Кошмарные страсти

...Выйдя под открытое небо Каденс глубоко вдохнула прохладный воздух, который помог немного разогнать туман в голове и придал капельку бодрости. В столь поздний час даже в Кантерлоте на улицах было не так уж много прохожих, пусть город и не заснул окончательно, продолжая зазывать посетителей вывесками развлекательных заведений, разгоняя густые тени многочисленными фонарями. - Сегодня было здорово, - искренне произнесла розовая аликорница, преувеличенно бодро зацокав копытцами по вымощенной булыжниками дороге. - "Было" здорово вчера, а сегодня здорово всё ещё, - поучительно заявила Старскай, пристроившаяся слева от принцессы любви, тогда как Блюблад оказался справа. - Завтра уже наступило. И ты не забыла, что мне обещала? - Ммм... Я заинтригован, - заявил жеребец, растянув губы в предвкушающей улыбке. - Неужели вы решили продолжить развлекаться... без меня? - Ты уже достаточно развлёкся, - хмыкнула гиппогрифица, махнув крылом на замаскированного принца. - Тем более - завтра тебе нужно работать. Разве нет? - Это было жестоко, - изобразил (явно притворяясь, пусть и довольно неплохо) печаль в голосе жеребец. - Умеешь ты подпортить настроение. - Умею и практикую, - вздёрнула клюв сиквестрийка. - И вообще - это только для кобылок. Никаких жеребцов! - Неужели это будет знаменитая... пижамная вечеринка? - полыхнул энтузиазмом Блюблад, тут же поникнув. - Эх. А у меня даже пижамы нет... Или - есть? Нужно будет покопаться в гардеробе. - Пижамы? - удивилась принцесса Сиквестрии. - Это ещё зачем? - Одежда для сна, - произнесла Каденс, отвечая на вопрос подруги. - Обычно их надевают в непогоду, для неофициальных мероприятий вроде дружеских вечеринок, ну или... - Кэди, не считай меня совсем дремучей, - насупилась Скай, боднув крылато-рогатую пони лбом. - Блю, нам никакие пижамы сегодня уж точно не понадобятся. - Уоу... Я заинтригован, - жеребец прищурился. - Теряюсь в догадках - что же две молодые кобылки могут делать вдвоём, да ещё без пижам. - Явно не то, чего ты там себе навоображал, - прервала принца Каденс, чувствуя как у неё потеплели щёки. - То есть... вы не будете лежать под одеялом, есть вкусняшки и обсуждать жеребцов? - вскинул брови Блюблад, буквально излучая своим видом разочарование. - Жа-а-аль... - Блю... иногда я так хочу тебя... стукнуть, - мечтательным тоном протянула принцесса любви. - Давай сделаем это вместе? - предложила сиквестрийка. - Только ты и я. Это будет незабываемая ночь! - Не надо меня стукать, - запротестовал жеребец. - Стукнутый, я буду совсем не такой. И вообще - быть стукнутым мне не идёт на пользу. - Хи-хи... - тихо рассмеявшись, розовая аликорница прикрыла рот маховыми перьями. - Думаю, быть стукнутым никому не идёт на пользу. ...Обмениваясь шутками, две принцессы и принц добрались до дворцовой площади, освещённой расположенными по периметру магическими фонарями и лунным светом. Здесь они увидели несколько групп жителей и гостей города, которые гуляли в отдалении друг от друга, явно наслаждаясь романтической атмосферой (шум музыки давно стих, торговцев тоже не было видно). Скинув с себя маскировку, аликорны и гиппогриф приблизились к стоящим у ворот, ведущих в дворцовый парк стражникам, которыми оказались жеребец и кобыла в позолоченной броне. Вообще, дневная гвардия в этот час уже должна была отдыхать, а освобождённые ими посты занимали ночные гвардейцы, но некоторые места (вроде главного входа на территорию дворца) по прежнему сторожили пони с золотым солнцем на доспехах. Миновав вытянувшихся по стойке "смирно" часовых, в уютном молчании они прошлись по дорожке, упирающейся в ступеньки дворца. Справа и слева находились деревья, кусты, статуи и фонтаны, перед ними возвышалась величественная громада места, которое Каденс с гордостью считала своим домом, а с боков шагали новая подруга и несносный, но очень важный жеребец. "Помню, как