Кошмарные страсти

...Выйдя из зарезервированного зала в общее помещение бара, Сани на секунду оказалась дезориентирована: музыка здесь играла достаточно громко, чтобы приходилось повышать голос даже разговаривая с пони, стоящим на расстоянии вытянутого копыта, в воздухе пахло сидром и другими алкогольными напитками, а также закусками, духами и потом. Многочисленные жеребцы и кобылы, занявшие почти все столики смеялись, стучали посудой, пытались перекричать друг друга, а некоторые танцевали перед сценой с музыкальной установкой, либо обжимались в тёмных углах. "Да вы... места лучше не нашли", - вспыхнула возмущением (и не только им) красногривая единорожка, увидев как копыто зелёного пегаса соскальзывает с бедра жёлтой земнопони на живот и ниже, в то время как сама кобылка была увлечена поцелуем. Из-за этой картины публичной непристойности Стар ощутила, что жар между уже её бёдер становится совсем уж нестерпимым, а хвост непроизвольно поджимается. Поспешно отведя взгляд, в мигающем свете белых и голубых осветителей она постаралась найти дверь, ведущую в уборную, обнаружившуюся на противоположном конце помещения. "Нужно будет издать указ, чтобы в публичных местах строили больше туалетов", - решила маскирующаяся Селестия, направившись к заветной комнатке по довольно узкому проходу между столиками, из-за которых на неё бросали взгляды успевшие выпить жеребцы... и находящиеся навеселе кобылки. ...Из-за ударных инструментов уши нервно подёргивались, прижимаясь к затылку, мигающий свет создавал впечатление, словно бы пол покачивался в такт музыке, из-за чего приходилось осторожнее ставить копытца при каждом новом шаге. Кроме того, её не покидало упорное впечатление, словно бы все вокруг видят влажный блеск шёрстки на внутренних сторонах бёдер, от чего мордочка покрывалась румянцем, а сердце в груди ускоряло свой ритм. - Подруга, не хочешь присоединиться к нам? - спросила рыжая единорожка с синей гривой, заплетённой в многочисленные косички, красующиеся маслянистым блеском. - Нет, спасибо, - ответила белая единорожка, мазнув взглядом по группе из трёх жеребцов и двух кобылок. - Не будь такой недотрогой, красотка, - тёмно-серый жеребец протянул в её сторону правое переднее копыто, видимо планируя ухватить за левую переднюю ногу. - Задержись хотя бы на пару минут... - Нет, - отбив копыто своей ногой, она раздражённо посмотрела на незнакомца, оказавшегося вполне неплохо сложённым, пусть и излишне прилизанным. - Я не одна. ...Мысли вернулись к белому аликорну, к которому она прижималась во время танца ощущая, как под шкурой перекатываются крепкие жгуты мышц, способных и земнопони заставить завидовать. Жар между задних ног вызвал пульсацию, от чего поджавшийся хвост взмок, а бёдра непроизвольно сжались. - Чего-то я никого не вижу. А вы, ребята? - обратился серый к своим друзьям, просто молча наблюдающим за представлением. - Смотреть надо внимательнее, - посоветовал знакомый голос, заставивший возникшее было беспокойство отступить, после чего рядом появился красный единорог, решительно вставший между Стар и столиком навязчивой компании, прижавшись к ней правым боком. - Тебя ни на минуту нельзя оставить одну? - Я не специально, милый, - поддавшись порыву, красногривая единорожка теснее прижалась к замаскировавшемуся принцу, ощутив терпкий запах, щекочущий ноздри. - Эй! - возмущённый бесцеремонностью незнакомца жеребец начал подниматься из-за стола. - Ты что о себе думаешь? - Сейчас я позову охрану, - спокойно заявил красный единорог. - Оно тебе надо? - А сам трусишь...? - начал задира новую реплику, но закончить не успел. - Оставь их, бро, - другой член компании надавил на плечо приятеля, усаживая его обратно за стол. - Оно того не стоит. "Это он обо мне? Я того не стою? Хам!", - забыв о том, что сама хотела избавиться от внимания навязчивой компании мысленно возмутилась Стар, в то же время демонстративно уложив голову на плечо своему спутнику, почти физически ощущая негодование незадачливого ухажёра. - Мой герой, - хихикнув, томно выдохнула белая пони. - Прямо принц в сверкающей броне. - Да... Я такой, - совершенно серьёзно кивнул Блю. - И какая герою полагается награда? - Я подумаю над этим, игривым тоном пообещала Сани, полуприкрыв глаза. ...