теория большого взрыва

—а знаешь, я ведь правда видел, как в твоих глазах взрываются вселенные — едва слышно шепчет минхо, чмокая спящего друга в щеку. на глазах наворачиваются слезы, минхо думает о том что не достоин быть рядом с ним, быть его другом, видеть его улыбку, жить с ним на одной планете, ведь джисон внеземной. всегда любящий, всегда смеющийся, мягкий и очаровательный. ли растирает первые соленые капли по щекам и те сразу алеют из-за трения. старший думает о том что это неправильно. неправильно любить друга. старый матрас скрипит, когда хо пытается незаметно соскользнуть с постели и уйти закрыв входную дверь этой квартиры с другой стороны перед этим предупредив госпожу хан, что младший уже спит и то что спать с ним в одной кровати безумство. мама ведь не знает, что я все еще здесь. ноги приземляются на милые тапочки с мордочкой кота и хо улыбается, ведь хан всегда говорил, что старший похож на котенка. минхо думает, что джи — этот шестнадцатилетний сорванец еще слишком мал для любви такого взрослого, но еще неопытного его. ли восемнадцать, он не хочет терять хана, не хочет жить без него, такого до безумства тактильного и вечно смеющегося с анекдотов на обратной стороне календарного листа. матрас последний раз проминается и издает противный, кажется последний вздох, когда минхо встает. не проходит и доли секунды, а за рукав кофты уже цепляется маленькая, почти кукольная ладошка. джисон не спал. паника накрывает стоящего с головой он все слышал, да? все чувствовал? а все ли он видел? минхо считает это унизительным. рукав тянется вниз следом за ладошкой, лино оседает на кровать почти моментально понимая намек и если честно, он хочет провалиться сквозь землю, как же все-таки стыдно. — хен. — шепчет парнишка, будто боясь что его услышит кто-то еще кроме него самого и человека напротив, а последний боится повернуться, вытирает вспотевшие ладошки о джинсы и жмурит глаза, до сих пор наивно надеясь на то, что это все сон и на самом деле он не натворил глупостей. — хеен, ну повернись же. — звучит мягко, почти умоляюще. хан всегда был таким, никогда не грубил. почти. ссоры с ли не считаются, ведь абсолютно все шуточные. следующий скрип отдается в ушах старшего эхом, матрас позади него проминается больше, чужие, надвигающиеся руки можно заметить боковым зрением. джисон всегда обнимает внезапно, всегда глубоко дышит и дует на ушные раковины, заставляя смешно морщиться и умолять никогда так больше не делать. его запястья оказываются где-то в районе солнечного сплетения, острые локти лежат на плечах, трясущегося старшего, а растрепанная макушка так же удобно устроилась на одном из них. этот ребенок снова дует в ухо, а после мягко улыбается чуточку хихикает над тем, как минхо сморщился и наконец-то повернул голову в его сторону. а минхо замер, видя кажется почти все созвездия в этих круглых, почти беличьих глазах, моргает быстро-быстро и снова смотрит, долго почти не отрывая взгляда от искрящихся глаз напротив. хо всегда нравилась астрология, возможно он даже хотел стать космонавтом, а может просто хотел стать причиной взрыва вселенной в чужих глазах. может быть. — хен. а расскажи для чего в моих глазах взрываются вселенные. — детское любопытство присущее джисону вырвалось именно в таком вопросе, а сердце лино вырвалось из грудной клетки и кажется он умирает раз дело дошло до этого разговора. — не для чего, джисон, а для кого. у тебя живые глаза, в них видно всё, даже звезды и я увидел в них то как взрываются вселенные. знаешь про теорию большого взрыва? — младший утвердительно кивает и сводит брови к переносице. — когда взрывается вселенная, появляется другая. в твоих глазах кажется появилась такая для кого-то очень важного. — хо поджимает губы и поднимает голову в потолку, хлопает ресницами в надежде смахнуть влагу скопившуюся в уголках. а джисон целует, почти невесомо куда-то под челюстью, а после смеется, видя как старший вздрагивает и непонимающе глядит на него. — хен, ты кто-то очень важный. — и снова улыбается, шире чем когда-либо до этого. минхо все еще не веряще разворачивается на сто восемьдесят, обнимает и плачет, сжимая пижамную рубашку хана и прячась где-то в изгибе его шеи. «жертва» медленно гладит спину, шепча что-то о том что все хорошо.

джисон понял все еще давно. уже тогда, когда увидел у минхо глазах собственную вселенную созданную для него, такого «кого-то очень важного.»