Пепел страницы (не)жизни

Лорд Валмир лежал вытянувшись во весь рост в своих роскошных покоях. Во всем замке не найти такой роскоши. Голову переполняли голоса его мутневшего рассудка, не давая покоя долгие годы. «Ты должен доказать всем, что значит настоящий лорд, так докажи им! Докажи, докажи, докажи…» Голос в голове становился громче и громче, пока не заполнил все пространство внутреннего мира. Оставалось лишь на протяжении долгого времени лежать и смотреть в мраморный потолок, отправляя тщетные попытки на сдержание своих мыслей. Они оказались сильнее, гнев заставил его почти подлететь с кровати к канделябру его жены… Которой уже нет. С громчайшим звоном вещь полетела в стену, свечи, стоявшие в них, выпали и разлетелись по всему полу. В порыве гнева, Валмир не мог успокоится, лишь не разрушив какую-нибудь вещь. Или жизнь. Альтаир и Кири находились далеко от покоев взбешенного лорда, в комнате Альтаира. Она была очень скромная, односпальная кровать в углу каменной стены, свечи горевшие в основном для отопления в холодные вечера. Над кроватью висели картины, нарисованные рукой Кири. Их подчеркивала мрачность содержания, все в ее стиле. Всегда был шанс, что ненароком тяжелый холст падал на спящего, но перевесить не было смысла и времени. На стене напротив располагалась полка, забитая разного рода книгами, в основном авторов их времени. Альтаир любил проводить какую-нибудь ночь за чтением на природе, в полной безопасности и тишине. В самой комнате пахло пылью от многочисленных книг, но за тысячи лет проживания можно привыкнуть, и этот запах стал уже чем-то родным и близким. Кири стояла напротив письменного стола тщательно изучая раскиданные по нему бумаги. Альтаир не очень-то любил уборку, а она же была за чистоту и порядок. Мужчина сидел, сложив ногу на ногу и ждал продолжения разговора. - что-то ты слишком долго думаешь, а то смотри, мозги зажарятся. - заткнись, а то у тебя сейчас зажарятся, - Кири посмотрела пугающим взглядом на собеседника, который уже привык к такому ее поведению. С его настроем можно было этого ожидать. - я сейчас умру от страха просто, ай, Кири, пожалей меня! – расхохотался Альтаир, который в свою очередь ощущал нарастающее напряжение в комнате. В свою очередь Кири решила успокоиться и игнорировать его слова. - мой отец убил бы тебя, если бы он не видел в тебе то, что ему нужно. Иногда кажется, что он использует нас в своих целях как собачек. Меня это раздражает. - и что ты предлагаешь сделать? Ослушаться его и умереть в подземельях или на месте? С одной стороны, умереть быстро лучше, чем бесконечно гнить в катакомбах. - ты меня еще не понял до конца, - Кири выдохнула, - он неисправимое чудовище, и как ты попытался понять, то он ради своего «могущества» убьет даже собственную дочь. Именно он обрек мою мать на гибель, он, ОН! Девушка не выдержала порыва эмоций, ощущение того, что ее отец может убить еще одного дорого ей человека сжимала до боли все внутренности. Она отвернулась, пытаясь скрыть нарастающие капли слез. Альтаир повернулся к стене, стараясь не создавать неловкую ситуацию. Он знал, что Кири никогда не плакала при ком то, поэтому он молчал, потупив взгляд в стену. Он ее понимал. Столько моральной нагрузки в жизни прятались за ее спокойным для всех характером. Она позволила прорвать плотину накопленного только при друге. Лучшем друге.