don't go away

Да ты стало быть шутишь? — Намджун смотрит на Хосока, — Какая армия? — Нет не шучу. Я в действительно собираюсь отозвать заявление об отсрочке, — Хосок сглатывает, — До конца месяца. Они сидят в студии Намджуна и кажется, что сейчас мир медленно схлопнется. От кого он точно не ждал таких заявлений, так это от Хосока. Парень смотрит в глаза старшему и ещё раз спрашивает: — Ты сейчас уверен? Хосок поднимается с дивана и подходит к Намджуну, который сидит за компьютерным столом. Он нежно обнимает своего младшего со спины и шепчет в макушку, что уверен как-никогда либо. Для Хосока решение о зачислении далось тоже не просто. Он довольно-таки хорошо продвигается в своей сольной карьере и уходить сейчас — сделать глупость. Всё решилось после Грэмми. Хосок все прекрасно понимал и что награда им точно не светит, что уже говорить про него. Встав утром, парень решает для себя сегодня же поговорить с Шихёком. Что двигает им в тот момент, парень и сам особо не понимает? Разочарование? — Точно нет. Привязанность к старшему, который сейчас сам проходит военную службу? Тут конечно, 50/50. Конечно, как и все мемберы, Хосок очень скучает по Сокджину. Его действительно очень не хватает парням, но надо двигаться дальше. Хоби, конечно, не теряет надежды, что они вновь будут вместе, но кто знает, как сложится их дальнейшая судьба после армии. День летит слишком быстро и уже к вечеру Хосок созванивается с Шихёком и идёт к старшему в кабинет. Их разговор длится долго, вплоть до второго часу ночи. Они взвешивают все «за» и «против», останавливаясь на том, что Чону самому решать, когда ему стоит начать своё зачисление. Шихёк даёт ему время, время до конца февраля. Если парень надумает, то ближайший апрельский призыв в который он попадёт, будет даже очень удачным. Неделю спустя, парень даёт положительный ответ PD-ниму, а тот лишь обнимает его и желает удачной службы. Хоби понятия не имеет, как сказать парням о том, что он собирается в армию. Особенно Юнги. Он обещал и клялся своему парню, что обязательно посетит несколько концертов его сольного тура, а получил вот это. Не долго думая, Хосок идёт к Намджуну. С лидером говорить проще, он поймёт. И уже проходил это. — Да ты стало быть шутишь? — Намджун смотрит на Хосока, — Какая армия? — Нет не шучу. Я в действительно собираюсь отозвать заявление об отсрочке, — Хосок сглатывает, — До конца месяца. — Нет хён, нет. Ты не можешь так поступить с нами. Ладно с нами, а Юнги? Ты о нём подумал? — Намджун, кажется, медленно взрывается. — Успокойся. Не повышай на меня голос, я все ещё старше! — Намджун цокает. — Старше то — старше, а ума нет. Ты хоть представляешь, что скажет Юнги и его реакцию? Представляешь? — Намджун смотрит в глаза Чона. — Представляю, поэтому скажу ему завтра. — Хосок не спеша подходит к Намджуну. — Во так сюрприз на День всех Влюблённых. Свечи, цветы, романтик, дорогой ресторан и ты, — он указывает на Хоби, — лысый. — Это ты мне сейчас рассказал то, что подготовил для меня Юнги? Интересно. — Хосок улыбается. — Заткнись. Сделаем вид, что я тебе ничего не говорил. — Намджун поднимается из-за стола и тут же обнимает Чона, — А вообще, прости. Я слегка погорячился. Это твоя жизнь и тебе решать, как и что. Хосок нежно обнимает в ответ и дарит Намджуну свою самую яркую улыбку. — Остальным то когда скажем? — спрашивает Намджун. — В день рождения я всё скажу. — отвечает Хосок — Умеешь ты испортит праздник! Часы показывают третий час ночи. Хосок тихо открывает дверь в квартиру, где его встречает полная тишина и лишь где-то говорит телевизор. Быстро раздевшись, парень проходит в гостиную и застаёт там Юнги. Парень лежит на диване, накрытый пледом и спит. Телевизор говорит на небольшой