Твои тëплые руки

Было холодное зимнее утро. Тëмные улицы почти пусты, лишь изредка на них виднеются люди. Укутавшись в шарфы и получше застегнув куртку, они идут по своим делам. Холодно. В этот день многие решили отсидеться дома. Возможно, сегодня была самая холодная температура за весь год.. Нет, за последние несколько лет. Темноволосый юноша лет семнадцати мирно дремал в мягкой постели, по уши укутавшись одеяло. В комнате было слегка прохладно, даже обжигающе горячие батареи уже не могли как следует прогреть двухэтажный дом на окраине города. Судя по всему, юноша видел во сне что-то довольно таки приятное, на его лице красовалась лëгкая улыбка. Но вскоре до него донëсся едва уловимый женский голос: —А-Чен.. Сон в мгновение переменился, брови юноши слегка нахмурились и он перевернулся на другую сторону, чуть не ударившись лбом о стену. К слову, его кровать находилась у стены как раз из-за любви Цзян Чена переворачиваться на другой бок во сне. Когда то он отодвинул кровать, но в ту же ночь свалился на пол и придвинул мебель обратно. —А-Чен! — голос, доносившийся непонятно откуда становился всë громче и громче, так что его уже сложно было игнорировать. Юноша постарался закрыться одеялом, но в тот же миг ударился лбом о стену, что заставило его окончательно проснуться. —А-Чен, твой будильник звенит уже минут десять, неужели ты его не слышишь?! — с кухонным полотенцем в руке в комнату зашла мать Цзян Чена. —Да встал я уже.. — сонный.. Он выключает будильник и уворачивается от летящего в него полотенца. —Давай быстрее, нам нужно ехать, ты ведь знаешь, мы не можем опоздать, эта встреча очень важна для нашей компании, — Мадам Юй спешно вышла из комнаты, на ней уже красовался лиловый костюм с серебряной брошью в виде цветка лотоса. Волосы осторожно собраны в шишечку и закреплены крабиком. Каждое еë украшение являлось тончайшей работой исскуснейшего мастера. Одну лишь сëрëжку можно было рассматривать часами и находить в ней новые узоры. В прочем, сама Мадам Юй, на первый взгляд, не слишком ценила свои украшения. Этих безделушек у неë было бесконечное множество, и коллекция пополнялась с каждым праздником. Цзян Фенмянь всячески старался угодить своей жене, дарил дорогие подарки, украшения, но в ответ получал лишь упрëки. Мадам Юй нравилось, что ей что-то дарят, но она вовсе не хотела этого показывать. Она всегда принимала многочисленные подарки с презрением во взгляде и говорила, что подобная ерунда еë не интересует. Вот только, потом она садилась за свой стол и, удостоверившись, что рядом никого нет, с небывалым увлечением рассматривала подарок. Да, ей действительно нравилось это. И Цзян Фенмянь прекрасно знал, что ей нравились все те подарки. Каждая безделушка бережно хранилась в шкатулочке, которую также подарил сам Фенмянь. Цзян Чен прошëл из комнаты в ванную, босыми ногами ступая на холодный пол. Тëмная древесина паркета, казалось, отдавала ещё большим холодом, который юноша успешно игнорировал вместе с ворчанием матери. Тëплая вода полилась из крана, согревая руки Цзян Чена. Он долго держал ладони под тëплой струëй, после чего умыл лицо и неохотно почистил зубы. Воду стоило бы экономить, но юноше было как-то всë равно сейчас, не его ведь деньги утекают.. Или же его? В прочем, наследство его тоже не сильно волновало. —Почему ты опять босиком? Садись и ешь быстрее, мы опаздываем, — Мадам Юй спешно накладывала еду. На завтрак был омлет. Не сказать, что вкусный, ни соли ни перца.. Но сонным мужчинкам, которых непонятно зачем подняли в пять утра, жаловаться было не на что, им хотелось лишь спать. —Доброе утро, па, — Цзян Чен уселся за стол, придвигая к себе тарелку. —А? Да, доброго, — Фенмянь сонно потëр глаза, начиная есть яишницу. —Даю вам не больше пяти минут на еду, иначе поедете голодными, — Мадам Юй посмотрела на время. —Я был бы рад не ехать вообще.. — юноша недовольно жевал завтрак, запивая всë горьким кофе, в котором не было ни ложечки сахара. —Что прости? Тоесть ты хочешь сказать, что тебе наплевать на нашу компанию? Ты должен учиться вести дела уже сейчас! Что о тебе потом люди скажут? Что наследник компании "Юньмэн Цзян" ничего не умеет? Позор! — Мадам Юй ударила ладонью о столешницу. —Я не хочу быть владельцем компании, мне не нравится это дело, я ведь уже говорил, — Цзян Чен убрал за собой посуду в раковину. —Что значит не хочешь? Как будто тебя здесь кто-то спрашивает! Или ты хочешь скинуть всë на плечи сестры? — женщина нахмурилась. —Да, можете отдать ей и вторую половину филлиала, мне не нужно, спасибо, — юноша пошëл обратно в свою комнату, зевая и потягиваясь. —А-Чен, стой. Нет ты слышал его? Что значит не хочу? Это всë твоë воспитание, ты был слишком мягок с ним и посмотри во что теперь твой сын вырос! — Мадам Юй бросила кухонное полотенце (да, их несколько) в мужа. — Вставай и иди одеваться, нам нужно ехать, я буду ждать тебя в машине, а этот пусть остаëтся здесь и думает над своими словами! Так и не доев завтрак, Фенмянь надел заоанее приготовленный костюм и немного причесавшись, вышел из дома, застëгивая куртку по пути.. С того дня Цзян Чен своих родителей живыми уже не видел. Мадам Юй и Цзян Фенмянь разбились на машине, съехав со скользкого шоссе на высокой скорости.. Сначала юноша злился, всячески оправдывался и говорил, что эти люди были вовсе не нужны ему. Но после пришло осознание, Цзян Чен наконец понял насколько дороги были ему эти люди и был бы готов отдать всë, лишь бы только вернуть их. Зачастую он винил себя в их смерти. И винил себя в том, что они расстались после очередной ссоры без шанса помириться..