впервые прибыла сюда... Сколько времени мне понадобилось, чтобы привыкнуть к этому месту? Пожалуй, окончательно я почувствовала себя здесь своей не так уж и давно", - улыбка тронула губы принцессы любви, а затем она ткнулась носом в плечо Блюблада, после чего сделала то же самое в отношении Старскай, звонко рассмеялась и взбежала по ступенькам на самый верх лестницы, чтобы пританцовывая развернуться и посмотреть вниз с гордым видом. - Я - первая! - А ещё - самая очаровательная, милая и красивая, - тоном, словно бы объявлял нечто очевидное, медленно поднимаясь вверх заявил белый аликорн, заставив свою кобылку зардеться. - Ну что же, Кэди, Скай, тут я вас оставлю. Развлекайтесь, но не заигрывайтесь. На последних словах принц прижался губами к губам вскинувшей голову принцессы любви, отстранился и, подождав ещё секунду, потёрся щекой о её щёку. Уже уходя вглубь дворца, он пожелал кобылкам доброй ночи, на что получил ответные пожелания приятных снов. - Ну что, подруга, готова продолжить веселье? - бросив мимолётный взгляд на ещё одну пару гвардейцев, стоящих перед распахнутыми дверями, спросила принцесса Сиквестрии. - Я тебе покажу кое-что занимательное. - Уговорила, - отозвалась крылато-рогатая пони, после чего они уже вдвоём направились к гостевым покоям, выделенным наследнице короны гиппогрифов. ...В самой комнате, обставленной довольно необычно как на вкус эквестрийки, они скинули накидки и обувку, после чего подхватили столик на колёсиках, заставленный фруктами, конфетами и напитками, и вместе с ним направились в купальню. Там Старскай попросила встать в стороне, разбежалась и прыгнула, чтобы в воздухе перекувырнуться через голову и полыхнуть магией, дабы войти в воду головой. - Скай! - воскликнула обеспокоившаяся Каденс, подбежала к краю небольшого бассейна и посмотрела вниз, чтобы встретиться взглядом с подругой, шёрстка коей сменилась золотистой чешуёй, а клюв превратился в мордочку, чуть более узкую и вытянутую чем у обычных пони. - Могла бы предупреди-и!.. Не дождавшаяся завершения фразы розовой аликорницы морская пони вынырнула, обхватила её передними лапами, а затем упала спиной назад, утягивая "добычу" за собой. Эквестрийка и испугаться не успела, когда над ней сомкнулась тёплая вода, после чего хватка исчезла, а рефлексы сработали быстрее разума, заставляя всплыть. - Ха... Ха... Ха... - тяжело дыша и шевеля крыльями, чтобы удерживаться на поверхности, широко распахнув глаза и прижав уши, чувствуя как сердце дико стучит в груди Каденс поспешила ухватиться за бортик и втянуть себя на сушу. - Ну, как тебе? - вынырнувшая Старскай, задние ноги коей превратились в мускулистый хвост, полубоком уселась рядом с подругой и заглянула ей в мордочку полным веселья взглядом. "Пошутить решила?", - злости за произошедшее принцесса любви не испытывала, всё же в каком-то роде это и вправду было забавно, но вот и спускать сиквестрийке с копыт ничего не собиралась. - Да... Это было... - убрав за ухо пряди гривы, прилипшие к мордочке, Каденс натянуто улыбнулась, а затем толкнула морскую пони в воду передними ногами. - ...Весело. - Буль-буль! - возмущённо воскликнула Скай, глядя на пони из-под воды, после чего вынырнула и сложила передние лапки на груди. - Ты же понимаешь, что вода - моя стихия? - Того, что ты этого не ожидала - это не отменяет, - гордо заявила розовая аликорница, после чего подняла взгляд к потолку и спросила: - А зачем тут зеркало? - Я могу только догадываться, - ответила принцесса Сиквестрии, развела ладонями и, взмахнув крыльями-плавниками, перевернулась на спину вытянув хвост в сторону подруги. - И как я тебе? - Ну... - вернув внимание к морской кобылке, эквестрийка скользнула взглядом от необычной мордочки, обрамлённой колышущейся в воде гривой по шее, груди, на чешуйках которой блестели капельки воды, животу и довольно длинному хвосту, медленно поднимающемуся