катарсис

Первый концерт, первые гастроли, ребята сидели в гримерке и готовились к выступлению. Солнце заливало окна, падая светом на веселые лица актеров. Царила атмосфера ожидания и волнения, все играло разноцветными красками и дышало жизнью. Дима и Серёжа о чём-то шумно переговаривались. Девочки гримеры махали кисточками, Стас задумчиво смотрел в экран монитора. Только Антона не было. Арсений пошёл его искать. Через многочисленные коридоры актёр вышел в большой зал, ещё не наполненный людьми. Свет был приглушен и отдавал синеватым оттенком. Небольшой прожектор освещал только половину сцены, погружая ее в мистическую атмосферу. На этой половине, ближе к кулисам, стояло огромных размеров чёрное лаковое фортепиано. Антон сидел за инструментом и аккуратно, боязливо нажимал на одну клавишу, потом на вторую, третью, но звучание получалось скверное. Арсений, уже нашедший друга, молча наблюдал в стороне, и когда тот прекратил свои попытки игры, подошел к коллеге и встал позади. Наклонившись над другом, Арс положил свои руки на руки Антона и стал медленно водить чужими кистями по клавиатуре. Антон, немного удивленный такому внезапному похищению и присвоению Арсом его конечностей, не сказал ни слова, но и не убрал руки. Арс начал аккуратно выводить мелодию, из нескольких звуков у него получалось нечто красивое. К огорчению Антона, биение сердца становилось все чаще, казалось что его ритм пересекается с ритмом музыки и чем громче и быстрее звучание, тем громче и быстрее билось сердце. Антон понял, что не может пошевельнуться, да и, на самом деле, не хочет. Арсений внимательно и задумчиво смотрел на клавиши, Антон смотрел на Арса. Его чёрные волосы падали на лицо, а в глазах пылал постоянно пугающий Антона огонек. Он не мог объяснить это, но в определенные моменты он замечал в глазах Арса странный блеск. Самое страшное для Антона в этом было то, что огонек со всей силы манил к себе. В нем было что-то неподдающееся понимаю, что то загадочное и опасное. Плавная мелодия постепенно переходила в более быструю и настойчивую, как будто пытаясь что то сказать, передать своими звуками то, что нельзя говорить. Антон чувствовал в этой мелодии и дикое отчаяние и нежность, и крик, и безумное веселье, бушующие эмоции, и временами…надежду? Взгляд Арса в синеватой полутьме, как будто отражал все эти эмоции, будто эта мелодия была придумана и сыграна специально для Антона, будто Арс разговаривал с ним. Законченное произведение, законченный разговор. Арс сказал все что хотел. Но как только все стихло, они ещё минуту замеревши, чего-то ожидали. Арс опустил голову и уткнулся в плечо другу. — Пойдём, ребята ждут — тихо сказал Арс. 2022 «Я никогда не смогу забыть о тебе, как бы ты этого не хотел — Арсений улыбнулся, но вышло как-то криво и жалко — «Я не смогу вырезать из себя то, что чувствую. Я всегда буду в цепях, которыми ты приковал меня к себе» — Арс не заметил как разодрал губы до красных пятен — «Я привык к холоду, как в своей квартире, так и от твоих слов. Но мне никогда не будет плевать на тебя и на твою улыбку. Я постараюсь, но ничего не могу обещать. Прости Тош.» Арсений стоял в своей прихожей напротив зеркала, растягивая кривую улыбку, но глаза назло наполнялись жидким прозрачным стеклом. Что-то внутри, свинцовое и холодное, медленно, от самой глотки до желудка, сползло вниз. Боль. Она растеклась по всему телу, оставляя Арса в абсолютном бессилии. Боль возникала из-за его веры в лучшее, из-за надежды, что все изменится, она перекрывала ему воздух, заставляя совершать одни и те же ошибки. Он не мог идти дальше, он застрял в этом круговороте, похожем на сон. Арсений запрокинул голову и тяжело вдохнул воздух, успокаивая себя. Подъехало такси, схватив с тумбочки шапку, Арсений выбежал из квартиры. Сегодня боль будет в тысячу раз сильнее.

