Pecado.

« Hard to say what caught my attention Fixed and crazy — aphid attraction Carve my name in my face — to recognize Such a pheromone cult to terrorize » ***** Говорят, выкинуть хлеб-это грех. Но что есть грех? –, непростительное деяние''. Непростительное кем? Богом? Имëн у Бога множество, по личным свойствам и общим. Чаще люди обращаются к нему, «Боже». Но есть ли он? Если человек начинает призывать имя Божие, Господь приходит к нему, спускается с небес, открывает тайны мира нашего. Тем, кто по истине верит. Но что же остаётся неверующим? Наверное, мы с вами скажем, если ничего о Боге узнать не в силах, то его вероятнее всего не существует. А так ли это? Возможно, мы пропускаем мимо нашего взора самое важное. А может, это самое важное пытаются скрыть, но кто? Всеми этими вопросами уже много лет задаётся Хан Джисон. Парень ещё с детства увлекался богословием. Пытался открыть тайны мира, которые не смог открыть кто-то другой. Джисон хотел стать тем человеком, который откроет людям глаза. Сон верил в Бога, а неверующих презирал. Кто если не сам Господь подарил им жизнь на этой планете? Откуда взялась планета? Кто её создал? Хан часто посещал церковь. Молился, искупал все свои грехи. До поздней ночи засиживался в местной библиотеке, где работала его тётя. Она любезно отдавала ему ключи от неё, что Джисон мог до самого утра листать книги, в поисках ответов на его вопросы. Интернет, подскажете вы. Но правду ли говорят в интернете? Есть ли в нëм всë, что нужно Хану? Не хочет ли он открыть что-то новое? Юноша мог целыми днями пропадать в библиотеке, она стала его вторым домом. Бывало и школу прогуливал, на следующий день принося объяснительную за отсутствие от «мамы». Он в точности мог подделать подпись матери, чем нередко пользовался. У классного руководителя не возникало никаких вопросов, ведь его мать она знала как ответственную и отзывчивую женщину. Так было до одного момента. ***** Как обычно, рано утром Сон надевал полюбившуюся ему толстовку серого цвета. Она была любимым элементом одежды в его небольшом гардеробе. Делал всё не спеша, зная, что всë равно никуда не опаздывает. Собравшись подхватил рюкзак с единственной тетрадью внутри. Для виду, чтобы мама точно была уверена, что сын держит путь в школу. Библиотека открывается в 9:00. Хан взглянул на настенные часы, снизу к ним прикреплена металлическая цепь, на которой висят две гирьки в виде орешков. Как раз уложился. Парень поспешил вниз, прощаться с матерью. Ночью он еле уснул, с нетерпением ждал момента, когда снова сможет открыть книгу, и погрузиться в неё полностью. Быстро спускаясь по ступенькам вниз, парень оказался на первом этаже их небольшого двухэтажного дома. У двери уже стояла мать, с контейнером в руках. Джисон закатил глаза. –Опять она со своими контейнерами. За последние годы Хан сильно исхудал. Он просто забывал, что надо есть. Слишком был увлечен. Его мама, конечно, заметила это, поэтому стала готовить по утрам, чтобы он ел хотя бы в школе. Только вот любимый сын отдавал все старания матери голодным бездомным кошкам. Которым еда была уж явно нужнее. Он ел, просто очень мало. С тех пор как он стал ходить в библиотеку, он совсем забыл про секцию, в которую его записывала мама. Женщина была счастлива, когда сын приходил с неё счастливый, хвастаясь своими мускулами. Перестав посещать занятия, мышечная масса заметно уменьшилась. Джисон и сам был такому исходу не очень рад, но возвращаться и тратить на это время не особо то и хотелось. Ему лучше сидеть с чашкой кофе за старым столом библиотеки, листая очередную книгу. — Сонни, дорогой, я сегодня тебе сделала твои любимые блинчики с мясом. –ласково проговорила женщина напротив. Любимые? Он всего раз сказал, что ему зашли блины, а теперь они стали любимыми. Хан знал, что не будет их есть, что как обычно отдаст кошкам, но сочувствие к матери брало вверх. Она старалась для него. Хотела, чтобы сын жил в достатке, работала с одним выходным в неделю. Даже этот выходной она полностью отдавала сыну, водя его по разным кафе и магазинам. Джисон уже не того возраста, но с мамой ходил, потому что любил. Парень медленно подошёл к женщине и забрал контейнер с едой. Попутно обнимая её. Та крепко обняла в ответ, волосы его пятернëй приглаживая. — Ма, всë, меня Ликс ждёт. –тихо сказал Сон, упираясь руками в грудь матери, слегка отталкивая еë. — Ох, хорошо, удачного дня тебе, милый. –женщина провела большим пальцем по щеке парня, прекрасные женские глаза стали затуманиваться слезами. На что Сон недовольно цокает, накрывая своей рукой чужую. — Ма, ну что опять? –проговорил он, стараясь говорить как можно тише. — Ты у меня уже совсем большой, такой самостоятельный, –едва не шепча проговорила женщина. — Я люблю тебя Сонни, всегда буду любить. Помни это. –закончила она. — Я помню, помню. Мам, я опоздаю сейчас. Пока. –Хан выпутался из объятий матери. Закинул контейнер в рюкзак и направился к выходу. Женщина за ним наблюдала, вспоминая его совсем маленьким, когда он в костюме Человека-паука бегал по дому. Хан быстро обулся, на ходу поправляя отросшую челку. — Пока, мам. –сказал Джисон матери, скрываясь за дверью. Смотря вслед уходящему сыну, женщина слабо улыбалась. Вчера ей звонил классный руководитель Джисона. Приглашая на родительское собрание. Женщины разговорились, тема зашла о пропусках Хана, и об объяснительных. Тогда всë и раскрыли. Только вот Сону мать об этом не сказала. Когда сын стал постепенно от неё отдаляться, женщина надумала себе многое, например группировки, плохие компании, наркотические вещества. Иначе как объяснить приходящего домой только спать сына? Когда ей позвонил классный, её догадки стали опровергаться.