Новолуние

– Ты бы не налегал так сильно на завтрак, – сказала Арина, убирая грязную посуду в мойку. – Тётя Лиля навряд ли оставит нас голодными. – Я и не налегаю, ты же знаешь, что мне нужно много энергии и еды, – сказал с набитым ртом я. – Одному тебе, видимо, эта энергия так необходима. Чай или кофе? – спросила моя девушка, оперевшись о кухонный шкафчик. – Думаю, чай, – неуверенно пробубнил я. – Чай. Хорошо, – она открыла дверцу шкафа и, задумчиво посмотрев на пустую полку с одной упаковкой чая, выпалила. – В принципе, особо выбирать и нечего. Арина бросила пакетик чая в чашку и залила её кипятком. Задавать вопрос о количестве ложек сахара она не стала, помнила, что только три. Или, как она выражалась, «целых три». С самого утра день обещал быть жарким. Не успели мы вылезти из постели, как сразу же заметили, что майское солнце печёт адски. Если бы не посадка картошки у крёстного, то никакими коврижками нас сегодня из дома не вытащили бы. Но долг требует жертв. К счастью, орава, которая придёт помочь с картошкой, будет та ещё. Надеюсь, за часа два управимся. – Всё, я доел, – довольно сказал я, протянув Арине пустую тарелку. – Наконец-то, – усмехнулась она и убрала мою посуду в мойку. – Вымою, когда придём домой. Уже пять месяцев мы с Ариной официально пара. Хотя мы и знакомы-то только пять месяцев. Но я никак не жалею, что поспешил с подобными речениями, ведь эта девушка идеальна, и большего мне от жизни не надо. Уверен, лучше неё я никого в своей жизни не встречу. Возникали, правда у нас разногласия и ссоры, но как обходиться без них? Самым трудным в наших отношениях было расстояние. Мы живём в разных городах и можем видеться максимум по выходным – либо я уезжаю к ней, либо она приезжает ко мне. А иногда мы вместе встречались в Красной Звезде. Это были самые незабываемые встречи, так как никто нам не мешал, и в этой глуши мы были совсем одни. Наши летние каникулы мы договорились полностью провести в Красной Звезде, не отвлекаясь друг от друга ни на минуту. Я уже пообещал Арине, что это будет самое незабываемое лето в её жизни. Находясь рядом с Ариной, я будто становлюсь лучшей версией себя. За эти пять месяцев я стал собраннее, ответственнее и в какой-то степени даже взрослее. Если раньше, с другими девочками, я желал им спокойной ночи только из чувства долга, то с Ариной всё обстоит иначе. Мне стало важно знать, когда мой любимый человек просыпается, чем завтракает, какие у него планы на день, выслушивать её жалобы по поводу школы. Время от времени она, видимо, нарочно пыталась вызвать у меня вспышки ревности, рассказывая о каких-то мальчиках, которые уделяют ей внимание либо в школе, либо вечером на улице в общей компании. В такие времена я чувствовал, как из моих ушей, как в мультфильмах, идёт пар, а макушка головы, отделившись от остальной части черепа, подпрыгивает вверх. Наверное, она это чувствовала, поэтому время от времени продолжала рассказывать мне эти «интересные истории». Но я тоже не оставался в стороне. Я тоже кормил её подобными вещами, зная, что она меня ревнует. Так мы и жили на протяжении этих пяти месяцев, изредка видясь, просиживая за разговорами часами и вызывая вспышки ревности друг у друга, ожидая, когда учебный год закончится, и мы сможем провести три месяца вместе. – Вы знаете, что Лена и Игорь расстались? – не привлекая к себе внимания, шепнула нам Света, когда мы шли параллельно с ней и Женей по картофельному полю. – Что? – возмущённо выкрикнул я. – Да тише ты! – шикнула на меня Арина. – Да, расстались. На днях, – озираясь