и опускающемуся под водой. - Красиво. Все гиппогрифы так умеют? - Это не совсем наша способность, - вернувшись в вертикальное положение, Старскай похлопала лапкой по воде. - Не собираешься ко мне присоединиться? - Да, - отозвалась принцесса любви, осторожно соскальзывая с бортика, чтобы тут же облокотиться на него спиной и посмотреть вверх, на своё отражение. - Я помню, что рассказывали про Жемчужину. Это... - Угум, - кивнула подруга. - Именно благодаря ней и её осколкам мы можем превращаться. Было бы грустно, лишись мы возможности жить под водой. Но - пони всех спасли, так что - глупо думать о плохом! Можешь достать что-нибудь выпить? Ну и пару фруктов. Вместо ответа Каденс зажгла рог и телекинезом перенесла в ладони подруги бутылку и грушу. Сама она, после непродолжительных колебаний, тоже достала бутылку сидра, которую открыла выдернув пробку зубами. - Предлагаю выпить за дружбу! - провозгласила морепони, подплывшая к бортику, чтобы облокотиться на него боком. - За дружбу, - поддержала крылато-рогатая пони Скай, стукнувшись бутылками, чтобы сделать несколько небольших глотков. - Слушай... я не настаиваю... - Кэди, не бойся говорить прямо, - мотнув головой, от чего мокрые пряди шлёпнули по шее, принцесса Сиквестрии улыбнулась. - Если это будет что-то, о чём я не хочу говорить - за мной не задержится так и заявить. - Прости, - принцесса любви смутилась. - Просто это... В общем... Расскажи, пожалуйста, как это было? Спасение из плена, восстание и вообще... Прости. Я веду себя как... - Кэди, если ты продолжишь извиняться - я тебя укушу, - пригрозила Скай, затем отпила из своей бутылки и прикрыла глаза. - Я не буду углубляться в детали, но кое-что расскажу. Всё началось с того... Погрузившись в свои мысли сиквестрийка говорила и говорила, найдя в новой подруге благодарную слушательницу. О многом, как догадалась Каденс, она умалчивала, не желая теребить незажившие душевные раны, но и того, о чём говорила хватало, чтобы воображение рисовало красочные картины. ...История подлого предательства, страха, надежды, героического спасения, радости освобождения, азарта боя, а затем и груза последствий переворота проносилась перед глазами принцессы любви. Она и сама не заметила как сидр закончился, а затем в дело пошли другие напитки с закусками, которые вместе с ощущением мягкого тепла совсем разморили кобылку. - ...Вот так я и узнала, что отправляюсь в Эквестрию, - завершила свой рассказ Старскай, проводив взглядом шоколадную конфету, которую стала медленно жевать эквестрийка. - Что скажешь? - Я... не знаю, - вздохнула аликорница, подняв взгляд к зеркальному потолку. - На словах всё звучит очень... увлекательно, но если задуматься... Не уверена, что смогла бы перенести всё это сама. - Смогла бы, - уверенно заявила Скай, после чего ткнула коготком в щёку крылато-рогатой кобылки. - Ты - сильная пони. - Хотелось бы верить... Но - проверять не хочется, - вздохнула принцесса любви, отправляя в рот ещё одну конфету. - Ммм. - Так вкусно? - спросила морепони, на что розовая аликорница утвердительно промычала. - Дай попробовать. Каденс повернулась к подруге и уже хотела ответить, но в эту секунду сиквестрийка приблизилась вплотную и их губы встретились, а в рот пони проник ловкий и настойчивый язык. В то же время левая лапка Старскай обвила шею крылато-рогатой кобылки, тогда как правая - легла на бедро, прямо на кьютимарку. Первым было недоумение, затем - удивление, потом - порыв отстраниться... который не задержался в голове надолго. Принцесса любви положила свои копытца на плечи подруги, чувствуя как острые коготки царапают бедро, вновь разжигая утихшее было возбуждение. ... - Вкусно, - отстранившись от приоткрытых губ Кэди, принцесса Сиквестрии смотрела в затуманенные глаза подруги, слушая их тяжёлое дыхание. - С-Скай, ты...? - попыталась то ли задать вопрос, то ли попросить о чём-то аликорница. - У меня перед тобой должок, - произнесла морепони, вновь касаясь чуть припухших губ, чтобы скользнуть языком по зубам принцессы любви, почти сразу встретив её язык, попытавшийся втянуть сиквестрийку в борьбу. - Позволь мне всё сделать... Хорошо? Ладонь островной принцессы ещё раз прошлась по бедру подруги, а затем она сама стала соскальзывать вниз, покрывая поцелуями шею, грудь, живот откинувшейся назад эквестрийки. Дыхание аликорницы было медленным, глубоким, её стройное тело казалось горячим, распаляя страсть партнёрши. ...