Через одну станцию

— Ты самоубийца, или очень в себе уверен? Джефф вздёргивает бровь, с удивлением рассматривая девушку, застывшую на пороге и глядящую на него в ответ с нескрываемым пренебрежением и долькой ехидства. — Собираешься меня убить? — Нет, — хмыкает Креми, — оставлю эту честь для Кода. Он закатывает глаза, но губ всё же касается лёгкая ухмылка. — Можно мне войти? — терпеливо уточняет Джефф. — Ты точно самоубийца! — сестра Баркода припадает плечом к косяку, разглядывая гостя с ног до головы. — Сначала подпиши отказ от претензий, чтобы потом не говорил, будто я не предупреждала. — Ну хватит, — вздыхает он. — Впусти, я хочу поговорить с ним. Креми нехотя отходит в сторону, освобождая проход. Захлопнув за гостем дверь, сразу уходит куда-то. За попкорном, вероятно. Сейчас же будет настоящее шоу, в котором Сатуру по очереди будут ломать конечности. Она такое не пропустит. Джефф идёт на печальный звук пианино, доносящийся из-за двери комнаты. Не стучит, просто осторожно заглядывает внутрь. Он сидит к нему спиной, перебирая клавиши в незамысловатой мелодии, прекрасно описывающей внутреннее состояние её исполнителя. Выглядит поникшим. Джефф, даже не видя его лица, чувствует обиду. Воздух здесь ей буквально пропитан. — Эй… — зовёт тихо. — Мы с тобой вчера так и не поговорили. Музыка резко начинает звучать жёстче, агрессивнее. Пальцы больше не касаются нежно клавиш, они по ним грозно ударяют. Ни слова не сказал, а Джефф чувствует, что его только что смачно облили нецензурными оскорблениями. — Код, пожалуйста… — жалобно. Пианино продолжает ругаться. — Хватит меня игнорировать! Вдруг мелодия обрывается, будто на полуслове. Баркод оборачивается, одним взглядом сражая насмерть. — А ты разве не так же поступил? — его голос дрожит от злости. — Не проигнорировал меня, когда принимал это решение? Становится не по себе. Это первый раз, когда Код поднимает на него голос. Это первая их ссора. Первый раз, когда он смотрит на него не с безграничной любовью и уважением. Слёзы закончилось ещё вчера на сцене. Сегодня настало время обиды, которую пока непонятно, как утолять. — Я всегда в первую очередь думаю о тебе, — Джефф стыдливо отводит взгляд в пол. — Нет, Пи'Джефф, в этот раз ты думал только о себе! — отрицает Баркод и снова отворачивается. Прячет вновь подступающие слёзы. Джефф нерешительно подходит ближе и подсаживается рядом на кушетку, притягивая Баркода к себе за плечи. Его всё ещё не уложили лицом в пол, не выкинули из окна и не сломали переносицу, и он расценивает это как разрешение. Сатур осторожно прижимается губами к его виску, ощущая мелкую дрожь по телу в своих объятиях. — Позволь мне следовать за своей мечтой, — едва слышно шепчет Джефф. — Я хочу расти. Хочу большего. — Неужели ты не мог следовать за мечтой вместе со мной? — надломлено спрашивает Код, всхлипнув. — Я ушёл из компании, а не от тебя, — поясняет. — Мы же скоро летим в Корею, целый месяц там будем вдвоём… — Месяц! — неожиданно громко вскрикивает Баркод, вырываясь из объятий. — А что потом? Уйдёшь в новую компанию, где ты сможешь идти за своей мечтой, тебе найдут нового партнёра, и ты забудешь меня? Ты постоянно работаешь, мы и так редко видимся, а теперь вовсе перестанем! Хочется треснуть ему по лбу за одно такое предположение, но ещё и физически делать ему больно Сатур не собирается. Вчерашний плач всё ещё стоит в ушах, болезненно сжимая сердце. Хочется заплакать самому от понимания, как сильно Баркод боится его потерять. — Код, — Джефф ловит его за запястья, пытаясь звучать убедительно, — я никуда от тебя не денусь. Никогда. Моя мечта потеряет смысл без тебя. Никаких новых партнёров. Я не буду снимать ни с кем, кроме тебя. Прекрати выдумывать. Злость, разгоревшаяся внезапно во взгляде, постепенно перетекает в отчаяние. Баркод утягивает его в объятия, сжимая так крепко, словно тот может исчезнуть. Джефф с той же силой обнимает