по сторонам, продолжила Света. – Я от Веры узнала. Они с Леной виделись на днях. – Поэтому Лена не приехала на картошку? – решила уточнить Арина. – Именно, – прошептала Света, – а Игорь ходит как приведение, ни с кем не разговаривает, задумчивый, нервный. Я сегодня утром хотела невзначай узнать у него, где Лена, а он мне ответил в рифму и всё. Ну тут-то я и усекла, что Вера мне не наврала. – Офигеть, – посмотрела на меня Арина. Она знала, что Игорь мой лучший друг и что я беспокоюсь за него, каким бы говнюком он временами не был. К тому же я узнаю эту новость не от него, а от Светы. И сколько же мой друг хотел держать это в секрете? – А сколько они провстречались? – задал вопрос молчаливый Женя. – Я и не помню. И у Игоря, и у Лены это первые отношения. Где-то около четырёх лет, – ответил я. – В таком случае всё ясно, – пожал плечами Женя и принялся за работу. – Это что тебе ясно? – сердито спросила Света, положив руки на талию. – Мы с тобой тоже, между прочим, до этого ни с кем не встречались. – Ты, может быть, нет, – натянулась заговорщицкая улыбка у Жени. – Что это значит «ты, может быть, нет»? – не двигалась подкипающая Света. – А что это может значить? – Так, если ты и целовался в щёчку со своими тётками, мамкой и бабушкой или дёрнул кого-то за косичку в третьем классе, это ещё не значит, что ты у нас стал мужчиной уже тогда. Ку-ку, – повертела перед носом Жени указательным пальцем Света. – Молчи давай, Ловелас. Копай лучше шустрее, а не языком молоти. Казанова мне тоже тут нашёлся. Если бы я первая не улыбнулась тебе, ты бы так и не подошёл ко мне тогда. – Ладно-ладно. Не шуми. Ты же знаешь, что я тебя люблю, – просиял Женя и попытался поцеловать Свету. – Ох, Макаров, умрёшь с тобой, – вздохнула Света, одаривая своего парня ответным поцелуем. – Я с самого начала, когда познакомилась с Игорем, была уверена, что они не подходят друг другу. Как они только ещё четыре года провстречались, – перевела тему Арина. – Почему ты так думала? - спросил Женя. – Вы Лену не знаете что ли? У неё тот ещё характер, а у Игоря тоже не из сладких. Лене нужен мужчина повзрослее, - ответила Арина. - Да к тому же они оба страшно гордые. Даже если кто-то из них и захочет вернуть всё назад, им не позволит их гордость. Я уверена в этом. – Я поговорю сегодня вечером с Игорем, – пообещал я. – Попробуй, но что-то мне подсказывает, что ты ничего не добьёшься, – подытожила Арина, следя за Игорем, который на другом конце поля сеял козлятник с отцом. – Так, молодёжь, картошка посажена, теперь точно с голоду в этом году не помрём, – усмехнулась тётя Лиля, устало опустившись на стул. Она накрыла шикарный стол с первыми блюдами, вторыми и салатами. Как всегда, похвалив её кулинарные таланты, я сразу же набросился на всё подряд. Это не осталось незамеченным Ариной. Она посмотрела на меня и покачала головой. Тётя Лиля, женщина скромная и добрая, покраснела от моей похвалы и была явно тронута тем, что все без исключения принялись её хвалить и набрасываться на еду. – Голубушка, ты бы чего покрепче молодёжи предложила вместо компота, – сказал крёстный, присаживаясь за стол. – Ещё чего! – возмутилась она. – Рано им ещё со взрослыми за одним столом пить. – Я, шутя, – улыбнулся крёстный. – Рано вам ещё. А то охмелеете и начнёте тут драки заводить. – Игорь, а ты чего у нас сегодня какой-то задумчивый? – обратилась к сыну тётя Лиля. – Нормальный я, – сердито ответил Игорь. Узнаю этот голос. Не первый год знакомы. Моего друга что-то гложет, ясно как божий день. – Ну ладно, – испугалась