My Demons

      — Да мать твою за ногу, Боша, заткнись и выслушай! Никому хуже не станет, если ты просто хотя бы рассмотришь идею! Глянь, в каком положении сейчас вся школа! — яростно вскидывает руки Мэтт, пытаясь донести до самопровозглашенной президентки «Нового Хексайда» очередной план, придуманный им и Джербо.       Общее настроение в школе влияет и на них тоже, что вызывает желание исправить ситуацию. Правда, любую попытку что-то предпринять Боша и Мики блестяще игнорировали, воспринимая это будто бы как личное оскорбление. Некоторые неравнодушные всё ещё надеются на то, что со временем их стальное «Вон отсюда! Следующий!» получится пробить, и их действительно выслушают.       — Я знаю, что я делаю, Мэтт! — девушка ловко прокрутила свой мяч на указательном пальце, что в сочетании с величественной позой ярко демонстрировало то, что она здесь главная. — У нас всё под контролем, все наши силы и так уходят на поддержку вашей безопасности. Не выделывайся.       — Да, мы действительно в относительной безопасности, но для выживания нужно и что-то кроме этого! — он эмоционально всплеснул руками. — Напомню, проблема с едой всё еще существует! Дай нам сделать хоть что-нибудь, что тебе так мешает-то?       — Не так-то просто воплотить в жизнь любые ваши бредовые идеи! Любое неаккуратное решение может привести к краху. Знаешь, что может произойти? Погоня, нападение, похищение, поджог! Что угодно! — Боша тоже срывается на крик, переходя в ответное нападение. — А знаешь, какие могут быть последствия, кретин? Мы по «собственной» тупости можем похерить то, что имеем сейчас! Безопасность. Припасы. Надежду. — она с яростным взглядом чеканила каждое слово. — Закрыли тему. Пошёл. Вон.       Эту просто возмутительную тираду Мэтт проглатывать не собирался, его буквально только что облили грязью. Мэтт злился, но понимал. Боша внезапно стала бояться рисковать, а власть ослепила её настолько, что она решила подчинить своему чувству собственной важности всю школу. Мэтт считал себя правым, не желая отсиживаться в гуще событий. Возможно, нет смысла лукавить — он наивно полагал, что готов к безрассудному геройству, лишь бы проявить себя. Возможно, стоило сказать об этом. Частично. Стоило ему открыть рот, как тут же всё закончилось — Мики заткнула Толомью угрозами о «Яме Наказаний». Боша демонстративно отвернулась, задрав нос, а вновь проигравший капитан, ссутулившись, раздражённо ушёл по направлению в свою тайную комнату.       По пути всё ещё можно наблюдать детей и подростков, которые еле-еле сводят концы с концами. Кажется, все уже потеряли надежду хоть на что-то хорошее, но из последних сил ещё пытаются сохранить рассудок. Практически все кого-то потеряли и не знают, где их близкие. Как они с таким настроем и физическим состоянием будут пытаться противостоять настоящей угрозе? Угрозе, которая может поджидать абсолютно где угодно, стоит только выйти за пределы Хексайда? Президентской тусовке нет дела до этого. Бесит.       Со злости Мэтт пнул находящийся рядом шкафчик, но спустя пару секунд очень сильно пожалел об этом, потому что нога у него не железная, как оказалось. Да и живой шкаф был не в восторге от того, что какой-то мимо проходящий срывается на него без причины. В итоге парень кое-как дополз до своего логова, тут же сев на кресло и откинувшись на его спинку.       Просидев так несколько минут, переводя дыхание, он нашёл на заваленном столе несколько своих незаконченных рисунков и принялся дорабатывать, предпочитая некоторое время не беспокоиться о наработках по благоустройству школы, лежащих там же. Просто не сейчас. Спустя две законченные зарисовки в дверь постучали. Мэтт готов был поклясться, что закрыл дверь стеной, но, судя по всему, забыл из-за того, что само желание дойти и присесть занимало все мысли. Это может обернуться катастрофой, если это не кто-то из его корешей. Капитан настороженно подошёл ко входу, спрашивая пароль. Которого, кстати, нет.       — Эм-м, в последний раз никакого пароля не было… — парень неловко почесал затылок, перерывая уголки памяти в поисках пароля. — Это Гас, можешь впустить меня, пожалуйста?       — Пароль верный, заходи.       Мэтт открыл дверь, встречаясь взглядом со своим лучшим другом, что мгновенно вызывает улыбку. Он отходит чуть в сторону, давая Августу пройти, после чего закрывает проход сначала стеной, потом самой дверцей. Заприметив, что иллюзионист бегает глазами по комнате, выискивая, куда можно пристроиться, капитан берёт свободный стул и ставит его в противоположной стороне стола, намекая, что падать вот сюда. Так Гас и сделал.       — Итак, ты что-то хотел? — интересуется Мэтт, параллельно принимая максимально вальяжную позу на кресле. — Или просто поболтать пришёл?       — Все сейчас относительно заняты, поэтому я подумал, что, может, могу тебе чем-то помочь или просто составить компанию. Ты занят сейчас? Я точно к месту?       — Не сказать, что занят чем-то важным. Просто ерундой маюсь.       Толомью неловко покосился на свои рисунки, лежащие напротив него, не желая акцентировать на них внимание. Но это сработало в обратном направлении, поэтому Август тихо усмехнулся, пытаясь разглядеть их получше.       — Твои рисунки очаровательные, Мэтт. Почему ерунда? — ещё один смешок вместе с нежной улыбкой. — Кстати, чего тут один сидишь?       — Ай, да просто Боша снова не стала слушать. Решил остановиться здесь и перевести дух. — капитан неловко отвёл взгляд в сторону, вспоминая, насколько сильно злился около часа назад. — Но это было вполне ожидаемо, так что я не парюсь. Нет того, с чем я бы не справился, ты же знаешь! — он попытался воодушевляюще улыбнуться.       Август не поверил и уточнил, точно ли всё в порядке. На всякий случай. Тот отшутился и быстро перевёл тему, опираясь на первый возникший вопрос у себя в голове, предпочитая поболтать о чём-то менее печальном и тревожном.       — Слушай, Август, в Человеческом Мире же наверняка кухня отличается от нашей, да? Рассказывай, что пробовал и что больше всего понравилось, мне интересно.       — Ох, я многое успел перепробовать, на самом деле! Просто пробыл там достаточно долго… Титан, почти полгода ведь. Повёлся. Гас задумчиво почесал подбородок в размышлениях, отбивая ногой ритм заевшей песни. Мэтт выпрямился и приготовился внимательно слушать, смотря прямо в глаза собеседнику, параллельно стуча пальцами по столу. Нервничал.       — Хотя, знаешь, мне очень запомнились спагетти в сливочном соусе с птичьим мясом! Камила в одно время начала много экспериментировать с едой, чтобы усовершенствовать свои навыки в этом деле и впечатлить нас разнообразием человеческой кухни. У них очень грибной и… Ну, сливочный вкус, ха-ха. — Гас смущённо опустил взгляд вниз, звучало это глупо. — Грибы там немного отличаются от наших по вкусу, надеюсь, ты понял. А мясо безумно нежное. В общем, если когда-нибудь подвернётся возможность, очень советую попробовать!       — Ого, звучит невероятно… Дико! Понятия не имею, при каких обстоятельствах у меня получится заценить… Но я буду помнить об этом. Тема за темой, шутка за шуткой. Обстановка разрядилась. Для дополнения одной истории было очень уместно показать одну из фотографий, висящих на другом конце комнаты, поэтому парни подошли к доске, и Толомью указал на одну из них, продолжая вещать.       — Вот их совместная фотография. Джербо действительно тот ещё отстойник, в чём Вайни со мной согласна, но как товарищ — сойдёт. В отношениях ни туда, ни сюда, но зато в каких-то бытовых вещах и в планировании мозги действительно на месте. До меня ему, конечно, далеко, но уже неплохо! Если смотреть дальше его неловкой натуры, то станет чуть лучше.       — В жизни бы не подумал, что ты объединишься с ним. Интересно же жизнь поворачивается. — пока Мэтт вешал фотографию Вайни и Джербо на место, Гас обратил внимание на остальные, потому что в тот раз особо внимательно не разглядывал. — О, какая древняя фотография! Я даже успел соскучиться по летучему дерби. Мы с Уиллоу тут такие смешные, ха-ха. — Август ностальгически улыбнулся.       