в ответ. — Я боюсь отдалиться, — Код снова плачет. — Ты слишком важен для меня. Я же не переживу… — Ч-ш-ш, — на лбу остаётся трепетный поцелуй. Джефф зарывается одной рукой в густые волосы, а второй гладит спину. — Я здесь, с тобой, никуда не исчезаю. Всё хорошо. — Это сейчас… А через год? — И через год я тоже буду с тобой. И через два. И через десять. Не думай, что от меня можно так просто избавиться. Джефф — та ещё зараза. Нужно постараться, чтобы заставить его к кому-то прицепиться, но если это произошло, то за лекарством придётся слетать на сам Сатурн. А больше способов его извести и не существует. — Поклянись, — требует Баркод. — Поклянись, что всё останется, как прежде. — У нас не будет, как прежде, — Джефф целует в щёку, чувствуя, как Код напрягается. — У нас всё будет ещё лучше, понял? Мы с тобой в сотне проектов ещё снимемся. Я тебе столько альбомов запишу, что ты из моей студии вообще вылезать не будешь. — Ты мне там диван уже приготовил? — любопытствует Код, наконец, повеселев. — Я тебе отдельную комнату выделю, если захочешь, — обещает Джефф, утирая с его щёки последнюю слезу. Баркод улыбается. Улыбается ярко и счастливо. От сердца начинает отлегать, постепенно вытекает вся скверна, рвавшая изнутри со вчерашнего дня. Джеффу искренне жаль, что он сделал своему мальчику так больно. Уже поплатился. Прямо на сцене получил ответный удар, когда увидел его слёзы и ощутил на себе объятия, пронзающие насквозь. Он ощутил на себе боль, которую причинил Коду, и сейчас извиняется за это, мягко целуя пухлые губы. В одно мгновение Джефф подхватывает Кода под бёдра и кидает на кровать, под звонкий смех покрывая раскрасневшееся лицо поцелуями. Баркод старательно пытается подставить губы под его поцелуй, а когда удаётся, то Джефф целует так горячо, что окончательно гасит все страхи, какие до этого момента ещё подавали признаки жизни. — Ну ты выдумал, — бормочет Сатур в сантиметре от губ. — Отдалюсь, забуду, партнёра нового найду… Как будто я позволю нам когда-нибудь расстаться. Код резко хватает его за плечи и кидает на спину, залезая сверху. На лице расцветает игривая ухмылка, а Джефф удивлённо хлопает глазами, постоянно забывая, что его малыш уже не такой уж малыш. — Скажи, что любишь меня, — Баркод наклоняется и проводит языком по его губам. — Я люблю тебя, — Джефф без раздумий выполняет приказ, который не в силах ослушаться. — Неубедительно, — шею щекочет жаркое дыхание. Сатур хватает его ладонями за щёки, заставляя посмотреть в глаза. — Я люблю тебя, Тиннасит. И никогда не смогу оставить. Без тебя не только мечта потеряет смысл, а вообще всё в моей жизни утратит значимость. На этот раз довольный ответом, Код нежно улыбается и сползает чуть ниже, укладывая голову ему на грудь. Джеффа захлёстывает непонятная тоска. — Прошу, больше никогда не плачь из-за меня. — Ты слишком мне дорог, чтобы не плакать, — Код прикрывает глаза, позволяя себя гладить. — Тогда я постараюсь больше тебя не расстраивать, — обещает Сатур в первую очередь себе, потому что ещё одну такую истерику он вынести не сможет. Умрёт. Голову кружит запах его волос. Родной, упоительный. Джефф прижимается носом к макушке Кода, совсем теряя над собой контроль от близости. Руки скользят на поясницу, оттуда ниже на ноги, оглаживают бёдра и сжимаются на заднице. Код под градусом нарастающей страсти лезет целоваться, но из-за двери доносится разочарованный девичий голос, останавливая: — Ну нет! Ты что, даже ни одного зуба ему не выбьешь? — Креми заглядывает в комнату через приоткрытую дверь. — А ну, выйди! — Баркод подрывается с постели, захлопывая перед сестрой дверь и закрывая на замок. — Продолжаем, — он возвращается на кровать. Губы снова сминают в страстном поцелуе, безмолвно обещая любить и быть рядом до конца своих дней. И даже если Сатурн отплыл на одну станцию от всех облаков, одно облачко всегда будет к нему ближе остальных.