Благодаря судьбу за то, что могла спокойно находиться под водой, чувствуя копытца Кэди у себя на голове, скользя кистями по стройному, но упругому телу, принцесса Сиквестрии добралась до подтянутого живота и скорее почувствовала, нежели услышала вздох. Желая доставить партнёрше максимум удовольствия она высунула язык, изучая им каждый сантиметр кожи, покрытой пушистой шёрсткой, особое внимание уделив двум чувствительным бугоркам. ...Почувствовав, что копытца принцессы любви соскользнули с её головы, Скай неохотно оторвалась от своего увлекательного занятия и вынырнула, со всей возможной соблазнительностью облизав губы. - Хр-р-р-р... - огласила ванную комнату совсем немелодичным звуком крылато-рогатое воплощение изящества, грации, нежности и красоты. - Хр-р-р-р. Запрокинув голову и приоткрыв рот, Каденс наглейшим образом храпела, рискуя соскользнуть с края бортика бассейна в воду. Морепони же, разом лишившаяся всяческой соблазнительности, взмахивая крыльями-плавниками и хвостом лишь и могла, что тяжело выдохнуть и опустить морду на пушистую розовую грудку. - Каденс-Каденс... - проворчала вслух сиквестрийка. - Ну ты и обломщица. "Нужно вытащить её из воды и отнести в спальню. Хоть бы Блюблад ничего не узнал", - стоило сформироваться последней мысли - откуда-то из вне пришло ощущение веселья, заставившего и без того подпорченное настроение упасть ещё ниже. - Кто бы сомневался, - отстранившись от спящей пони, принцесса Сиквестрии произнесла не понижая голоса: - Ладно. Но в постель я тебя всё равно затащу, подруга. Вопреки потаённой надежде - Каденс не проснулась, а лишь причмокнула губами и повернула голову на бок, продолжив тихо похрапывать. *** ...Солнечный диск поднялся на небосвод, залив мир золотым сиянием, разогнавшим тени и разбудившим животных. Стоя на балконе своих покоев во дворце, Селестия погасила рог и глубоко вдохнула, складывая белоснежные крылья на боках. "Если бы столь же просто было избавиться от сомнений и тревог - жизнь, определённо, была бы намного приятнее", - мысленно проворчала принцесса дня, после чего решительно отступила от парапета, развернулась и скрылась в глубине своих апартаментов, при помощи телекинеза прикрыв стеклянные двери. В спальне всё было как и всегда: идеально застеленная постель, письменный стол, пара стеллажей и поникен для королевских регалий. Мягкий ковёр тщательно выметен, в воздухе пахнет мятой и подсолнухами, что должно было бодрить и поднимать настроение. ...Подойдя к высокому зеркалу в резной рамке, крылато-рогатая пони посмотрела на своё отражение, но вместо величественной принцессы дня увидела красногривую единорожку. Зажмурившись, она мотнула головой и вновь посмотрела в отражающую поверхность, но на этот раз всё было абсолютно нормально. "Нормально... Разве это нормально?", - воспоминания о минувшем вечере были по-настоящему радостными, так как пусть и под маскировкой, но позволяли просто наслаждаться дружеским общением, прогулкой по городу, флиртом. ...Большая часть ночи тоже прошла более чем хорошо, а потом случилось то, из-за чего сердце до сих пор заходилось в бешеном ритме. Сейчас Селестия сама не могла сказать, как так получилось, что она оказалась... под Блюбладом, да ещё в туалете какого-то ресторана среднего копыта. "Не Селестия. Сани", - тут же поправила аликорница сама себя, внимательно изучая взгляд собственного отражения. ...