Свобода в объятьях друг друга

Они лежали на мокрой от дождя траве и смотрели на прекрасное звёздное небо Инадзумы. Оба влюблённые и потрёпанные обстоятельствами жизни. Томо умер от ножевого ранения прямо на глазах Кадзухи, а Скарамучча был марионеткой в руках у тётушки Сеньоры, не мог понять себя. Но оба смогли найти смысл жизни друг в друге. Случилось всё довольно спонтанно. Встреча на собеседовании в лингвистическом университете. Скарамучча ждал своей очереди перед дверью в аудиторию, скучающе рассматривая свою тонкую тетрадь с записанными в ней некоторыми вспомогательными фразами на русском и немецком. Русскому языку его обучала ненавистная тётка, а немецкий ему просто легко давался. Собственно, основываясь на этом, он решил выбрать соответственный русско-немецкий курс. Из раздумий Скарамуччу вытянул прекрасный тихий голос, который спросил его: - Извините, в этой аудитории проходит собеседование? Повернув голову, будущий студент увидел красивого, немного тощего светловолосого парня с одной красной прядью в волосах, с опущенными багрового цвета глазами и слишком умиляющим выражением лица. Смущается. Он был такого же роста, что и Скарамучча. Одет во всё свободное и удобное. «Интроверт» - подумал Скарамучча. - Да, в этой, - спокойным тоном ответил он, на что незнакомец кивнул. - Как зовут-то? - Кадзуха.. Каэдэхара Кадзуха, - неловко ответил тот. И с этого самого момента они стали неразлучными. Разговаривали только друг с другом, всегда ходили вместе. Скарамучча даже поменял свой факультет на немецко-французский за день до начала учёбы, чтобы учиться на одном курсе с Кадзухой. Что уж говорить, после первого полугодия они начали жить вместе в квартире Скарамуччи, потому что та была ближе к университету. Вечерние прогулки, ночные посиделки и сон в обнимку. Они стали друг для друга опорой, стали нечто большим, чем близкие друзья. На парах по французскому Скарамучча без толики совести списывал всё у Кадзухи, потому что «Не шарю я за этот ваш bonjour», а Каэдэхара только неловко смеялся с этого. Ему было немного стыдно из-за того, что Скарамучча ради него перешел на другой факультет. Тот лишь отмахивался и говорил: «Зато я всегда с тобой, солнце». И вот после этих слов щёки Кадзухи становились такого же цвета, что и его глаза. Но краснел не только он. Прекрасная поэзия Каэдэхары, посвященная своему возлюбленному, заставляла появиться румянцу на щеках Скарамуччи. Перед сном Кадзуха всегда зачитывал свое очередное стихотворение, и под его умиротворяющий голос другой засыпал сладким сном. - Хэй, Скарамучча! - Что, солнце моё? - повернув голову, спросил тот. - Давай после окончания учёбы переедем в Мондштадт-город свободы и тёплых летних ветров? - Свобода… думаю, это как раз то, что нам необходимо. Это было такое спонтанное решение, но уже завтра они отправляются в желанный город. Инадзума давила на них, навевала не самые приятные воспоминания. Мондштадт дарует им свою свободу и легкую жизнь. - Хэй, Кадзуха! - Да? - Я люблю тебя, солнце! - И я тебя! - смущение в его голосе и на лице всё так и не прошло, хотя Скарамучче это даже нравилось. Завтра Бэй Доу переправит своего сына и его возлюбленного в Ли Юэ на своём корабле. Завтра они увидят новые краски мира. Завтра начинается их свободная жизнь в объятьях друг друга.