Горы битого счастья

Ярику кажется, что мир разлетается на куски. Он знает, что это не так — разрывает разве что его сердце, да и то метафорично. Но больно по-настоящему. — Ты чего? — Саша чуть сводит брови и дребезжит ложкой в чашке с кофе, — Расстроился что ли? Ярик знает, что Саша не любит, когда кто-то из друзей расстраивается, потому что это становится его проблемой… Ярик, наверное, может сделать над собой усилие, и изобразить, что ему похуй. Но в этот момент ему плевать на проблемы Саши. — Ну что ты, мне очень нравится, когда мне заявляют, что трахаться со мной было приятно, но теперь нашли кого-то получше, поэтому нам пора перестать. — Ярик. Это совсем не то, что я сказал… — Я тебя люблю. Ярик бросает это коротко и резко, словно пощечину. Саша вздрагивает, явно ощущая её на щеке, и отводит взгляд. Чайная ложечка выпадает у него из пальцев. — Мне жаль… Ты знаешь, что нравишься мне. Просто не так. — Не так, как она? — Не так сильно, как я тебе, — наконец, отвечает Саша. Забытый кофе остывает на столе. На шее Ярика всё ещё заметны засосы. Хочется стереть с себя сразу всю кожу, потому что и касания, и поцелуи покрывают его, кажется, с ног до головы. — Ты же понимаешь, мне просто нравится быть особенным для кого-то. Ты видел меня, когда никто ещё не замечал. Это неправильно. Несправедливо. Ты достоин самого лучшего. — Я не хочу лучшего, я хочу тебя, — Ярик подскакивает, хватает несчастную чашку и запускает её в сторону раковины. Коричневая волна неопрятной лужой оседает на полу и тумбе, кружка с оглушительным треском разлетается на куски. Саша поджимает губы, делает глубокий вздох, пытаясь не заорать на него в ответ. Потом резко поднимается, смотря в стену мимо Ярика. — Думаю, тебе пора. На Сапсан опоздаешь, — коротко сообщает Ярик сквозь зубы. — Извини, провожать не буду, надо на кухне убраться. — Хорошо. Потом поговорим, — Саша аккуратно переступает через лужу и уходит в коридор. Ярик специально включает воду погромче, чтобы не слышать, как хлопнет дверь. Он перебирает острые осколки, собирает их руками, зачем-то моет и бережно складывает в кучку, как будто тут что-то ещё можно починить. И не знает, что Саша, закрыв дверь за собой, на несколько минут прижимается к ней лбом, уговаривая себя, что поступает правильно, и почти бесшумно выдыхает: — Я никогда не был тебя достоин.