Бок о бок они дошли до двери, ведущей в уборную, откуда выскочил жёлтый пегас, едва не врезавшийся в Стар. Затормозив в последний момент он удивлённо заморгал, перевёл взгляд с белой кобылки на красного жеребца, чему-то усмехнулся, подмигнул и свернул влево придержав створку для единорогов. - Мы не помещаемся, - пожаловалась красногривая пони, когда ей не удалось протиснуться в проход. - Просто нужно входить по очереди, - заявил Блю, отстраняясь и отступая назад. - Иди первая. Удержавшись на пошатнувшемся полу, лишившаяся дополнительной опоры Сани послушно вошла в квадратное помещение с ещё тремя дверями. На потолке тут был закреплён белый светильник, в воздухе пахло лимоном, в углу стоял глиняный горшок с декоративным деревцем... листья которого кто-то частично обглодал, оставив полуголый ствол сиротливо торчать на фоне белых панелей. - Всё свободно, - произнёс красный единорог. - Выбирай любую. - А ты? - спросила Сани, сама не зная зачем. - Хочешь пригласить меня с собой? - весело прищурился Блю, растянув губы в предвкушающей улыбке, торчком вздёрнув уши. "Хочу", - заявила какая-то часть Стар, буквально сходящая с ума от жара, разливающегося между задних ног и расползающегося по всему телу волнами, вызывающими мурашки. - Сама справлюсь, - буркнула кобылка в ответ, поспешно скользнув в ближайшую приоткрытую дверь, чтобы тут же её захлопнуть и вскрикнуть от неожиданности. - Сани, что случилось? - донёсся до неё обеспокоенный голос жеребца, одновременно вызвавший и тёплое удовольствие от чужой заботы, и стыд за собственную оплошность. - Всё в порядке, - произнесла Стар неохотно, приоткрывая дверь для того, чтобы освободить ярко-алые пряди. - Я хвост прищемила. - Ты... уверена, что мне не нужно быть рядом? - на этот раз в голосе спутника чувствовалось сомнение. - Просто на всякий случай. - Сама справлюсь, - буркнула кобылка вспыхнув мордочкой, но на этот раз не из-за возбуждения. "Позорище. Ещё одна постыдная история в коллекцию глупых ситуаций", - фыркнув, обладательница красной гривы осмотрелась, отмечая наличие унитаза, раковины с зеркалом, рулона бумажных полотенец, висящего на стене, белого кристалла под потолком, разгорающегося тусклым свечением. ...Сняв синюю накидку и повесив её на неприметный крючок, Сани сперва устроилась на "белом троне", с тихим стоном расслабляя мышцы, освобождаясь от лишней жидкости. К сожалению, пусть отвлекающее давление мочевого пузыря и пропало, но вот от продолжающего мучить жара это не избавило, а словно бы даже усилило его. "Возвращаться в таком состоянии... Нужно хотя бы освежиться", - приняв решение, она поднялась с сидения и подошла к раковине, встала на задние ноги и опёрлась о край передними копытцами, чтобы посмотреть на своё отражение в зеркале. Красная грива была растрёпана, взгляд горел лихорадочным огнём, грудь вздымалась от тяжёлого дыхания. Открыв холодную воду, она наклонилась вперёд и сунула голову под струю, вздрогнув от холода, заставившего вздыбить шерсть. Только вот желанного облегчения это не принесло, как и попытка поймать воду ртом не смогла утолить жажду. Досадливо фыркнув, она оторвала одно из бумажных полотенец (толстых и грубых, но широких и прочных), тут же начав вытирать гриву, холодные струйки с которой стали скатываться по спине и бокам. Где-то на пятом отрывном куске до неё дошло, что