Мэтт тоже, отойдя на шаг дальше, чтобы увидеть доску с фотографиями целиком, продолжая разглядывать. Ох, были же времена. Параллельно иллюзионист начал разглядывать остальные мелочи, на которые раньше не обращал внимания. Некоторые памятные вещи, лежащие на столах, ранее незамеченные бумаги на остальных досках. Гас периодически спрашивал откуда та или иная вещь, на что Толомью отвечал довольно кратко. Наверное, задумался о своём.       В таком темпе парень дошёл до чужого кресла, вокруг которого царил полнейший беспорядок. Рабочее место капитана непозволительно сильно захламлено. На столе лежали те самые рисунки, которые теперь можно рассмотреть в нормальном положении. Мэтт обычно не был против того, чтобы Август смотрел, хоть и жутко стеснялся время от времени. Довольно комичные зарисовки, основанные на жизни Мэтта, и какие-то заметки рядом, в которые Август вчитываться не стал.       Под креслом, видимо, лежало что-то похожее, он нечаянно пнул свёрток, сильно выступающий из-под него. Гас хотел поднять и спросить, точно ли это не план по захвату Кипящих Островов, но его внимание привлекли ещё три зарисовки, одна из которых разорвана, а на другой его перечёркнутое лицо рядом с кучей текста. Иллюзионист заметно встревожился, но переключил внимание на третий рисунок, где был человек с одной из фотографий. Но тут уже перечёркнут текст, где можно разобрать только «Я скучаю». Человек заметно смахивал на Мэтта.       Теперь становилось понятно, о чём он так усердно молчал. Гас ведь видел все эти отвлекающие манёвры в разговорах на неудобные для капитана темы, видел выдающие мимические реакции и нехарактерные поведенческие фишки. Наверное, самое время спросить, что происходит.       — Мэтт? Что это?       Гас чуть выглянул из-под стола, кинув на друга встревоженный взгляд. Тот хотел было снова на автомате ответить, что очередной хлам, но вовремя обратил внимание на то, откуда Август это говорит. Он прекрасно помнил, что там лежит. Сердце пропустило удар, но пока не время паниковать. Толомью заранее выровнял голос, чтобы не выдать волнения.       — Ты про что?       — Тут… Рисунки. Или письма. Я не рассматривал детально, не хочу лезть в личное, но меня очень беспокоит то, что я успел увидеть. Вот теперь время паниковать.       — Стой-стой-стой, нет, отойди, не надо! — парень подбежал к столу, потом два шага назад — и снова вперёд. Мэтт хлопнул себя по губам. Нет, не та реакция. Соберись! — Кхм, а что не так? Там… Ничего криминального. Ты же не рассматривал детально, верно? Вот и не так всё понял. Всё намного проще, чем ты думаешь.       — А я могу рассмотреть детальнее? — Гас аккуратно привстал с пола, прищурившись глядя в напуганные глаза.       — Нет.       Август очень недоверчиво изогнул брови, но тут же одёрнул себя, осознав, к чему это ведёт. Чуть смягчившись, он обошёл стол и неспешно подошёл к другу на комфортную для него дистанцию, чтобы не давить. Его очень легко отвернуть от разговора.       — Мэтт, пожалуйста. Что с тобой происходит?       — Да ничего со мной не происходит, я в норме! — Толомью нечаянно сорвался на крик, но, испугавшись себя же, быстро вернул контроль над громкостью голоса, нервно перебирая пальцами. — Тебе правда просто показалось, всё под контролем! Нет того, с чем я бы не справился. Ты же знаешь. Снова эта фраза.       — Я всегда верил и верю тебе, но ты не в порядке. — Гас поднял ладони на уровень груди, показывая, что это не нападение. — Прошу, Мэтт, не держи это в себе, ты так долго не выдержишь. Ты уже на грани срыва, я же вижу.       — Пока живу — значит, выдерживаю. Кто-то же должен быть сильным и взять на себя ответственность, знаешь. — капитан говорит уверенно, но усталые глаза выдают все те эмоции, подавляемые месяцами. — Я больше не тот слабый мальчишка.       — Я знаю. Но слушай, испытывать любые эмоции, помимо привычных тебе — не слабость, ты же помнишь? Скучать — тоже не слабость. Ты имеешь на это право, не блокируй это. С эмоциями намного полезнее договориться, чем топить их. — даже если Гас говорил с максимальной нежностью, которую только мог предоставить, Толомью будто облили холодной водой на слове «скучать». Он мгновенно выдал «откуда ты…», но не закончил фразу. — Ты слишком много на себя взваливаешь, позволь дать выход всему, что накопилось. Здесь некому стыдить тебя за это. В голове капитана крутилось навязчивое «только не перед ним, только не перед ним».       Гас попытался дотронуться до чужого плеча в знак искренней поддержки, но Мэтт моментально отпрыгнул назад и с силой хлопнул Августа по руке вместе с оглушительным «отъебись от меня!». Оба пару секунд стояли в полном недоумении, после чего на лице капитана стало явным сожаление. Он, постепенно ускоряя шаг и отворачиваясь, забился в заставленный угол на другом конце комнаты, из которого его почти не видно, максимально съёжившись. Гасу не сказали проваливать, на удивление, поскольку в моменты чувствительности Мэтт иногда так делал. Так что он решил дать ему время, поскольку сейчас лезть и пытаться что-то сделать выглядело весьма… Неуместно. Но и оставлять его одного в таком состоянии точно дерьмовая идея. Иллюзионист тихонько сел на пол, оперевшись на стенку стола и начал ждать. Проходит минута. Две. Мэтт сдаётся.       — Август? Его голос заметно дрожал. Слышно, что для него было сложно сказать это так, чтобы его услышали. Гас отвечает достаточно тихим «да?», чтобы не спугнуть. Спустя небольшое затишье и тяжёлый вздох, Мэтт продолжил.       — Прости меня. Я не хотел срываться на тебя. Возможно, у меня правда всё немного вышло из-под контроля. Возможно, я правда сильно скучаю по брату и очень за него переживаю. Возможно, есть то, с чем мне, эм, правда трудно справиться.       Портер, шокированный услышанным, снова поднимается с пола, неспеша подходя к загроможденному углу. Он аккуратно заглядывает за относительные ограждения в виде пары досок и стенки большого стола, обнаруживая печально задумавшегося друга в уже более расслабленной позе. Гас молча присел рядом, продолжая внимательно слушать.       — Может, меня правда вымораживает собственная беспомощность. Может, я устал быть игнорируемым в своих добрых намерениях. — Мэтт сцепил руки в замок, впервые за эти несколько минут смотря иллюзионисту в глаза. — Ну и, наверное, глупо думать, что ты не заметил в тех листках то, что я хотел рассказывать меньше всего. По тебе я тоже скучал. Безумно сильно. Может, мне нужен надёжный человек рядом. Типа, ты.       Вот теперь Август уже не шокирован, а не может поверить в то, что сейчас услышал. Мэтт же очень быстро и смущённо отвёл взгляд в сторону. Абсолютно не жалея, о чём сказал, но явно осознав суть сказанного. Кажется, этого не ожидал ни тот, ни другой. Однако, игнорировать сказанное Портер не собирался. Он пододвинулся ближе и аккуратно обнял парня, а после отсутствия негативной реакции сжал крепче, поглаживая по спине.       — Я рядом, чувак. Я рядом. — Мэтт очень неловко обнял Гаса в ответ, прижимаясь ближе, после чего последовала продолжительная пауза. — Мы можем попытаться справиться вместе, знаешь? Всё может наладиться, если мы не сдадимся и продолжим бороться. Если будет тяжело, пожалуйста, помни, что у тебя есть опора. Ты не должен проживать всё это в одиночку. И я тоже очень по тебе скучал, бро.       Гас легонько взъерошил волосы друга, тихо посмеиваясь. А тот в ответ начал ненавязчиво щекотать иллюзиониста по бокам. Оба заразили друг друга смехом, что отлично смело напряжение. Мэтт больше не выглядел таким загруженным: он будто ожил, в своём стиле уверенно улыбаясь, смотря Августу в глаза. Иллюзионист же, в свою очередь, предложил вызвать Бошу один на один на языке дерби, чтобы эпично отомстить за всё хорошее. Это было одобрено ещё одной волной громкого и искреннего смеха. Вот теперь они уже готовы биться до победного.