тона сына тётя Лиля и покачала головой, – ребята, у вас как дела? – решила попытать счастья с остальными добрая мама Игоря. – Есть за столом-то будущие медалисты? – спросил мой крёстный, одновременно разворачивая перед собой свежую газету. – Не думаю, – усмехнулась Маша, старшая сестра Игоря, которая неплохо знала о нашей общей успеваемости. – А тебе только бы слово вставить, – прошипел Игорь. – Ты чего какой ершистый, как дикий кот, сегодня!? – возмутилась мама моего друга. – Своё дурное настроение держи-ка, молодой человек, при себе. – Мне точно никакой медали не светит, – поднял я руку. – Хотя нам ещё целый год учиться. Кто знает. – Как говорит моя бабушка, «дай Бог бы аттестат дали, и то хорошо», – усмехнулась Арина, изображая сердитый голос своей бабушки. – Я вообще жалею, что осталась до одиннадцатого класса. Нужно было после девятого уходить. – Во-во, – поддержал Игорь. – И куда вы после девятого собирались? – поинтересовался крёстный. – Отучиться в техникуме, потом идти за высшим. Вечными студентами хотите быть? Или неучами, как мы? – Высшее образование – нужная вещь. Лишним уж точно не будет, – поддержала мысль мужа тётя Лиля. – Успешные люди не ходили в университеты, – вставил своё Игорь. – Ну так у них своя голова на плечах была. Идеи какие-то, которые и принесли успех, – сказал его отец. – Может, у меня тоже есть!? – Ну так реализуйся. Что ж ты сидишь рядом с нами? Иди, делай бизнес, богатей. – Не хочу учиться, хочу жениться, – передразнила своего сына тётя Лиля и погладила его по голове. – Мы же вам добра желаем, волнуемся за вас, сынок. Глядя на эту семью, мне стало даже завидно. Вот она семья-то, где со временем ничего не меняется: тот же отец, который хочет сделать из непослушного сына человека, та же мать, которая боится сказать лишнего, только бы не потерять общения с тем самым непослушным сыном, та же старшая сестра, которая считает своего брата всего лишь избалованным мальчишкой. Как же мне хотелось стать частью этой семьи, как же мне хотелось, чтобы и мне время от времени прилетали подзатыльники от отца, а сестра по-настоящему ко мне придиралась. Я рос в этой семье, но ко мне всегда все относились с добротой и уважением. Никто из них никогда не был ко мне строг. Крёстный всегда пытался до меня достучаться, как до взрослого. Он никогда не давал мне подзатыльников, как своему родному сыну, всегда пытался объяснить мне причины и спросить моего мнения и моих способов решения проблемы. С его родным сыном такого не получалось. Игорь с самого рождения был твердолобым, решающим проблемы только физической силой. Тётя Лиля всегда была ко всем добра одинаково и старалась делить свою любовь между всеми. Но когда Игорь начинал бунтовать, она подшучивала над ним, дразнила его, а потом крепко обнимала и не отпускала, пока тот не успокаивался. Мне тоже так хотелось, но я всегда был ребёнком спокойным и уравновешенным. А Маша хоть и шутила над нами обоими, никогда со мной не переходила черту, как часто это делала с Игорем. Меня любили в этом доме, как не любил родной отец, обо мне заботились ничуть не хуже, чем о родном сыне, но я никогда не становился кем-то большим, чем сторонним наблюдателем, время от времени принимающим участие. – Сынок, всё хорошо? – вдруг отвлекла меня тётя Лиля, потянувшаяся своей рукой к моему лицу. – Да, всё нормально, – фальшиво улыбнулся я. – Ну ладно, – попыталась улыбнуться она, заботливо вытирая слезу с моей щеки. Я даже не заметил, как пустил слезу! Как же стыдно. – Я просто не прожевал кусок мяса, – пытался