своими действиями она вовсе не делает лучше: об этом ясно говорило отражение, выглядящее ещё более всклокоченным чем прежде. - Сани, всё в порядке? - спросил красный единорог, просовывая голову в приоткрывшуюся дверь. - По мне не видно? - спросила Стар, затем округлила глаза и резко повернула голову, от чего едва не потеряла равновесие и удержалась лишь вцепившись передними копытцами в край раковины. - Блю... как ты вошёл? - Ответ "через дверь" не принимается? - хмыкнул жеребец, протиснувшись внутрь целиком, чтобы закрыть за собой створку. - Ты не закрыла щеколду. - Хвост... - повесив голову, коротко ругнулась обладательница красной гривы, тут же вздрогнув от ощущения, что к её спине прижалась чужая грудь. - Блю... что ты делаешь? В отражении зеркала красный единорог нависал над белой единорожкой, поставив передние ноги справа и слева от её собственных копытц. В этом положении её растрёпанность и влажный блеск на шёрстке приобретали особую пикантность, вызвавшую череду образов, от коих к мордочке прилила кровь, а жар под хвостом в очередной раз усилился. - Он самый, - усмехнулся жеребец, после чего игриво прикусил кончик уха, заставив его дёрнуться и будто бы испуганно прижаться к голове. - Не могу же я оставить подругу в беде? Расслабься, Сани, я о тебе позабочусь. (18+) - Блю, не надо... - попыталась оттолкнуть единорога Стар, но ноги её подвели, от чего она снова чуть было не упала, но оказалась подхвачена под грудь правой передней ногой своего спутника. - Я... - Надо, Сани, - мягко, но непреклонно ответил жеребец, коснувшись губами области за правым ухом, тем самым вызвав волну мурашек по спине и новую пульсацию внизу живота. - Ты же не хочешь в таком виде показаться на пони? Да и принцессы меня не поймут, если я верну их подругу мокрой и растрёпанной. - Я могу... - начав концентрировать магию в роге, Стар увидела как красный единорог лизнул её, тем самым разрушив и без того слабую концентрацию, вызвав ощущение разряда, прошедшегося от головы и до хвоста, непроизвольно задравшегося вверх. С губ сорвался стон, заставивший щёки запылать, оба уха испуганно прижаться, а сердце начать отбивать дикий ритм. Какая-то её часть требовала ещё и больше, тогда как другая, оглушённая удовольствием требовала прекратить это. Тем временем спутник сотворил магический гребешок, управляясь с телекинезом так, будто бы и не пил наравне с кобылкой. Одновременно с этим он продолжал прижиматься к спине белой пони, а губами приглаживал шёрстку на шее и вокруг ушей. "Стой... Прекрати... Нельзя... Я же...", - почувствовав, что хватка правой передней ноги ослабевает, Сани вновь ухватилась передними ногами за край раковины, из-за неожиданности наклонившись вперёд и выпятив круп. Ещё одна попытка применить магию была подавлена тем же способом, что и раньше, вызвав уже несдерживаемый, пусть и короткий стон. - Ты очень шумная кобылка, - обжёг горячим дыханием левое ухо красный пони. - Обычно я только "за", но ты же не хочешь привлечь чужое внимание? - Каденс... - произнесла кобылка, чувствуя как правая передняя нога жеребца гладит её грудь и спускается к животу, каждым прикосновением вызывая новую волну удовольствия. "Нет-нет... Он же... А я...", - стараясь сдерживать тяжёлое дыхание, Стар отчаянно боролась с собственным телом, медленно проигрывая позицию за позицией. - У нас открытые отношения, - шепнул на правое ухо принц, прикусив его кончик, начав губами изображать жевательные движения, прежде чем отпустить его и спуститься на шею. Узелок, удерживающий жёлтый платок с орнаментом из листьев поддался зубам жеребца, после чего был скручен в компактный шарик. В момент, когда зубы единорога сжались на шее кобылки, вызывая у неё очередной полустон-полувскрик - мокрая из-за попавшей на неё воды тряпица оказалась всунута в