман. Знал ли он о том, что значат круги в жизни Леви? Эрвин стал спасателем. Он же подтолкнул Леви к решению стать врачом, хирургом. Тот был одержим спасением жизней, и возможно видел в Леви то, что не видел он сам. С Ханджи он познакомился ещё во время учёбы, раздражался от поведения и громкого голоса, но в свою круглую жизнь впустил. И она заняла свое важное место в ней. Они работали в разных больницах, но это не мешало время от времени встречаться, обмениваясь новостями. Ханджи познакомила Эрвина с его будущей женой - очаровательной круглой Молли, которая стала опорой для невыносимого трудоголика-спасателя. Они сидели в баре не больше часа, круглые 60 минут, выпивали по бутылке безалкогольного пива и возвращались каждый в свой дом. Это действие повторялось по кругу, и казалось, что всегда так и будет. Позднее Леви встретил Армина. Он был идеальным жёлтым кругом среди голубого неба. В нем было круглым все - голубые глаза, яркая улыбка, мягкие объятия. С приходом этого человека в его жизнь, круг заполнился без остатка. И он решился на то, что, казалось, никогда не могло произойти. Армин округлил глаза, смотря на кольцо на своём пальце, прежде чем ответить тихое мягкое круглое "да"..

***

За окном распускаются сливы, раскрывая идеальные круглые бутоны. Через несколько месяцев Армин мог бы закончить интернатуру и получить лицензию, устроившись в ту же больницу, где работал Леви. Он мечтал спасать жизни, равнялся на своих старших друзей, делал все, что в его силах, чтобы сдать успешно экзамены и поступить в университет. Ему было сложно, особенно на практике, но переборов себя, он шёл вперёд, чтобы закончить обучение с отличием и быть одним из лучших. Ему пророчили светлое успешное будущее, но вышло все совсем иначе. Несчастный случай, чужая глупость на дороге, и вот уже долгое время он лежит в стационаре, подключенный к ИВЛ. Наполненная безмолвием и тихим шумом приборов палата стала его постоянным домом. Леви хотел бы все бросить и быть рядом, но не может - он должен оплачивать медицинские счета, круглые суммы. Это все, что он может сделать сейчас для Армина. Но дела идут не очень. Утром звонила Ханджи. Говорила, что состояние Армина ухудшилось, и счет идет на дни. Если в ближайшее время не найдется донор, все усилия будут напрасными. И хотя они первые в очереди на пересадку, за долгое время не было никого, кто подошел бы. Леви должен сказать, что и слава богу, ведь трансплантация тесно связана со смертью. Но язык не поворачивается, когда речь заходит про Армина. Его некогда круглое лицо осунулось, кожа побледнела, по телу стали появляться пятна, кажется, что он ближе к тому свету, чем этому. Леви каждый раз, когда навещает его, с ужасом думает, что они не успеют, что ему придется отключить его от аппаратов собственноручно.

***

Он сидит на перерыве между операциями и бездумно смотрит в бумажный стаканчик с кофе, который принимает форму круга. Леви ненавидит ночные смены, но его не спрашивают об этом. Особенно он ненавидит полночь. Когда электронные часы показывают идеальные нули. В это время всегда что-то случается. Не было ни одного раза, когда в его ночную смену в 00:00 было спокойно. Леви считает минуты до нового дня. Внутри все собирается, подготавливаясь к неизбежному. Оно случается чуть позже полуночи. Мужчина, ранение головы, кровоизлияние в мозг. Спасатель, добровольный донор. Если не получится спасти - трансплантолог уже выехал в больницу. "Как хорошо, что Эрвин сегодня не на смене", - думает Леви, и внутри все холодеет. Ведь только в обед он читал смс от Эрвина, что его срочно вызвали, и они не смогут после работы пропустить по стаканчику безалкогольного. Появление бригады скорой ждут нетерпеливо. У пострадавшего все меньше шансов на спасение, уже дважды останавливалось сердце. Леви меряет приёмную кругами, заметно нервничая. Он пробовал звонить Эрвину, но тот не брал трубку, что бывало часто, когда он выходил на смену. Ещё и известие об остановках сердца не радует - Леви прекрасный хирург, но и у его возможностей есть предел. "Лишь бы не смерть мозга, иначе к трансплантологу прямая дорога", - думает он про себя, ненавидя проигрывать смерти. В приёмной становится больше врачей. Случай неоднозначный, и вызвали специалистов других профилей, чтобы решить участь пациента. Наконец прибывает бригада скорой. Они ввозят каталку в помещение, перекладывают мужчину на кровать, и медсестры быстро подключают его к аппаратам искусственного жизнеобеспечения. Вокруг столпились врачи, и Леви запоздало понимает, что не может сдвинуться с места. Он смотрит на голову мужчины и видит круг. Нет, не нимб, хотя этот человек и заслуживал его, а отвратительную рану в спутанных, покрытых кровью волосах. К горлу подступает тошнота. Впервые со времен обучения Леви тошнит при мысли об операции. Он смотрит на мужчину перед ним и отказывается верить. Может это ошибка? Мало ли похожих людей работает в спасательных бригадах. Леви достает телефон из кармана халата и набирает нужный номер. Несколько долгих гудков, и он собирается облегченно вздохнуть, когда в кармане брюк лежащего на кровати мужчины начинает вибрировать телефон. Круги перед глазами, стиснутая до боли челюсть, головокружение и дурнота. Как сквозь толщу воды он слышит чужие голоса. Они говорят без спешки, равнодушные и круглые, словно обсуждают не живого человека, а вещь. Леви не понимает, сколько времени прошло, для него было всего мгновение, но на самом деле достаточно, чтобы сделать дополнительные анализы и прийти к соответствующим выводам. ~ Отвезем его в операционную, трансплантолог уже на месте и готовится. Но у него нет ассистента. Доктор Аккерман, поможете? ~ Его можно спасти! - вырывается из груди вскрик. ~ Прошло больше 6 часов, две остановки сердца, мы диагностировали смерть мозга. Слышишь, мозг этого человека мертв! Будешь ассистировать, у нас нет времени на то, чтобы ждать, - жёсткий и равнодушный ответ. Леви даже не помнит, кто это сказал. ~ Я не могу его оперировать! Кто угодно, но не я. Это же Эрвин, как я могу… ~ Аккерман, возьми себя в руки! Его органы уже начинают отмирать! Еще немного, и нечего будет пересаживать! Ты врач, черт побери, профессионал, так будь им до самого конца! Он знает, что смерть одного может подарить жизнь многим другим, и никогда не колеблется, когда надо принять решение. Но сейчас не может. Это же Эрвин, его Эрвин - дорогой друг, опора в трудные времена. Тот человек, что говорил, что опасности закаляют дух, а благодарности за спасение - сердце. С таким подходом он должен быть бессмертным, но лежит тут, перед Леви, ни жив и не мертв, практически на том свете, и он должен собственноручно оборвать его жизнь. Но как он может? Перед глазами темнеет, обзор сужается до маленькой светлой точки. Звук в ушах становится круглым шумом, сквозь которое слышно буханье барабана-сердца. Едкий резкий запах нашатырного спирта пробивается в сознание и заставляет вернуться в реальность. На Леви кричат, требуя прийти в себя. Он делает быструю дыхательную гимнастику, как его учил Эрвин, сглатывает подступающий к горлу круглый ком и на нетвердых ногах плетется в операционную. Это его последний долг. Пока они работают, извлекая органы, Леви старается ни о чем не думать. Он знает, какую цену это имеет. Медсестры скорее всего уже позвонили по больницам, чтобы выслали курьеров - счет шел на часы. Даже после смерти человек имеет ценность. Зачастую после смерти он даже ценнее. Сердце, лёгкие, печень, почки, поджелудочная железа, кишки - минимум, который можно пересадить другим людям. Леви работает отстраненно, в хирургии не место чувствам. Времени не много, но они должны успеть спасти все до начала некроза тканей. За дверью операционной скорее всего уже ждут первые курьеры из других больниц, опустив голову и отдавая дань уважения человеку, ставшему добровольным донором. Закончив свою часть, Леви отходит в сторону, и его место занимает трансплантолог-офтальмолог. Видеть чужие глаза выше его сил, и он покидает операционную, сделав все, что от него требовалось.

