Всем нам нужен отдых.

       — Тебе следовало позвать меня с собой, раз уж ты решил посидеть здесь. Или хочешь чтобы я пропустил такую красоту?        Сенчоус услышал медленные приближающиеся шаги за своей спиной. Странно, ведь ему казалось, что он ушёл от их пляжного домика достаточно далеко, чтобы его так быстро обнаружили. Пока фиолетовый раздумывал на этот счёт, неожиданно на его плечи упало нечто мягкое и согревающее, а рядом села высокая фигура, что так тихо подкралась к нему со спины.       — Укройся, а то глядишь, замёрзнешь и заболеешь в свой отпуск.       Мужчина послушался своего друга, молча натягивая на себя махровый плед, который Саша предусмотрительно взял с собой в отпуск, попутно лишь сильнее прижимая колени к груди, будто бы пытаясь уменьшиться и укрыться от внешнего мира под этим куском ткани. Не услышав никакого ответа, блондин продолжил, чутка наклонив голову вбок.       — Ты серьёзно думал, что я не замечу то, как ты ушёл? Сеня, мы достаточно знакомы с тобой, чтобы я мог отличить звук твоих шагов от чужих. Да и, откровенно говоря, ходишь ты как кабан.       Он молчал. Александр, почувствовав то, что его шутка была совершенно неуместной, тут же осёкся и поёжился от холода. Нет, это не тот холод, который приносит ветер с бескрайнего моря. Это был колючий холод неуюта и неловкости, страха и уныния, которые передались блондину от его фиолетового друга. Оба молчали. Молчали они достаточно долго, слушая шум моря, который так ласково нашёптывал что-то своё, непонятное. Проникнувшись этим мурлыканием воды, Саша тяжело вздохнул.       — Извини, я не хотел вот так бесцеремонно приходить сюда, я просто переживал. Если хочешь, я оставлю тебя наедине с морской волной и просто пойду в пляжный дом. Мы с Фрейзом и Другом будем ждать тебя.       Арсений, казалось, абсолютно не слушал полицейского, равнодушно пялясь на свои колени, и лишь крепко сжатая рука на краю пледа говорила о том, что внутри него бушевал целый лесной пожар. Эмоции бурлили, кипели, булькали и клокотали где-то в глотке и груди, переполняли его мысли адской жижей, от которой он так яро пытался избавиться в тишине и одиночестве. Но голос друга, словно ледяная вода, остудила внутренний жар и привела его в сознание ровно тогда, когда Саша уже начал отходить от него, понурив голову и спрятав руки в карманы лёгкой ветровки.       Подняв голову, фиолетовый глянул другу в спину, после чего негромко окликнул его со спины, не надеясь на ответ.       — Сань, постой.               На его удивление Саша тут же оглянулся, смотря с неменьшим поражением.       — Да, что такое?       — Иди обратно. Я передумал, не хочу сидеть один. Всё-таки… Всё-таки мы вместе приехали на отдых, и должны провести как можно больше времени вместе. Ты же сам об этом говорил в начале поездки.       На лице полицейского расцвела какая-то тёплая, умиротворённая улыбка от слов его товарища. Поменяв маршрут, Александр вновь уселся на то же место. Закат, море, времяпрепровождение с другом на природе. Запах морской воды вновь охладил его лёгкие, и внутренняя буря начала отступать.       — Знаешь… Я не рассказывал об этом раньше. Но наверно, сейчас самое время просто поговорить. Я слишком давно не говорил с кем-то по душам.       — Правда? То-то ты весь такой угрюмый сидел. Ну давай, выкладывай, что у тебя произошло. Если ты действительно можешь доверить мне свою душу — я тебя не подведу, как сильно бы мы друг друга не задирали и не подкалывали.       Сенчоус негромко хмыкнул, глазея на яркий алый закат. Тяжело вздохнув и помолчав какое-то время, из уст фиолетового полилась тихая, но крайне печальная тирада его жизни.