оправдаться я. – Чуть было не подавился – Смотри осторожнее, – сказала тётя Лиля. Глаза этой женщины говорили обратное. Она, естественно, поняла мою глупую ложь и не хотела теперь этого показывать, чтобы не смущать меня. Она быстро обратилась к Свете, желая узнать, как поживают её родители, затем к Арине, и всё же время от времени поглядывая в мою сторону. – Игорь, ты ничего не хочешь мне рассказать? – посмотрел я на своего друга, когда мы остались наедине. После того как все закончили с трапезой, мы сразу же поехали в Красную Звезду. Сергей и Игорь с вечера замариновали мясо, и после бани мы хотели заняться шашлыками. – Что именно ты хочешь от меня услышать? – пряча глаза, поинтересовался мой друг. – Что у вас там случилось с Леной? – Решили, что не сошлись характерами. – Не сошлись характерами? Серьёзно? Вам понадобилось четыре года, чтобы это выяснить? Темнишь друг, темнишь. – К ней начал клеиться кто-то другой. Кто-то, видимо, круче меня. Ну я и послал её куда подальше, пообещав найти того говнюка и морду ему набить. – В твоём стиле, – сказал я, закатывая глаза. – Я думаю, может быть, оно и к лучшему. Найдёшь себе девушку лучше, чем Лена. – Да, конечно, найду. Тоже нашлась мне королева. Да я могу пальцем щёлкнуть, и тут же очередь выстроится. – Я и не сомневаюсь, – усмехнулся я. – Да и вообще, она никогда не найдёт никого, кто бы её так же на руках носил, – самоуверенно сказал мой друг. Мда, Игорь, ты не исправим. Уверен, Лена сейчас тоже самое кому-то втирает. – Елизар, – появилась откуда ни возьмись Света, – твоя женщина, кроме макарон и яичницы, совсем ничего другого готовить не умеет? – Это называется паста, Света, – сделал замечание своей подруге я. – Ещё одна, – закатил глаза Игорь. – Пойду встречу Юрца. Он обещал сегодня что-то принести. – Давай, иди-иди, – заняла его место Света. – Не могла бы ты относиться к Арине уважительнее? - строгим голосом обратился я к своей подруге детства. – Могла бы, если бы это того стоило, – сказала Света, протягивая мне тарелку с готовым шашлыком. – Но как бы вы оба с голода не померли. – Уверен, не помрём, – сказал я, пытаясь скрыть свою злость. – Хорошо, – уголком губ улыбнулась Света, – Игорь убеждал тебя и себя, что сможет без проблем найти замену Лене? – Именно. – Другого не следовало и ожидать. Как же он бывает чертовски самоуверен и противен. Ведь, на самом деле, неплохой он парень. Но временами я готова его задушить. – Нам, как его друзьям, суждено терпеть и любить. – Ой, да и не говори! Одно дело, что мы привыкли и знаем его как облупленного. За этим разгильдяем прячется маленький добрый ребёнок. Уверена, через пару дней придёт и скажет, что любит Лену и жить без неё не может. – Не пару, сегодня вечером, когда на ногах стоять не сможет, язык у него развяжется. Ещё позвонит ей. – Надеюсь, хоть у неё ума хватит не брать телефон. – Если Лена решила, то это окончательно. Она упёртая, как баран. – Это точно. – Солнце, а я тебя потерял, – появился из-за спины Светы Женя. – Батюшки, а чем это от нас пахнет? Ну теперь ясно, что тебе искать-то мешало. Пойдём, хоть поешь немного, а то опять свалишься на полпути, – с иронией сказала Света, обнимая своего парня за талию. – Елизар, там Юрец пришёл. Что-то новое принёс. Говорит тот ещё отвал башки, – подбежала моя Арина. – Ты идёшь? – Да, – улыбнулся при виде неё я, – вот только посижу минут десять. – Хорошо, а могу я попробовать? – скорчила невинное выражение лица Арина. – Да, конечно, – дал своё согласие я. И тут понеслось. Это решение было моей фатальной ошибкой.