Второй шанс

      Утро Гермионы Грейнджер началось как обычно. Ничего не замечая спросонья, она умылась, наложила с десяток косметических заклинаний на волосы и ещё пару — на лицо. В своё время ей стоило больших трудов привести свою непослушную копну в аккуратные локоны.       Оглядев себя в зеркале, она улыбнулась отражению, удовлетворившись результатом. Выйдя из ванной, девушка застыла на пороге.       «Мне кажется, или ещё вчера комната была другой?» — Гермиона подошла к кровати, медленно провела рукой по тёмно-зеленому покрывалу, словно ожидая, что оно изменит цвет на прежний.       «Это невозможно… За одну ночь никто не мог…» — она резко обернулась, снова оглядывая светлые стены вместо привычных бежевых, занавески графитового цвета и, самое интересное, резные фигурки змей по бокам от камина. Ни одной привычной детали. Ни единого подтверждения того, что ей просто показалось.       Всё ещё недоверчиво озираясь по сторонам, она прошла к шкафу. Открыв дверцы, девушка вытаращилась на стандартную форму старосты. Старосты Слизерина. Пальцы скользнули по холодной ткани, задерживаясь на гербе вражеского факультета.       «Нет. Это точно не моё», — она резко закрыла дверцу шкафа. Через секунду вновь его открыла, надеясь увидеть привычную форму Гриффиндора. Сердце билось быстрее, чем следовало.       «Ничего не понимаю… что здесь произошло за одну ночь?» — Гермиона пыталась сложить логическую цепочку у себя в голове, но выходило из рук вон плохо. Она ещё раз огляделась и вдруг заметила письмо, лежащее на прикроватной тумбочке.       Вскрыв письмо, она узнала мелкий убористый почерк профессора МакГонагалл.       Дорогая мисс Грейнджер, думаю, вы уже заметили изменения, произошедшие с вашей одеждой и комнатой. Советую одеться поскорее, я буду ждать вас в своём кабинете ровно в час дня. Не опаздывайте.       P. S. Возьмите с собой мистера Поттера, ему тоже будет полезно послушать то, что я собираюсь сказать.       На этом письмо заканчивалось. Гермиона в панике подскочила к шкафу, надевая новую форму. «Уже половина первого, надеюсь, Гарри уже встал» — паника потихоньку накрывала студентку.       Выйдя из спальни через пять минут, она застала Гарри, мерявшего гостиную размашистым шагом, в прескверном настроении.       — Ты получила письмо от МакГонагалл? — вместо приветствия выдал Гарри, а после презрительно скривился. — Судя по твоей одежде, да. Гермиона, я не понимаю, что происходит, почему вся наша форма стала формой Слизерина, почему комнаты изменились, а в гостиной теперь висит это? — Гарри указал на огромный флаг Слизерина, скрывавший выход в коридор.       — Я думала, может, ты знаешь больше меня… — Гермиона нервно закусила губу.       — Это всё смахивает на какой-то дурацкий розыгрыш! — Поттер начал заводиться.       — Гарри, подумай, — она сделала шаг к нему, стараясь говорить спокойно. — Если это розыгрыш, то кто мог это сделать? Это не похоже на шутку.       — А на что это похоже?! — резко обернулся он. Он выглядел так, будто готов сорваться в любую секунду.       — На то, что нас просто взяли и перекинули на Слизерин?! — она рвано выдохнула. — Пойдём к МакГонагалл, не хватало ещё опоздать, и успокойся, разберёмся.       — Я не пойду в таком виде! — парень начал срывать с себя все отличительные признаки ненавистного факультета. — И ты снимай, мало ли кто нас увидит!       — Ладно, ладно, только не кипятись.       Ровно без одной минуты час друзья стояли у входа в кабинет Трансфигурации и пытались отдышаться. Была суббота, поэтому в замке практически никого не было — как студентов, так и преподавателей, — поэтому ребята смогли дойти без происшествий и ненужных вопросов от других людей. Постучавшись, они вошли в ставший уже таким родным кабинет.       Их декан сидела за письменным столом и проверяла работы студентов. Как только дверь закрылась, она подняла голову и посмотрела на них поверх очков с самым обеспокоенным и серьёзным видом.       «Видит Мерлин, больше я никогда не буду исполнять роль посыльного, черт бы его побрал, этого Дамблдора», — Минерва выдержала некоторую паузу, которая стала уже неловкой. Она всё смотрела на своих студентов, а они на неё, переминаясь с ноги на ногу и не зная с чего начать.       — Присаживайтесь, молодые люди, мне нужно с вами серьёзно поговорить, — Минерва собрала остатки своей смелости и посмотрела студентам прямо в глаза. Они сели за первую парту и приготовились слушать декана, ожидая, что же она им хочет сказать.       — Профессор Дамблдор попросил меня сообщить вам некоторые новости. Это касается вашего дальнейшего обучения здесь, — Гарри и Гермиона в ужасе уставились на декана. — Успокойтесь, вас никто отчислять не собирается, особенно вас, мисс Грейнджер. Вы лучшие на потоке, старосты, ведёте активную школьную жизнь. Именно поэтому вы двое с сегодняшнего дня больше не являетесь моими подопечными.       — Профессор, но как же так, вы же только что сказали, что мы не отчислены, но при этом теперь не под вашей опекой. Что это значит? — Гарри так и не понял, что к чему, но расклад его уже не радовал.       — Это как-то связано со вчерашним происшествием? — Гермиона поняла, что попала в цель по кислому выражению лица любимого преподавателя.       — Это… непростое решение, — начала МакГонагалл, но тут же замолчала.       Гарри нахмурился.       — Профессор, просто скажите.              — С сегодняшнего дня вы больше не студенты Гриффиндора.       В кабинете повисла тишина. Гарри моргнул, не сразу поняв смысл сказанного.       — Что…?       Гермиона сжала кулаки. «Нет… Это невозможно… Это ошибка».       — Это… временно? — тихо спросила она, не надеясь на положительный ответ.       Минерва ничего не ответила.       Все трое переводили взгляды с одного на другого, не в силах подобрать слова. Первым, ожидаемо, отмер Гарри.       — Что? Но… как? Такое возможно? — бормотал он. — Но почему мы?!       — Потому, молодой человек, что вы и так единственные старосты, а ещё потому, что так решил директор.       — Но зачем?! Нас обоих ненавидят слизеринцы, а Гермиону там вообще заживо съедят! — изумился Гарри.       — Никто со мной не справится, — встряла Гермиона. — То есть наш декан теперь профессор Снейп?       Увидев лицо Минервы, до девушки начала доходить суть происходящего.       — Стойте… не может быть… объясните, профессор, что случилось?       — С профессором Снейпом случилось нечто странное. Сейчас он ваш ровесник…       — Что? — резко перебил Гарри.       Гермиона медленно выдохнула. «Это невозможно…»       — Он ничего не помнит о своих последующих годах жизни, — МакГонагалл мысленно уже молилась Мерлину, чтобы этот разговор быстрее закончился. — И вам предстоит помочь ему освоиться, — быстро закончила она.       — Помочь? — Гарри зло усмехнулся. — Ему?       Гермиона опустила взгляд. «Он один…»       Эта мысль была неприятной — слишком жалкой, чтобы от неё отмахнуться. И слишком настойчивой.       — Профессор, — процедил Гарри сквозь зубы, — мы с Гермионой не намерены переходить на другой факультет, тем более на Слизерин, особенно для того, чтобы помогать профессору Снейпу, или кем он там теперь является.       — У вас нет выбора, мистер Поттер.       — Но на Гриффиндоре все наши друзья! А что мы должны сказать Рону?! Верните всё как было! — истерика подступила к голосу парня и он уставился на профессора с ожиданием и мольбой.       — Всё уже решено, мне жаль, господа, — Минерва развела руками и жестом указала на дверь. — Мне и самой не нравится данное решение, но вы всегда можете заходить ко мне. А сейчас вам пора. Северус теперь будет жить с вами.       Ребята моргнули.       — Он растерян. И, возможно, будет жесток, но не потому, что хочет вас ранить, а потому, что иначе просто не умеет. Постарайтесь помнить об этом, — тише добавила она.       «Мало того, что нас хотят разлучить с друзьями, так ещё и приставить в опекуны к Снейпу — этой сальной летучей мыши, человеку, который не то что слова доброго не сказал, он даже ни разу не удостоил ни меня, ни Гермиону хоть сколько-нибудь приемлемым взглядом за все пять лет обучения. Тем более, именно Снейп всегда отзывался об отце как о трусе и мерзавце. Уж кто бы говорил». — Гарри молчал, но его лицо говорило само за себя.       Он повернулся к Гермионе и жалобно посмотрел на неё. Она же молча смотрела на зелёную выточку своего рукава и думала о той самой непрошеной мысли.       — Герм, что мы будем делать дальше?       — Посмотрим, Гарри, посмотрим.

