Леви

Лежит под розовым одеялом Тело, избитое вечностью. Где-то там по карманам Темная рваненькая душа. За которой сотни провалов И бесконечная впереди война. Нет, не так. Давайте сначала. Впереди ещё тысячи лет. Позади, конечно, убитые за ночь Бокалы вина один за одним. Будь то прошлое Пушкинской стати, Будь то пьяной брехни в Телеграм. Когда прислали ему телеграмму, Что он все навеки просрал. Проспал светлые будни И плакал навзрыд у причала, Но так и не испил эту жизнь. Завтра весна, завтра снова сначала. Уже завтра февраль догорит. Ой, простите, это же послезавтра. А сегодня ебаный белый плеврит. Если бы она знала, точно б сбежала В Англию или на Кипр. Только подальше от розового одеяла. Звучит по-пидорски. Но здесь король поэзии — Ваш всратый Леви. Пьет пиво, курит Мальборо с кнопкой. Яблочной, чтоб разъебать этот тир. Тир под названием «Я сильно любила, Но пули в сердце теперь для других.» Сидит, Леви, смеётся над вами. Снова сначала перечитывает Этот странный и саркастический стих. Много С, но недостаточно в слове «сука». Сука та ещё эта Леви. Бухая засыпает без муки, Но счастливая под розовым одеялом Где-то между восьми… Шлёт нахуй кого-то снова… И около девяти спит.