Под луной

      Тёплое апрельское солнце уже совсем по-летнему припекало и радовало жителей Мондштадта ясной погодой. Деревья стояли в полной красе в пышной зелени, тут и там распускались яркие бутоны, наполняя луга ненавязчивым, но приятным ароматом молодой травы и полевых цветов. Лишь по вечерам, когда дул прохладный ветер, люди вспоминали, что на дворе пока ещё весна.       На тренировочной площадке за зданием Ордо Фавониус не было никого, кроме двух молодых рыцарей, которые с самого утра вышли на совместную тренировку. Сейчас же один сидел каменном заборе, переводя дыхание после спарринга и стирая рукой пот со лба, второй продолжал отрабатывать удары на специальном чучеле, словно ни капли не устал. Алая чёлка липла ко взмокшему лбу и вискам. Кристальные ручейки пота бежали и по широкой спине, отражая солнечные лучики, по рукам с проступающими от напряжения венами, по часто вздымающейся груди, рельефу торса, впитываясь в ткань тренировочных штанов. Разворот вокруг своей оси и мощный удар разрубает деревянное чучело на две части, словно нож рассёк мягкое масло. Сбоку раздался поражённый свист.       — Братец, тебе только семнадцать исполнится, а ты уже прочные деревяшки на раз-два сносишь! — Альберих с улыбкой похлопал в ладоши и ответом ему была такая же яркая улыбка аловолосого юноши. — Мне всегда было интересно, почему ты выбрал клеймор? Мы с тобой не очень по комплекции различаемся, но силы куда больше и у тебя всегда так легко получалось с ним управляться, в отличии от меня.       — Я сам не знаю, Кай, просто, когда встал вопрос о выборе оружия, рука сама потянулась к двуручному мечу. С ним площадь и сила удара выходят больше, — Дилюк всё же решил сделать перерыв. Поставил меч на подставку и подошёл к названному брату, взгляд которого невольно пробежался по влажному от пота телу капитана, но тут же метнулся в сторону. Щёки залил густой румянец.       — Но как же манёвренность и скорость? — прочистив горло, Кэйа попытался говорить ровно и не пялиться. Вроде, получалось неплохо. — Хотя ты быстрее большинства, кого я знаю, кто владеет двуручником, — сам Альберих отдал предпочтение более лёгкому одноручному клинику, так как тренировки с клеймором давались ему крайне тяжело.       — Ну, пока это всё ещё остаётся проблемой, — младший Рагнвиндр подошёл непозволительно близко от чего сердце Альбериха пропустило удар, а сам он замер и даже не дышал, когда к нему потянулась рука и осторожно сняла листик с головы. В последнее время, каждый раз, стоило Дилюку оказаться настолько близко, юношеское сердце теряло покой и это сбивало с толку. Эти чувства ещё не изведаны, пугали своей неправильностью, но так манили поддаться искушению. — Но я буду усердно тренироваться, чтобы это не было моей слабостью. С тобой по скорости я, конечно, вряд ли сравнюсь, но буду стараться! Хей, Кай, ты чего так покраснел? Жарко? Принести воды?       В голосе слышалась искренняя обеспокоенность, молодого капитана кавалерии сильно взволновали резко заалевшие щёки его друга, который теперь старался спрятать взгляд, бегая им по всему, лишь бы не видеть полуобнажённое тело перед собой.       — Я... я сам схожу! Я принесу тебе виноградный сок! — шустро спрыгнув, Альберих поспешил сбежать, лишь бы Дилюк не заметил его состояния. Sky Falls Down, Noah Coldwell - End of Time       От единственного недостатка двуручника Дилюк действительно смог избавиться, особенно теперь, когда его возможности превосходили человеческие и вес клеймора практически не ощущался, словно в руке находилась лёгкая палка, а не смертоносное тяжёлое оружие. Быстрые шаги и отточенные развороты позволяющие совершать непрерывный ряд атак и не дающие загонять себя в угол. Хоть Дилюк явно старался сдерживаться и драться более-менее, как обычный человек, старался пока не раскрывать своей сущности перед предвестником.       «Осторожничает, присматривается,» — Кэйа отшатнулся назад, давая Рагнвиндру больше пространства, чтобы он мог развернуться и не бояться кого-то задеть, если разойдётся в пылу сражения. А это непременно произойдёт, особенно принимая во внимание не только факт того, что перед Дилюком фатуи, предвестник, но и тот, кто косвенно виноват в смерти его отца и нападении на Мондштадт пару лет назад.       