рот, а до слуха донеслись слова: - Зажми посильнее, чтобы не привлекать чужого внимания. За дверью раздался жеребцовый хохот, створку пару раз дёрнули, но убедившись в том, что комнатка занята - направились в соседние уборные. От мысли, что её... их могли застать в таком положении уши встали торчком, а дыхание сбилось, но из-за сжимаемого челюстями платка она не произнесла ни слова. Взгляд широко распахнутых глаз упёрся в зеркало, с другой стороны которого на неё взирала белоснежная единорожка с красной гривой, прилизанной на один бок, с парой прядей, обрамляющих искажённую в похотливом удовольствии мордочку. "Нужно это остановить... пока...", - ощущение жеребцовых копыт, оглаживающих её бока, грудь, живот сводили с ума, а прикосновения губ и зубов к спине между лопатками и ниже вынуждали выгибаться, непроизвольно потираясь крупом о тело партнёра. Блю же спускался ниже, мучительно долго обходя своим вниманием напряжённые бёдра, возбуждённые вымячки, хвост и всё, что его окружало. Глухое мычание звучало из её рта, мышцы напрягались, передние ноги цеплялись за раковину, тело будто бы обрело собственную волю и изгибалось, желая продлить очередную ласку. Сквозь пелену похоти до обладательницы красной гривы дошла мысль, что сейчас она могла бы применить магию и Блю не успел бы этому помешать. "Нужно телепортироваться", - констатировала кобылка, зажмуриваясь и направляя магию, из-за чего дрожащая аура возникла над её рогом. - Здесь тебя тоже нужно помыть, - произнёс красный жеребец, копытами впиваясь прямо в кьютимарки, от чего по позвоночнику пробежала вспышка, разрушившая концентрацию и вызвавшая очередное сдавленное мычание. - Расставь ноги пошире. "Я не должна...", - мысль оборвалась из-за ощущения языка, поднимающегося по задней поверхности левого бедра, из-за чего по внутренним поверхностям задних ног потекли густые капли, пахнущие ванилью, клубникой и чем-то терпким. "Почему? Это ведь то, чего я хочу", - отозвался внутренний голос, в то время как спина ещё чуть-чуть выгнулась, а хвост отогнулся вправо, открывая единорогу вид на самое сокровенное. "Он... мой... племянник...", - смотря на корчащуюся в удовольствии кобылу, отражающуюся в зеркале, белая пони находилась на грани. "Правда? И насколько близко наше родство? И с каких пор Сани Стар - представительница королевских кровей?", - переступив задними ногами, она почувствовала как копыта Блю массируют её круп, а язык проходится по бёдрам снова и снова, всё ближе и ближе подбираясь к пылающей диким жаром, истекающей смазкой щели, приглашающе подмигивающей распухшими створками. "Я не...", - растянув губы, демонстрируя сжимающие жёлтую ткань зубы, она опустила голову вниз, затем запрокинула вверх, мотнула из стороны в сторону, будто бы стараясь выкинуть из неё все мысли, причиняющие почти болезненное удовольствие. "Я - Сани Стар. Провинциальная кобылка, приехавшая в столицу и подружившаяся с принцессой Каденс. Я не хочу оттолкнуть от себя принца... как это сделала Селестия. В отличие от неё - я могу дать ему то, чего он хочет", - порочные, неправильные мысли ввинтились в сознание, разрушая последние бастионы воли, заставляя жар от запретного удовольствия охватить всё тело. "Я...", - глядя в зеркало перед собой, она видела белую единорожку с красной гривой, шумно втягивающую воздух раздувающимися ноздрями, упирающуюся передними ногами в раковину, втягивающую живот и выпячивающую грудку, одновременно с тем совершая толкающие движения крупом. "Здесь нет Селестии. Селестия осталась во дворце. Там ей лучше и оставаться впредь", - убеждённо констатировал внутренний голос. "Я - Сани Стар. Ведь этого я и хотела, создавая личину? Но я же - Селестия... Но Селестия не может быть с... Блюбладом. А Сани - может. Нам придётся очень постараться, чтобы успевать