С одной стороны - это было недопустимо, омарально, дико... ...С другой стороны - между ней и Блюбладом было достаточно поколений, чтобы родство не считалось сколь-нибудь близким. "Должна ли я всё это прекратить? Совесть говорит, что "должна". Но...", - кончиком языка облизнув губы, белая пони прикрыла глаза, вновь оживляя в своей памяти ощущения, каковых не испытывала многие годы. Нежность и страсть, забота и властность, желание и решимость. Всё это было в том единственном жеребце, о котором она должна была заботиться, но которого подвела... "Если уж кто-то не терзается сомнениями, то - Блюблад", - промелькнула в голове мысль, вызвавшая одновременно и укол горечи, и вспышку гордости, и растекающуюся по груди нежность. ...У неё было всего два дня, чтобы принять окончательное решение: разорвать всяческие отношения, тем самым в очередной раз оттолкнув Блюблада, но уже в иной личине, а заодно и создав повод для их ссоры с Каденс, либо же наплевать на всё и продолжить играть роль Сани Стар. Второй вариант, кроме моральной точки зрения, затрагивал ещё и необходимость вести двойную жизнь, скрывая от самых близких для себя пони, что она не только тётушка, обучающая управлять королевством, поднимающая солнце и луну, но ещё и подруга, помощница, любовница... "И я совершенно не сомневаюсь, что Блюблад уговорит Каденс на расширенные отношения с её подругой. И даже не сказать, что он использует свой талант переговорщика не там, где это нужно: с обязанностями дипломата... племянник справляется не хуже", - дёрнув уголком рта в намёке на улыбку, принцесса дня отвернулась от зеркала и зашагала к выходу, собираясь явиться на завтрак первой, в глубине души надеясь на то, что принцессы и принц его пропустят из-за позднего возвращения. ...В конце концов, у них же не было собственного солнца, чтобы его силой смыть с себя все последствия вышедшей из-под контроля гулянки. "И всё же... что мне делать?", - сама у себя спросила аликорница, привычно улыбаясь и приветствуя служанок, стражников, помощницу, начавшую щебетать о запланированных на день делах. Благодаря тому, что за минувшие столетия она выработала полезнейший навык, помогающий не только не отвлекаться от размышлений и качественно выполнять работу, но ещё и контролировать свои эмоции в достаточной степени, чтобы демонстрировать окружающим лишь необходимый образ, даже сейчас у принцессы дня не возникло сложностей с ежедневными ритуалами. В крайнем случае - тревожащие размышления можно было временно задвинуть на задний план, но пока что этого не требовалось и большая белая пони просто думала, стараясь смотреть на проблему как сторонний наблюдатель. "А разве я уже не приняла решение?", - спросил внутренний голос, повлёкший за собой новую череду образов и ощущений. "Я не смогу постоянно скрывать то, что веду двойную жизнь", - заметила рациональная сторона разума. "Тогда сделай то, что делала и раньше: отдались в образе Селестии настолько, чтобы это не вызывало вопросов. Тогда, в образе Сани получишь свободу...", - заявила эмоциональная часть сознания. "А если эти отношения станут по-настоящему серьёзными?", - спросил голос рациональности. "Тогда - раскроешься. Тем более, что Блюблад - аликорн. А значит - не оставит тебя одну через каких-то пятьдесят-сто лет", - отозвалась чувственная половина сознания. ...Устроившись за столом в бирюзовой столовой, Селестия сложила передние копытца на краю стола и посмотрела в окно, за которым солнце освещало дворцовый парк, полнящийся жизнью. "Придётся создать полноценную маску Сани Стар, отделяя её от Селестии, чтобы события, происходящие в обеих личинах не отражались на второй жизни", - прикрыв глаза, крылато-рогатая пони сделала окончательный выбор, решив в этот раз не отталкивать от себя тех, кого любит... даже если для этого нужно жить фальшивой жизнью.