Рыцарю ещё не приходилось видеть, как Дилюк вступает в схватку с тем, кто, как и он, владеет двуручным мечом. Зрелище завораживало от контраста техник. Сколько помнил Альберих, его названный брат всегда старался отточить своё мастерство настолько, чтобы не просто наносить смертоносные удары, но и закрыть брешь, быть быстрым, подражая своему пламени, которое распространялось с невероятной скоростью, если выпустить его. Гибкий, проворный - таким Рагнвиндра сделали непрерывные тренировки и бесконечные сражения в путешествии, а в последствии и обращение в создание ночи, чьи рефлексы куда быстрее человеческих.       Разворот на 360°, меч ударяет в пол там, где только что стоял предвестник, разломив несколько досок в полу сцены. Каждый шаг, каждое движение рук было доведено до такого автоматизма, что тело двигалось по наитию, острый взгляд улавливал каждый взмах мечом, позволяя легко уворачиваться от резких выпадов противника. Не от всех, конечно, получалось увернуться, ведь противник далеко не так прост и за его плечами огромный опыт, а также ненормальная сила и поразительная для человека скорость реакции. Приходилось быть внимательнее.       Заметив движение в свою сторону, Рагнвиндр перехватив меч одной рукой, взмахом по дуге хотел либо достать фатуи, либо не дать ему приблизиться, но тот отскочил в сторону и сразу бросился в атаку с каким-то непонятным возгласом. Оружие пело в руках опытных мечников, звон стали не стихал. Пол, сломанный уже в нескольких местах, скрипел под ногами и грозился проломиться, когда кто-то из них подпрыгивал или перекатывался в сторону. Чужая широкая улыбка и сумасшедший блеск в глазах выводили из себя, провоцировали и без того разозлённого вампира.       Пламенные глаза расширились, когда его противник ловко поднырнул под горящим лезвием двуручника, уходя в бок для ответной атаки. Если бы не врождённая гибкость и рефлексы монстра, Дилюк точно не смог бы вовремя отшатнуться в сторону. Сияющее лезвие пролетело прямо перед лицом. На мгновение даже можно было увидеть собственное отражение. Пара алых прядей упала на пол.       — Промахнулся, надо же, — но едва ли Доктор выглядел огорчённым. Напротив, заинтересовано посмотрел в сторону бывшего рыцаря, стоящего к нему боком и держа меч одной рукой. В свете его пламени возникало ощущение, что вместе с ним полыхают волосы и глаза, смотрящие с ненавистью и желанием разорвать предвестника на куски. — Что же вы сдерживаетесь, мастер Дилюк? Или мне нужно лучше мотивировать вас показать всё, на что вы способны?       Ленивое движение рукой, раздался негромкий щелчок пальцев.       Внимание отвлекли звуки боя сбоку. Рагнвиндр с неприятным удивление отметил появление нескольких двойников Номера Два, с которыми Тарталья с азартом схлестнулся, на этот раз используя электрическое копьё. На лице красовалась красная маска, скрывшая его полностью. Молодой предвестник решил не использовать Грязное Наследие на полную мощность, ведь и без этого не уступал противникам по скорости, отражая быстрые удары обоих и атакуя разрядами электро, порой со скоростью молнии оказываясь за спиной оппонентов. Он практически не использовал преимущество держать противника на расстоянии, которое давало копьё, по привычке приближаясь вплотную. Хоть рыжеволосый и получал удары, но лишь смеялся и отпускал какие-то комментарии, сильнее распаляясь. Давно он так не разминался и только рад надрать задницу раздражающему коллеге. Тарталья вновь прикрывал спину Моракса, пока тот продолжал приводить людей в чувства.       — Вы знаете, мастер, мне уже давно за сотню лет перевалило и порой такая скука накатывает, — продолжил Второй, без интереса посмотрев в сторону младшего предвестника. Ему всё равно на своих двойников, парой можно и пожертвовать, чтобы не дать этому юнцу помешать исполнить задуманное. — Лишь поиск интересных экземпляров, таких, как капитан Альберих или Моракс, скрашивают долгие годы. Ваш бывший брат просто прекрасен и станет отличным пополнением моей коллекции. У меня и ошейник, подходящий уже есть для него.       