везде", - приняв окончательное решение, она посмотрела на своё отражение расслабленным, удовлетворённым взглядом и улыбнулась уголками рта, после чего согнула передние ноги и припала грудью к раковине. Правильно восприняв это приглашение, Блю сжал её бёдра и поднялся на задних ногах. В зеркале отразился его напряжённый член, покачивающийся вверх-вниз под плоским животом, широкой головкой нацеливаясь под отведённый в сторону хвост. Прикоснувшись горячей плотью к приоткрытым влажным створкам, он посмотрел на белую единорожку через зеркало, на что она переступила задними ногами и сильнее выгнула спину. ...Движение вперёд было медленным, растянувшимся буквально на целую вечность, в течении которой кобылка ощущала как её распирает изнутри. Она сама не заметила, как стала тихо хныкать, а затем толкнула себя назад, заставив жеребца напрячь все мышцы, проступившие чётким рельефом. "Я - Сани Стар!", - громко замычав, словно бы стараясь заглушить звук треска собственных принципов, повторила себе белая пони. А затем принц наклонился вперёд и, поставив левое переднее копыто на раковину, правым схватил гриву у основания шеи, после чего сильно толкнул белую кобылку бёдрами, заставляя грудью навалиться на опору. Сдавленный стон наслаждения вырвался через стиснутые зубы, тогда как мордочка отражения исказилась в гримасе наконец-то наступившего блаженства. ... "Долго же она колебалась", прижавшись мордой к гриве партнёрши, шумно вдыхаю её запах, одновременно с тем наслаждаясь ощущением нестерпимого жара, обволакивающего напряжённую плоть. Внутренние мышцы Сани сжимались и расслаблялись волнообразными движениями, словно бы она хотела меня выдоить не выпуская из себя. Однако же невзирая на удовольствие (доставляемое невинной провинциалкой...), это не входило в мои планы. Неохотно, но резко двинувшись назад, оставив внутри лона лишь головку и пару сантиметров длины ствола, резким движением вонзаюсь на всю глубину, одновременно с тем дёргая кобылку за гриву. Повторив это действие ещё несколько раз, отпускаю красные волосы и обхватываю единорожку за грудь обеими передними ногами, зубами ухватывая загривок и начиная резкие мелкие толчки, сопровождающиеся влажными шлепками о белоснежный круп (лишь благодаря тому, что мои задние копыта зацепились за пол контактным телекинезом - я ещё не вдавил партнёршу в раковину). Жар, теснота, волнообразные сокращения внутренних мышц, одуряющий запах, сводящий с ума коктейль из похоти, счастья, стыда, вины, облегчения и решимости довели меня до пика за считанные минуты. Лишь благодаря тому, что мои ощущения эхом транслировались единорожке - её разрядка произошла одновременно, но при этом была гораздо более сильной. Выпустив раковину из передних копыт, поджав задние ноги, сжавшись вокруг моего ствола, кобылка буквально повисла в воздухе содрагаясь каждой мышцей, после чего на несколько секунд отключилась, выпустив из открывшегося рта жёванный платок. "Это было... невероятно", - осев на круп, прижимая к себе обмякшее (но не внутри) тело, осторожно поглаживаю шею, на которой остались следы зубов. ...Неприятно это признавать, но в какой-то момент мой самоконтроль дал трещину, из-за чего инстинкты дали о себе знать. Впрочем, ничего непоправимого не случилось: немного целительной и чистящей магии уберут все улики произошедшего. - М-м-м... Блю? - придя в себя, умудрившись значительно протрезветь, Сани осознала в каком положении находится и начала паниковать, но была заткнута поцелуем и порцией спокойного удовлетворения. - Давай приведём себя в презентабельный вид? - отстранившись от кобылки, с лёгким сожалением покидаю её лоно. - И, Сани, я сам обо всём расскажу Каденс. Завтра. Поверь, она не будет сердиться. "Если одна клювастая принцесса, разумеется, справится со своей задачей". (18-).