Это неправильно

      — Эй, ты куда на пол? — спросил мужчина, когда мальчик устроился на полу рядом с изголовьем.       — Ложитесь, Андрей Владимирович, ложитесь уже, — засмеялся юноша и взял из стопки первую тетрадь.       — Ты невыносим, — еле слышно пробормотал преподаватель и лег на диван так, что между их головами были какие-то сорок сантиметров. — Ну посмотрим.       — Сочинения, — мальчик изогнул бровь и улыбнулся. — Интересно.       — Давай, читай, — ехидно произнес преподаватель. И юноша начал зачитывать сочинения, подмечая ошибки сам и советуясь с мужчиной. Иногда они спорили, и пару раз мальчик даже оказался прав. Тем временем на улице давно стемнело, а счёт времени давно потерялся.       — Как вы считаете, Андрей Владимирович, уместно ли тут использование past simple? Мне кажется, что перфект подошёл бы гораздо лучше, хотя люди боятся его использовать. И непонятно почему, — расстроено произнес юноша и, не получив ответа, повторил: — Андрей Владимирович? И тихо охнул, когда увидел, что глаза мужчины закрыты. Рыжий тихо посмеялся и отложил оставшиеся тетради в сторону. Затем встал, тихо зашипев из-за боли в затекших ногах. Посмотрел на часы. Шесть часов вечера. Пора бы и честь знать, но… так не хочется. И будить тоже не хочется. Этот человек заслужил свой отдых. Тогда мальчик осторожно укрыл учителя пледом и унес тарелки прочь. Сразу видно, что живёт один и дома бывает лишь для того чтобы поспать и поесть. Молодой человек цокнул языком и принялся убираться на кухне. Затем протер пыль в комнате, развесил по вешалкам висевшую на стульях одежду. А потом вновь сел на пол у изголовья и осторожно сложил руки под подбородком, любуясь мужчиной. Семь часов. Мальчик начал закрывать глаза и не заметил, как задремал. И как его нос уткнулся в щетинистую щеку. Открыв глаза, мужчина дернулся, но потом почувствовал на щеке горячее дыхание. Повернув голову, Андрей Владимирович увидел дремлющего мальчика. Его веснушчатое лицо было так близко, что мужчина мог заметить, как дрожат во сне длинные ресницы. Он внимательно рассмотрел руки мальчика. Все в синяках, бедный ребёнок. И что с ним делали? Преподаватель тряхнул головой, отгоняя ужасные мысли. И все равно вернулся к запястью, которое опоясывал красный след, к предплечью, на котором отчётливо можно прочесть чью-то пятерню, а сколько скрыто под футболкой — страшно даже представить. Мужчина глубоко вздохнул и аккуратно поднялся, чтобы не потревожить мальчика. Надо же, даже пледом укрыл… Тетради аккуратной стопкой лежат на столе. И что-то ещё. Чего-то не хватает. Ох, одежды на стуле. Неужели?.. Зайдя на кухню, Андрей Владимирович подтвердил свои догадки. Этот юноша убрался в доме, пока учитель дрых. Хорош преподаватель, ничего не скажешь. И сколько сейчас вообще времени? Надо отвезти Артёма домой. Восемь. Точно пора, только вот лоб почему-то горит, и озноб бьёт. Мужчина вернулся в комнату и застыл. Юноша сполз на пол и свернулся калачиком, обхватив себя руками. Такой маленький, беззащитный и хрупкий. Андрей Владимирович с величайшей осторожностью взял его на руки и хотел положить на диван, но руки рыжего обхватили шею мужчины, а сам он уткнулся носом в ключицы преподавателя. Горячее дыхание на шее заставляет сердце забиться чуть чаще, а холодные руки на коже наоборот, остужают этот пыл. Да что же​ это такое, надо срочно будить…       — Артём, проснись, — начал мужчина, тихонько тряхнув тело в своих руках. — Тёма! Мальчик резко распахнул глаза и разжал руки. Он бы упал, если бы мужчина вовремя не подхватил его и не усадил на диван.       — Андрей Владимирович! — начал мальчик заплетающимся языком, грозно глядя на мужчину снизу вверх. Сонный, сердитый, с отпечатком пледа на щеке и растрепанными волосами. Такой домашний. Мужчина сжал кулаки и нахмурился. Заметив это, Артём тут же вздрогнул и забрался на диван полностью, обнимая коленки и испуганно следя за каждым движением преподавателя.       — Андрей Владимирович?.. — сипло спросил юноша и ещё сильнее вжался в спинку дивана.       — Стой, ты боишься меня? — растерянно произнес преподаватель и тут же разжал кулаки.       — Н-нет, — рыжий энергично затряс головой, — просто рефлексы.       — Рефлексы?.. — потрясённо выдохнул взрослый и тут же прижал к себе ученика.       — Д-да, — ответил мальчик в район ключиц и немного расслабился. — Не спрашивайте. Это не дома. Все, что я могу сказать.       — Ты маленький и глупый, Артём, — с горечью прошептал мужчина, вдохнул запах рыжих волос полной грудью и резко отстранился от мальчика. — Я отвезу тебя домой. Смущённый этой сценой юноша лишь мотнул головой и тихо проговорил:       — Вы болеете, Андрей Владимирович, к тому же поздно. Я сам доберусь. Спасибо, что разрешили зайти к вам.       — Нет, я отвезу тебя, Артём, — настойчиво продолжил мужчина и скрестил руки на груди.       — Тогда я вообще никуда не пойду, — выплюнул рыжий и сжал кулаки.       — Ты думаешь, что я не смогу взять тебя в охапку и спустить в машину, а потом вытащить оттуда и донести до твоей квартиры? — сердито продолжил учитель.       — Сможете, но… — тут же поник мальчик. — Я просто не хочу доставлять вам неприятности, Андрей Владимирович. Хорошо, простите меня, мне не следовало перечить вам. Рыжий виновато сложил руки на коленях и опустил голову. А затем на сжатые кулачки закапали слезы. Хрупкие плечи дергались в такт всхлипам. Мужчина обескураженно наблюдал за мальчиком, и его собственная воинственность куда-то исчезла. А нужно ли Артёму вообще домой? Все это так неправильно. Тем временем юноша взял себя в руки, смахнул слезы и поднялся на ноги.       — Спасибо за футболку, Андрей Владимирович, она очень удобная, — тепло улыбнулся мальчик и пригладил черную ткань. — Я перео…       — Ничего, я тебе к ней ещё штаны какие-нибудь найду и можно спать, — прервал мальчика преподаватель, в затем глубоко вздохнул и грустно улыбнулся.       — Простите?.. — ребенок ошарашенно открыл рот и упал обратно на диван. — Значит ли это, что…       — Да, Тём, ты можешь остаться у меня на ночь. Не пойми неправильно, я не имею в виду ничего дурного. Я понимаю, что ты не обязан мне доверять и пойму, если ты всё-таки решишь вернуться домой, более того…       — Спасибо! — не стал дослушивать мальчик и повис на шее преподавателя. — Спасибо… мне так плохо одному дома.       — Ох, ну право дело, — проворчал преподаватель и похлопал по хрупкой спине, чем вызвал новую порцию шипения. — Тёма?! Серьезно?! Ты весь в синяках? Снимай одежду, живо. Мальчик тихо хмыкнул и отстранился. Затем глубоко вздохнул, посмотрел на грозного учителя и схватился за края футболки, потянул вверх. Мужчина не смог сдержать рык злости. Кроме рук синяками была покрыта талия. На плечах засосы и укусы. На спине следы ногтей или чего похуже. Даже на сосках можно было с лёгкостью заметить следы внешнего воздействия.       — Все, можно я надену? — устало произнес юноша и вопросительно поднял бровь.       — Да, конечно, — начал учитель звенящим от гнева голосом. — Только сначала, будь добр, обработай все это добро. Я выйду. А затем положил перед юношей тюбик мази и вышел из комнаты. Ребенок взял его в руки и принялся обрабатывать руки, плечи, грудь, захватил нижнюю часть спины, а затем коротко вскрикнул и выронил тюбик.       — Что такое? — спросил прибежавший мужчина.       — Больно… — прошептал мальчик и стиснул зубы. — Я не достаю до спины.       — Горе ты рыжее… — облегчённо пробормотал учитель и поднял мазь с пола. А затем бережно коснулся спины, вызывая сотни мурашек по телу юноши. Тот судорожно выдохнул и закусил губу, сгибаясь пополам.       — Тём? — мужчина напрягся и одернул руку.       — Ничего… — тихо ответил мальчик, наконец разгибаясь. — Просто холодно и щекотно.       — Одевайся, — устало произнес Андрей Владимирович и сел на диван. — К каким уродам же тебя заносило… Тём…       — М? — отозвался мальчик, надевая футболку и садясь рядом.       - Все хорошо? Это не проходит бесследно. Ты обращался к психологу? — обеспокоенно сказал мужчина.       — Да когда, — звонко рассмеялся мальчишка. — Нет, все хорошо, Андрей Владимирович. Но голос Артёма слишком очевидно дрогнул, а сам он поежился под недоумевающим взглядом.       — Тёмка, — неловко начал учитель и взял в свою руку хрупкую ладонь, — тебе нужно это сделать.       — Вы правда думаете, что психолог никуда не сообщит о том, что к нему пришел шестнадцатилетка, который жалуется на сексуальное насилие со стороны взрослых мужчин? — ученик недоуменно поднял бровь и странно улыбнулся.       — А я? — в тон ему ответил мужчина       — Что вы?..       — Я не сообщу? Юноша тут же подскочил с дивана и замер, испуганно смотря в серые глаза.       — Что?.. — просипел он, обречённым взглядом глядя на мужчину. — Нет-нет-нет, нельзя, я прошу вас, умоляю, Андрей Владимирович! Мальчик заплакал и упал на колени перед преподавателем, хватая того за руки и продолжая заливаться слезами.       — Нет… пожалуйста… начнутся разбирательства, мама узнает, нет… прошу… Что угодно, Андрей Владимирович! Мужчина опешил, глядя в опухшие зелёные глаза и на холодные пальцы, впившиеся в большие тёплые ладони. Молодой человек ткнулся носом в колено Андрея Владимировича и затих, обмякая всем телом.       — Пожалуйста… — прошептал он из последних сил и выпустил руки мужчины из своих.       — Тём… — потрясённо произнес преподаватель. — Я пошутил. Иди сюда, мой хороший, я даже не думал предавать тебя. Ну же, не плачь, Тёмка, я же сам сейчас заплачу… Ученик всхлипнул и еле забрался на диван. Мужчина крепко прижал Артёма к себе и уткнулся носом в рыжую макушку.       — Маленький, не бойся, я с тобой, — продолжил он, — я никому ничего не расскажу. Но мне физически плохо из-за того, что я не могу тебе по…       — Мне было так страшно, Андрей Владимирович, — пролепетал мальчик и ещё сильнее уткнулся в мужчину. — Каждый раз. Некоторые предлагали большие деньги за ночь, так что мне приходилось соглашаться. Среди них были и те, кто любит насилие, ролевые игры и все в таком духе. Это больно, это страшно. Я ужасный человек, Андрей Владимирович, зачем вы со мной возитесь…       — Тёмка, не говори так, — прошептал мужчина и погладил мальчика по голове. — Ты хороший, светлый человечек с самым добрым сердцем.       — Правда? — шмыгнул мальчик и очень слабо улыбнулся. — Вам не противно меня касаться?       — Тём, нисколько. Меня волнует только вопрос твоего физического состояния. Это все… — тут мужчина поперхнулся, — наверняка не прошло бесследно. Ты наверняка знаешь о разных… чёрт, это так сложно. Учитель глубоко вздохнул и сильнее сжал мальчишескую ладонь, а затем продолжил:       — Ты наверняка знаешь о венерических заболеваниях, об анальных трещинах, господи, что я говорю своему ученику… — мужчина горестно вздохнул и оттянул ворот кофты. — Все эти повреждения тоже могут оставить сле…       — Я девственник… — тихо произнес юноша и тут же отвернулся, покраснев.       — А… — смутился в свою очередь мужчина. — Интересно, а как так? То есть, я хотел сказать совсем не это… Господи, Тём, не слушай меня…       — Рот, руки, ноги, — еле слышно пробормотал молодой человек и положил ладони на горячие щеки. — Благо, меня не пытались принудить к большему…       — Повезло, — нервно усмехнулся учитель. — Хотя бы так, Тёмка, хотя бы так. Повернись ко мне, я тоже смущён. Спасибо тебе за честность и за смелость. Андрей Владимирович щёлкнул рыжего по носу и чмокнул в макушку. На часах десять часов вечера.       — Тём, пора спать, — прошептал он в щеку мальчика и сжал объятия.       — Да, Андрей Владимирович, пора, — юноша улыбнулся и зевнул. — Но это так неправильно. Но мне так нравится.       — Могу сказать то же самое, — невесело усмехнулся мужчина. Тонкие пальцы мальчика нежно коснулись щеки учителя. Артём поднялся на месте и посмотрел в серые глаза. А затем его губы приблизились к лицу мужчины и коснулись лба.       — Вы горите, — прошептал мальчик и прижал к себе черноволосую голову. — Я взял с собой лекарства, Андрей Владимирович…       — Тём, не стоит, — проговорил мужчина с трудом. — Ты слишком близко.       — Нет, это вы слишком близко, — прошептал юноша, опустившись к уху мужчины. А затем тут же опомнился и отскочил от него.       — Ох, Андрей Владимирович! Простите, не знаю, что на меня нашло! — молодой человек виновато опустил голову и ойкнул. Мужчина опустил глаза и тут же вспыхнул, накрываясь пледом.       — Я-я поставлю чайник, Андрей Владимирович… И убежал на кухню, закрыв лицо руками.