Губы Рагнвиндра исказились в оскале, а в глазах вспыхнуло пламя, не предвещая ничего хорошего. Сильнее сжав рукоять горящего огнём меч, вампир в мгновение оказался нос к носу с не ожидавшим подобного предвестником. Метал жалобно звякнул, стоило клинкам вновь сойтись, искры пламени неприятно обжигали руки противника, подпаливали края рукавов, но это потеряло значение, когда Дотторе увидел клыки и светящиеся глаза, все нанесённые им ранее раны зажили, не оставив после себя и следа на бледной коже. Лишь порванная одежда говорила о том, что фатуи всё же задевал своего противника.       Руки второго предвестника задрожали от силы натиска, с которой на него кинулся молодой мастер, а затем его оттолкнули. Защищаться стало проблематично, скорость, с которой нападал Рагнвиндр, превышала не только человеческую, но и самого Дотторе, хотя в бою раньше ему не было равных, лишь Капитано и Пьеро. Глаза едва поспевали за движениями создания ночи, меч то и дело оставлял кровоточащие раны, а в последствии и выбив чужой меч из рук. Однако даже боль отходила на второй план, не уменьшала восторга Доктора, который и не надеялся встретить живого вампира.       Столь прекрасен в своём гневе и жажде крови, настоящий монстр.       Быстрым движением руки Дотторе достал из кармана небольшую колбочку, припасённую на случай, если нужно было бы сбежать, и с силой швырнул её прямо под ноги Рагнвиндра. Стекло разбилось в дребезги, а вокруг аловолосого всё заволокло плотным дымом, дезориентируя на несколько секунд. Но Доктору этого хватил, чтобы броситься на Дилюка, врезать кулаком в солнечное сплетение и выбить меч из руки. Воздух вышибло из лёгких, винодел охнул, согнувшись пополам, отшатнулся. Пытаясь вздохнуть, Дилюк поздно заметил ринувшегося к нему через туман предвестника с каким-то шприцом в руке. Но добраться до цели у Второго предвестника не получилось. Неожиданно даже для Дилюка, который с начала боя потерял Кэйю из виду, на него сверху спрыгнули, ударяя сцепленными в один кулак рукам между лопаток. Предвестник потерял равновесие и рухнул на пол под чужим весом. Хвост Альбериха вздыбился и метался их стороны в сторону, уши были прижаты к голове, а сам предупреждающе скалился. Не давая оборотню нанести ещё удар, лежавший Доктор сделал подножку, сбивая того с ног и быстро поднимаясь, отпрыгивая в сторону, внимательно смотря на каэнрийского кота. Пришедший в себя Дилюк воспользовался чужой заминкой и врезал кулаком в челюсть фатуи так, что его голова мотнулась в сторону, но сам устоял. Челюсть едва не выбило из пазух. За ним последовал удар когтями в живот, которые оставили глубокие кровоточащие борозды. Рефлексы Доктора спасли его от худшего ранения, ведь не отскочи он и вампир мог бы и убить его.       — Ха-ха командная работа? Вампир и оборотень вместе? — красные глаза лихорадочно блестели. Щека уже опухла, губа кровоточила, рука зажимала рану на животе. Но тот выглядел довольным собой. — Мастер Дилюк, вам стоит быть внимательнее.       Только сейчас Рагнвиндр обратил внимание на свою руку, из которой торчал тот самый шприц, уже пустой. Выдернув его и отбросив в сторону, с ненавистью уставился на предвестника. Перед глазами на мгновение всё поплыло. Дилюк чуть пошатнулся, но устоял и смог сфокусировать взгляд на противнике, не видя беспокойства в васильковом глазе, направленном на него.       — Твои штуки на меня не действуют! — рыкнув не своим голосом, Дилюк пошёл в новую атаку с голыми руками, отозвав меч, с которых срывались всполохи яркого пламени, потеряв всякое самообладание.       Кэйа бросился следом, ледяными шипами отбрасывая спрыгнувшего откуда-то сверху очередного двойника. По силе он ничуть не уступал оригиналу и приходилось прилагать не малые усилия, чтобы прикрывать спину вампира. Сил на сражение практически не осталось. Дыхание сбилось к чёрту от постоянных прыжков и перекатов. Прочный лёд едва выдерживал натиск клеймора, который атаковал оборотня, пытаясь теснить его. Нога потеряла опору, но тело среагировало и получилось сделать сальто назад, приземлившись на ноги. Чужая стопа прилетела в живот, отбрасывая к клетке. Спина отозвалась болью вместе с затылком, приблизиться клону не дала волна, которая окатила того с ног до головы. Воспользовавшись этим, Альберих в мгновение заморозил его и с криком швырнул статую о железные прутья, разбивая её.       Вокруг Тартальи уже лежало два трупа Дотторе, но отбивался он ещё от двоих. Руки уже подрагивали от перенапряжения, одежда пропиталось своей и чужой кровью. Маска вновь держалась на макушке. Дыхание сбилось, по вискам стекал пот и к мокрой коже липли волосы. Глаз порчи уже не получалось использовать, и Чайльд окончательно перешёл в ближний бой.       — В сторону!       За спиной раздался властный, наполненный гневом голос Гео Архонта, Чайльд шустро отпрыгнул назад и его тут же накрыло щитом. Глаза сияли золотом, зрачок опасно сузился до тонкой полоски. Вокруг Моракса струилась энергия Гео, чтобы в следующее мгновение обрушиться на двойников Второго предвестника каменным дождём, не оставляя и шанса на выживание.       Здание тряхнуло как при сильном землетрясении, с потолка рухнула люстра, разбиваясь на сотни осколков. Пришедшие наконец-то в себя люди с криками полные ужаса убегали прочь.       Дилюк едва не потерял равновесие, всё же устояв на ногах, но пропустил момент, когда раненный предвестник собрал элементальную силу и выпустил её в вампира, отбросив в стену позади, на которой расползлась сетка трещин и появилась внушительная вмятина от столкновения со спиной вампира. Доктор оказался нос к носу столь неожиданно, что даже Дилюк едва успел среагировать, дёрнувшись в сторону. Бок обожгло болью, шипение вырвалось из горла, но игнорируя её, полоснул когтями по груди, заставив того вскрикнуть и шарахнуться назад. Поднявшись на ноги, Рагнвиндр с разворота ударил фатуи ногой в бок, отбросив в сторону.       На мгновение перед глазами потемнело и Дилюк едва не скатился с лестницы, но оказался в заботливых руках своего рыцаря, который подхватил за плечи. Альберих обеспокоено смотрел на вампира, не понимая его состояния, но все вопросы оставил при себе. Здание постепенно рушилось из-за атаки Моракса.       — Кэйа, сюда! — Чайльд замахал рукой, привлекая внимание к себе.       Кэйа тут же повёл Дилюка под щит, но готовый в любой момент защищаться. Хотя едва ли у Дотторе найдутся силы встать с такими ранениями.       — Нет, вы останетесь здесь, — Предвестник громко захохотал, привлекая внимание к себе. Тарталья едва не рванул в его сторону, но его вовремя за шкирку поймал Рагнвиндр, дёрнув обратно под щит. Дотторе всё смотрел на них, не моргая, и достал какое-то устройство. — Я так долго ждал момента получить настоящего оборотня и вампира. Вы останетесь со мной! — палец нажал на кнопку.       Слова и высокомерное поведение какого-то жалкого смертного, возомнившего себя вершителем чужих судеб, заставили Моракса потерять на какую-то часть человеческий облик. Голову украшали золотые рога, острые когти порвали дорогую ткань перчаток. Дракон утробно зарычал и рык был переполнен гневом.       — Приказывать здесь буду я! — понимая, что ни одному из его спутников Дотторе нельзя убивать, чтобы не навлечь прямой гнев Царицы, Моракс взял это на себя. Сложив руки на груди, обрушил на предвестника потолок и породу сверху, а вместе с эти послышались глухие звуки взрывов со всех сторон, заставив троих замереть на месте.       — Чжун Ли!       Крик одиннадцатого предвестника за спиной заставил Моракса резко обернуться и застыть от ужаса. Пол под ногами его друзей пошёл сеткой трещин из-за взрывной волны и падающих сверху огромных каменных валунов, а в следующее мгновение обвалился. Перед глазами застыла картина страха на лице его рыжеволосого юноши и протянутая к нему рука, прежде чем трое молодых людей рухнули в пропасть.

***

      Приходить в себя было крайне тяжело после падения с огромной высоты и непонятно куда. Кэйа даже не сразу понял где он. Картинка перед глазами никак не хотела становиться чётче, а вокруг царил полумрак, который рассеивало сияние неведомых до этого момента растений. Тишину нарушал лишь небольшой водопад неподалёку и журчание воды, в которой капитан находился наполовину. Голова раскалывалась нещадно, тело болело так сильно, будто он рухнул вниз с утёса Звездолова. Хотя, наверное, недалеко от действительности. Приподнявшись на трясущихся руках, оборотень проморгался, наконец-то зрение пришло в норму и темнота никак не мешала.       Время будто замерло, когда Кэйа поднял голову и наткнулся взглядом на неподвижно лежащего на боку Дилюка. Волосы мокрыми паклями прилипли к бледной коже, а половина разметалась по темному камню берега, куда их вынесло. На бледном лице застыла маска боли. Сквозь изодранную чёрную ткань рубашки виделись кровоточащие раны, которые почему-то не затягивались, как это происходило обычно.       — Дилюк?..