***

Мчась по холодному неприветливому Питеру Арсений залип в телефон, проверяя старые фотографии и заставляя себя удалять лишние. Антон и Арс сидят на набережной, солнце уже почти опустилось за горизонт и последние его лучи касаются макушки Антона, он улыбается. Эта фотография, быстрым нажатием, чтобы не передумать, отправляется в корзину. Следующая: Антон спит в поезде, обнимая подушку в руках. Отправляется туда же. Почему их недомолвки переросли в такую трагедию? «Как в какой-то дешевой мелодраме» — подумал Арсений. Ведь между ними ничего не было, если не считать те самые недомолвки, которые выражались в секундных прикосновениях и взглядах. А получилось так, что как бы Антон был Арса, а Арс был Антона. И все это знали. Принимали как данное, оборачивая в шутку. Все началось еще давно, очень давно, когда они впервые встретились. Антон выглядел как нелепый худощавый подросток, что Арсу показалось забавным. Тощий пацан, огромного роста с огромной улыбкой. Арс не самой легкой судьбы человек, и временами ему приходилось сложно, и с людьми, и со своей головой. И довольно продолжительное время, несмотря на свой блестящий ум, Арсений упорно не понимал, что могло настолько сильно зацепить его в этом простом воронежском парне. Ответ был очевиден. Именно та самая простота и нравилась Арсению в Тоше, до боли настоящая искренность. Его радость к жизни и детское отношение абсолютно ко всему, казались Арсению самым прекрасным что есть в мире. Антон мог очень легко расстроиться или забыться в неуверенности, но также легко и выйти из этого состояния. Но Арсений не видел полной картины, когда привязался к коллеге. Та простота, за которую Арс полюбил Антона, была лишь верхушкой Айсберга в который он со всей силы врезался и пошел ко дну. Когда все начиналось, Арс и представить не мог, что в глубинах этой теплой и жизнерадостной души, есть страшная, колючая темнота. Да и Антон о ней тоже мало что знал. Арсений видел в нем свое солнце. Именно это и губило его, он нашел в Антоне свой идеал, а все остальное было не важно. Потому что Антон, которому никогда не хотелось да и не нужно было скрывать свои чувства, вдруг ощутил страх, и его темнота вылезла наружу. Его симпатия к своему коллеге, вводила его в ступор, заставляя скрывать свои эмоции, а это невыносимо для открытых искренних людей. Жажда тепла и любви, жажда Арсения, бросала его в нежность, а страх, неуверенность, выкидывали обратно, в холод по отношению к другу. 03.02 — Пойдем сегодня куда-нибудь? Мы давно не виделись после тура. Арс? 08.03 — Ты такой придурок, зачем ты позоришь меня на съемках. 25.04 — Давай чаще так гулять под дождем? 15.05 — Пошёл нахер, не пиши мне больше и не трогай. Хочу бухать и буду бухать, тебя это не касается.

***

— Арс, больно? Арс, че больно? Только мамке не говори Эти качели иногда делали солнышко, полный оборот на 365 градусов, как весной на вечеринке после съемок. Когда Антон в шутку ударил Арса палкой по голове, посмеялся и оставил одного, наплевав на его состояние и чувства. — Антон ночует в другом отеле…

***

На последней фразе, повторяющейся в памяти Арса как эхо, машина резко остановилась около огромного здания и вернула Арсения в реальность. Актер захлопнул за собой дверь и направился ко входу. Зайдя внутрь, он почувствовал ту самую атмосферу съемок, все суетились и бегали по площадке. Арс направился к коллегам. Ребята сидят в гримерке и готовятся к выступлению. Солнце заливает окна, падая светом на веселые лица актеров. Царит атмосфера ожидания и волнения, все играет разноцветными красками и дышит жизнью. Дима и Серёжа о чём-то шумно переговариваются. Девочки гримеры машут кисточками, Стас задумчиво смотрит в экран монитора. Только Антона не было. Арсений не пошёл его искать.