***

Прислонившись к стене, он смотрит на дисплей телефона и не может найти в себе силы, чтобы позвонить Молли и сказать, что ее муж мертв. Возможно ей было бы легче это услышать от друга, чем от медсестры. Но тошнота не отпускает, и он не уверен, что в состоянии произнести хотя бы слово. Дисплей загорается входящим звонком. Это Ханджи. Леви думает, что вряд ли переживет еще одну плохую новость за вечер. Зачем врачу Армина звонить его опекуну посреди ночи, если не сказать, что все кончено? Но звонок он принимает, подносит телефон к уху, даже не утруждая себя издать звук. ~ Леви, это чудо! У Армина есть шанс, мы нашли донора…. Дальше он не слушает, опуская телефон, в котором все еще слышится яркий голос Ханджи. По щеке стекает одинокая круглая слеза.

***

На кладбище утром в будний день тихо и безлюдно. Только две фигуры в черном застыли у одной из могил. ~ Прости, Эрв, я давно не приходил, - признается Леви и переворачивает стакан с виски, смотря, как жидкость стекает на землю у надгробной плиты. Рядом стоит полная бутылка дорогого напитка, какой нравился Эрвину, пока он не стал спасателем, - но Молли хорошо заботилась о твоей могиле. За спиной Леви стоит Армин, опустив голову и не решаясь подходить, пока старший выполняет положенный ритуал. Но как только дым от палочек благовоний устремляется вверх, а алкоголь пропитывает землю, он подходит и кладет на могилу цветы. ~ Спасибо, что подарил мне шанс на жизнь, - склоняет он голову и смущенно улыбается. Вся заготовленная речь вылетает из головы. Да и что он может сказать, кроме слов благодарности? Они знают, что Эрвину всегда было достаточно простого “спасибо”. ~ Эрв, я хотел сказать, - продолжает Леви, доставая из внутреннего кармана пиджака свернутый лист бумаги, - что не могу больше оперировать. Ты подарил мне эту цель, но… больше нет сил, прости. Он кладет лист на надгробие, разворачивается и, ссутулившись, медленно уходит, давая Армину попрощаться наедине. Юноша смотри на оставленную врачебную лицензию и качает головой. ~ Я пытался его остановить, но он слишком уперт, - признается юноша, грустно улыбаясь, - так жаль, что ты не можешь вразумить его, Эрвин. Тебя бы он точно послушал. Армин берет стакан, наливает виски до краев, делает небольшой глоток и остальное выливает на могилу. Он кланяется и ещё раз благодарит Эрвина за все, прежде чем уйти следом за Леви. Земля дрожит под ногами, хотя сперва непонятно, кружится это голова или правда землетрясение. Не сильное, и все же ощутимое. Телефоны мужчин начинают звонить одновременно - и без того очевидно, что в больнице лишних рук будет не хватать. Армин видит, как распрямляются плечи Леви, и как он весь собирается, быстрым шагом направляясь к машине. Младший хватает с надгробия лицензию и бежит следом. Ответ Эрвина как никогда красноречив - ещё рано им опускать свои руки. Спасать жизни - их работа. И, сделав круг, Леви возвращается к тому, с чего начинал.