Сборник маленьких отрывков

Был полящий июль, земля отдавала жаром, а воздух был раскален и его плотность была столь велика, что в далеке здания и деревья расплывались и, как-будто, теряли свою форму, а жар же буквально испепелял всё живое и не живое, создавая ещё больше источников этой адской температуры. Идти по улице было не выносима, но и дома не было желанного Оазиса. Наруто вернулся в свою комнату, купив продукты в ближайшем магазине, где так же не было и местечка с желанным спасающим холодком и ветерком. В комнате было невыносимо душно, а попытка распахнуть окно сделала всё только хуже, по ощущением, Наруто сравнил открытое окно с дверью в Преисподнюю, где уже ждали чертики с копьями и котлами, наполненными лавой. Мгновенно кожу окутало неистовым жаром с улицы, из-за чего Наруто поспешил закрыть обратно эту дьявольскую дверь. Часы показывали уже 6 вечера, но беспощадное солнце и не думало садиться или снижать температуру. Наруто поспешил разобрать сумки и окунуться в прохладный душ, такой желанный и прекрасный, но его тут же опустило с небес на землю то, что в их стареньком, ветхом доме отключили холодную воду на ближайшие 2 часа минимум. Единственное, что его радовало - не было всё ещё его сожителя по квартире. **** Белобрысые локоны волос отдавали золотистым блеском, расплывались по шелковистой простыне. Светлая нежная кожа с веснушками цвета чёрного крепкого чая были освещены мягким дневным светом из окна. Алые покусанные губы слегка сжимали длинную белесую сигарету. Глаза аквамаринового цвета с переливом в топаз спокойно и бесстрастно смотрели в потолок. Комната была наполнена атмосферой безмятежного былого. Частички пыли плыли в воздухе, окутанные тёплым солнцем. Небольшая светлая комната, которая и так была очень уютно обустроена, утопала в умиротворение и безвременье. В беззвучную квартиру зашёл высокий худощавый, но поджарый паренёк. Тёмные взлохмаченные волосы, уставшие, но наполненные густоватым тёплым спокойствием в сочетании с золотистым счастьем глаза. Не нарушая идиллию в такой приятно солнечный день, парень почти бесшумно прошёл вглубь квартиры, заходя туда, где безмятежно отдыхал белобрысый паренёк. Так же тихо переоделся в длинную мятую, но невероятно мягкую футболку и в такие же приятные на ощупь шаровары, которые нежно и воздушно весели на бёдрах парня. Окунувшись до конца в окружающую атмосферу, темноволосый улёгся на облачную кровать неподалеку с голубоглазым и лёгкими движениями тела приобнял его, поддаваясь невесомой, но такой желанной сонливости. *** Глаза, полные неистового гнева и переполненные зловещей энергией, которая не предвещает ничего мирного, смотрели на меня, так сжимающе и жадно. От все поглощающего страха в моем теле, я не мог и шевельнуться. Передо мной был все еще мой друг, или то, что от него осталось, но в этот момент я чувствовал себя невероятно уязвимым и ничтожно слабым. Некогда голубые глаза, полные любви и добра ко всему сущему, стали смолистого цвета, радужка как-будто уходило глубоко внутрь, и, когда смотрешь на нее, то ощущение испепеляющей бездны не оставляет тебя. Ломанные, угловатые движения тела; громкое и огненно горячее дыхание; оскал, оголяющий острые конусовидные клыки и плоские острые, как бритва, передние зубы; взлохмаченные мокрые волосы искристого цвета; длинные напряженные кисти рук, как-будто, пытающиеся сломать воздух и само пространство -- он был весь напряжен и скован гневом. Стоял так, словно, вот-вот набросится на меня и разорвёт на куски, распорит своими ногтями мне живот, начнет вытягивать кишки, как дети, открывающие свой подарок, разбрасывают ленты в стороны, достанет мой желудок и сожмет его так сильно, что орган лопнет и обрызгат все вокруг желчной кислотой, мой друг будет выскабливать мои органы отслаевая их от стенок тела с невероятной силой, и, в конце-концов, прорезав рукой через живот путь к горлу, вырвет мне глотку с болтающимся внутри языком. Страх проникал глубоко в тело, заставляя в панике бегать глазами по комнате. Он сделал ко мне всего шаг, как я почувствовал тепло и даже небольшое жжение в облости головы, в глазах потемнело, а тело обмякло и, как половая тряпка, упало на дощатый пол. После того, как я думал, что уже отправился на тот свет, я очнулся. Он стоял передо мной. Торс был прикрыт плотным фартуком болотного цвета, на ногах были шорты до колена. Я хотел было подойти к нему и рассказать все, но конечности были не подвижны, а язык не хотел двигаться из-за опухлрсти и отёка. Он стоял неподвижно, а взгляд был не от мира всего, где-то глубоко в мыслях, бездонный и, на первый взгляд, лишенный смысла. Как тряпичная кукла, мой друг повернулся боком ко мне и отправился куда-то вне зоне досягаемости моих глаз. Комната была большой и пустой, судя по-всему, я находился в каком-то промышленном здание. Серые стены, большие окна закрытые черным плотным целлофаном с помощью обычного скотча. Вокруг была пыль и немного строительного мусора. Спустя пару минут мой друг вернулся обратно. В его руках была сложенная тонкая и плотная веревка, а так же канцелярский нож. Он медленно подошел ко мне, его шаги были размеренными, внушающие смирение и подчинение, сам же выглядел властный и пугающе манящем. ****