громкости, очередная дорама, которую он обещал посмотреть с Юнги. И забыл. Чон подходит к парню, нежно проводит по лицу, убирая упавшие локоны за ушко. Чуткий сон Юнги был нарушен. Парень потихоньку открывает глаза и видит перед собой лицо Хосока. — Доброй ночи. А ты чего так поздно? — Юнги поднимается и присаживается на диван. — Надо было поговорить с Намджуном и решить один важный вопрос. — отвечает младший. — Что за вопрос? — спрашивает Мин. — Я тебе обязательно расскажу, но чуть позже, хорошо? Мин согласно кивает и утягивает младшего к себе на колени. Юнги начинает теребить пуговицы на рубашке Хосока, сонливость все еще была написана на его лице. Хосок усмехнулся и посмотрел на мужчину. Иногда он не мог поверить, что Юнги такого же возраста, как он; он все еще выглядел таким молодым, лицо все еще молодым, а кожа мягкой. — Может, мы перейдём в постель? — предложил Хосок. Юнги надулся и перекатился на спину, свесив голову с кровати: — Мне кажется или ты нервничаешь? Хосок пожал плечами и встал: — В некотором роде. Я очень хочу с тобой поговорить, но боюсь. Боюсь того, как ты воспримешь мои слова. Это очень серьёзно. Юнги кивнул и потянулся к Хосоку, его указательный палец зацепился за петлю на ремне. — Хочешь, я отсосу тебе на удачу? Хосок усмехнулся и уставился на своего перевернутого парня. — Похоже, ты сейчас заснешь, нет, спасибо. Он отстегнул бледный палец Юнги и начал застегивать рубашку. Юнги развернулся и встал с кровати: — Не сомневайтесь во мне и моих способностях. — Он лениво ухмыльнулся, прежде чем схватить Хосока и толкнуть его на кровать. — Нет, хён, серьёзно. Мы должны поговорить. В этот момент это было бесполезно. Юнги уже вытащил член Хосока из трусов и начал качать его. В конце концов, это был День святого Валентина и самый важный день для Хосока, почему бы не убить двух зайцев одним выстрелом? Дыхание Хосока сбилось, когда он почувствовал, как скользкая слюна Юнги, мягкая ладонь скользят вверх и вниз по его длине до полной твердости. Он с нежностью наблюдал, как Юнги смотрит на него, маленькие бледно-лиловые синяки под его сонными глазами, когда его маленькие розовые губы обхватывают его член. Хосок провел пальцами по взлохмаченным рыжим локонам и двигал бедрами, чтобы встретиться с бобами Юнги. Толстый язык Юнги чувствовал себя прекрасно, полностью пробуя его на вкус и вращаясь вокруг головы. Язык облизывает бархатистую кожу, прежде чем сосать кончик, оттягивая кожу назад, когда становится видна капля предэякулята. Он покрутил его языком, прежде чем снова поглотить всю длину, снова посмотрев на Хосока, который тяжело дышал и тихо ругался себе под нос. — Черт… почти… я… Хосок слегка сжал волосы Юнги, мягкое прикосновение превратилось в рывки, когда младший наклонился, удерживая голову Юнги на месте, пока тот кончал в теплый рот. Он чувствовал заднюю часть горла Юнги, когда самец сосал, впалые щеки и глотал все, что ему давали, как котенку молоко. Юнги отстранился, хватка Хосока больше не ощущалась, и лизнул всю длину, прежде чем заправить Хосока обратно. Он сел на пятки и вытер излишки спермы с уголков рта и слюну с подбородка. — Кстати, с днем ​​святого валентина. Юнги похлопал себя по бедру, прежде чем встать и отправиться в ванную. Ему нужно было почистить зубы, прежде чем он сможет спокойно заснуть и не чувствовать вкус Хосока и его геля для душа. Хосок кивнул, переводя дыхание и реальность, прежде чем встать и собраться. — Вот черт, подожди… — Он вышел из комнаты и вернулся в ванную, где Юнги склонился над раковиной, вытирая пену изо рта. — Я забрал отсрочку от армии. Меня зачислят в марте, может апреле. — воскликнул Хосок. — Смешная шутка, я уж было поверил. — Юнги берёт полотенце и вытирает