***

      Прошла неделя с момента перевода двоих из Золотого Трио на змеиный факультет. Неделя оказалась гораздо хуже, чем они могли представить. Новость о том, что Золотого Мальчика и его подружку перевели на Слизерин, взбудоражила всю школу.       Они шли в библиотеку, но стоило им появиться в оживлённом коридоре, как все звуки стихли.       — Смотрите, кто у нас теперь змеи, — раздался насмешливый голос.       Гарри сжал челюсть, но не обернулся.       Гермиона взяла его под локоть и ускорила шаг, стараясь не слышать шёпот за спиной.       — Предатели, — тихо бросил кто-то в толпе.       Она сделала вид, что не услышала. Но пальцы сильнее сжали локоть друга.       Гарри и Гермиона полностью погрузились в учёбу, а по ночам брали дополнительные часы патрулирования, чтобы хоть как-то развеяться.       Профессора Снейпа всю эту неделю обследовали колдомедики, поэтому пока им не удалось поговорить, его ещё даже не поселили к ребятам. По словам МакГонагалл, надеяться пока что не на что, никто не понимает, что с ним произошло, поэтому никто не может сейчас помочь.       В Большом Зале слышался постоянный тихий шелест голосов вместо привычного гомона.       — Говорят, он теперь выглядит как первокурсник, — шептались девочки за столом Рейвенкло.       — И ничего не помнит. Вообще ничего! — подхватили другие студенты.       Гермиона опустила взгляд в тарелку.       — Может, сразу дошкольник… — пробормотала Гермиона. — Это не смешно, — тихо добавила она.       — Может быть, мы всё же попробуем помочь ему? — осторожно спросила девушка у друга.       — Нет, я не хочу, — устало ответил Гарри. Он уже столько раз повторил это подруге, что и не счесть.       К их столу опустилась школьная сова. К лапке была привязана короткая записка от МакГонагалл. В ней сообщалось, что со дня на день их бывшего профессора поселят в его комнату, и они поникли ещё больше, не зная, что предпринять.       — Гарри, но нам всё равно придётся с ним общаться, — девушка предприняла ещё одну попытку воззвать к благоразумию парня.       — Можешь общаться, я не собираюсь, — молодой человек отвернулся от неё на полкорпуса, давая понять, что разговор окончен.       — Гарри, он не виноват.       — Мне всё равно.       В гостиной старост было тихо. Гермиона сидела, уткнувшись в книгу. Гарри смотрел в камин. Пламя отражалось в его глазах стеклянным блеском.       — Мы справимся, — тихо сказала она.       Он ничего не ответил.

***

      Друзья шли по коридору на пару по Чарам, когда увидели своего лучшего друга. Он не разговаривал с ними всю неделю, а когда ребята оказывались в его поле зрения, в спешке ретировался.       — Рон! — окликнул друга Гарри.       Рон, уже было развернувшийся, чтобы уйти прочь, остановился.       — Я слушаю, — холодно ответил тот.       — Мы не общались всю неделю…       — И это, по-твоему, проблема? — резко перебил рыжий.       — Давай поговорим… — Гермиона предприняла ещё одну попытку.       — Но мне нечего вам сказать…       Он на секунду замолчал. Его взгляд скользнул по гербам на их груди.       — Вы сами сделали свой выбор, — с этими словами Рон развернулся и пошёл прочь, оставив друзей стоять в коридоре.       — Он злится. Дай ему время, — девушка положила руку на плечо Гарри, — Пойдём на занятие.       Гарри позволил себя увести. Гермиона шла рядом, поджав губы. Впервые за долгое время она не знала, что делать дальше.