лицо. — Хён, нет. Это не шутка. — Хосок смотрит прямо в глаза, — Я серьёзно. В конце февраля я собираюсь…собираюсь отказаться от отсрочки и заступить на службу. Юнги медленно выходит из ванной комнаты и проходит обратно в спальню. Присаживается на кровать. Хосок проходит за ним. — Ещё раз повтори! — Юнги смотрит прямо в глаза. Берёт руки Хосока в свои, переплетает пальцы. — Я заступаю на службу. Я так решил. Взвесил всё и принял решение. — он садится рядом с Мином, — Я не знал, как тебе об этом сказать, но это уже максимально принятое решение и оспаривать его нет смысла. — Стоп, — старший перебивает, — А моё мнение тебя вообще не интересует? — Юнги! — вздох. — Что Юнги? Ну вот что? — Чон лезет со своими объятиями, — Отпусти. Юнги поднимается с кровати и уходит из комнаты. Он зол. Действительно зол. Он накидывает куртку, надевает ботинки. В квартире раздаётся хлопок входной двери. Хоби медленно сползает с кровати. Слёзы текут из его глаз. Наверное Юнги был прав и проще бы было, если бы он поговорил с ним. Юнги едет в агентство. В голове просто рой мыслей и самая главная та, что он поступил как идиот, бросив своего парня одного. Но, гордость и лёгкая обида берут верх и он уже заходит в студию и полностью погружается в работу. День, который он планировал провести с самым дорогим человеком — летит к чертям. Хосок провалился в кровате до позднего вечера, оставаясь наедине с собой и своими мыслями. Уже ближе к восьми вечера Хосок отправляется в агентство. Ему надо доделывать потихоньку свои дела. Ближе к полуночи, на телефон Хосока приходит уведомление о трансляции, которую начал Юнги. Он вспоминает о том, что парень должен объявить о начале своего тура, поэтому сразу же заходит на трансляцию. — Сегодняшний день я провёл с Хоби. — слышится по ту сторону экрана. Сладкая улыбка озоряет глаза Хосока и парень непроизвольно улыбается. Как только парень завершает трансляцию, Чон выходит из студии и направляется к старшему. Вводит пароль. Тусклый свет встречает его, а сгорбившаяся фигура, разворачивается и выпрямляется. — Поздравляю с официальным объявлением. — Хосок проходит к Юнги. — Прости меня, — Мин притягивает его за талию, — я не должен был так реагировать на это. Просто для меня это очень неожиданно. — И ты меня прости. Я должен был поставить тебя в известность и обсудить всё именно с тобой. — Я люблю тебя, очень сильно. — Юнги умещает Хосока у себя на коленях. Утягивает в поцелуй. Так что Чон приподнимается достаточно, чтобы парень мог почувствовать всё желание младшего, и он вздрагивает от холода, который пришел от того, что трения джинс друг о друга вызвали разряд, но он наклоняет голову, чтобы страстно поцеловать его. Юнги жадно целует его в спину, держа за талию и притягивая как можно ближе, прежде чем перевернуть их и оказаться сверху, глядя на своего парня сверху вниз. — Ты уже закончил, принцесса…? — с ухмылкой спрашивает он, опуская головку своего члена так, чтобы она касалась Хосока, просто дразня, позволяя себе скользнуть к ее входу, не нажимая достаточно сильно, чтобы снова проникнуть в нее. — Блять, нет… Трахни меня, Юнги… — стонет он, чувствуя, как мышцы сжимаются от твердого, твердого ощущения члена Юнги на его заднице. А когда он толкается — Хоби пищит, еще больше раздвигая ноги в надежде, что парень войдет глубже. Но теперь пришло время Юнги дразнить, и после того, как он только что вставил головку, он вытаскивает и просто продолжает тереться и тереться о вход, член проходит между ягодицами, и когда кажется, что он входит, он проходит прямо мимо дырочки, ухмыляется, когда видит, как Хосок с желанием выгибает спину. — Оппа, пожалуйста… — Хосок закрывает глаза, и его руки крепко сжимают плечи Юнги, притягивая его для еще одного поцелуя. Он просто стонет ему в рот, беспорядочно ищет языком своего парня, и в тот момент, когда она чвствует, как член Юнги входит внутрь, крепко обхватывает его ногами, притягивая его внутрь, как будто чтобы убедиться, что он больше не вытащит. Юнги, наконец, сдается, несколько раз толкаясь в младшего, руки лежат по обе стороны от тела Хосока, чтобы не упасть. Он пытается найти достаточно хороший темп, тяжело дыша при движении, и, как только ему это удается, он наклоняется к Чону, целуя его шею и ключицу, отбрасывая волосы в сторону. Он немного стягивает рубашку, обнажая один из его сосков, и, возможно, там ничего нет, но он все равно наклоняется, чтобы лизнуть набухшие соски, посасывая и покусывая немного грудь Хосока. Проходит еще несколько минут, а ноги младшего дрожат, спина снова выгнута, дыхание неровное. Он качает головой пару раз, и его стоны прекращаются — всего на несколько секунд, потому что сразу после того, как он выкрикивает имя Юнги, он изливается прямо на свою рубашку, пачкая при этом и футболку хёна. Но Юнги не закончил с ним, и он продолжает делать мощные толчки прямо его по простате, и это заставляет Хоби хныкать и цепляться за него, и когда он, наконец, чувствует, что его сперма наполняет его, Хосок издает еще один визг. Они целуются долгие минуты, беспорядочно целуясь в объятия друг друга, и теперь Юнги клянется, что ненавидит эту рубашку: он не может прямо и честно чувствовать кожу Хосока, это расстраивает. Но он просто смиряется с этим, оставляя несколько сладких поцелуев на его лице, улыбаясь сразу после этого. — Ты милый. Ты такой милый. — Хосок бормочет, когда его парень так нежно целует Чона, хихикая в его щеку. Юнги закатывает глаза, потому что Хосок так поступил… — Я тебя люблю. — Он говорит сейчас, улыбаясь ему. — Я действительно тебя люблю. Следующие дни летят для парней со скоростью света. Они проводят дни вместе. Рано утром, за день до дня рождения младшего, Юнги говорит о том, что сегодня его ждут съёмки в шоу Юнги. Хосок удивляется, но без проблем соглашается на это. И фанатов порадует, и, заодно, обрадует всех новым релизом. Быстро собравшись, Хосок уезжает в офис, а Юнги остаётся в квартире и начинает готовить торт. Это то, что Юнги придумал совсем недавно, но он очень хочет обрадовать своего молодого человека, что идея ему конечно нравится. Поэтому, недолго думая, он приступает к готовки. В общей сложности, он тратит часов пять на приготовление и начинает сам собираться в агентство. Съёмки проходят достаточно весело. Юнги вручает Чону торт, а тот с удивлённой улыбкой принимает его, благодаря старшего. Уже вечером Хосок собирается проводить трансляцию. Его день рождения наступит уже через полчаса. Парень смеётся с комментариев фанатов, рассказывает о планах. Юнги по ту сторону экрана пускает слезу, после слов о туре. Нет, к сожалению, эта улыбка со стороны младшего обманчива. Ко времени тура, к выходу альбома Чимина, Хосок уже будет в армии. Он в действительности не сможет поддержать своих самых близких людей. На трансляцию заходит Чимин. Парни веселятся. И Юнги пускает вторую слезу. В конечном итоге, под конец трансляции, Юнги решает дать о себе знать и поздравляет Хоби с Днём Рождения. А после, кидает случайную фразу: «Не уходи.» Хосок читает, читает и понимает, вряд ли это было написано для того, чтобы Юнги сейчас зашёл в студию. Нет. Далеко нет. «Не уходи» — звучит совершенно по другому. И Хосок понимает одно, что он затянул с разговором с младшими мемберами. «Не уходи» — раздаётся в голове громким, отчётливым голосом Юнги. Но он всё решил. Он уйдёт. Ему придётся попрощаться. Им придётся преодолеть это расстояние. Смирение придёт. Со временем, но придёт.