Слишком высок соблазн

Тихий, равномерный звук низкого каблука по плитке разрезал тишину. Цок-цок.. Очаровательный юноша неспешным шагом идёт по длинному и пустому коридору в одну из самых последних камер, а на пальце он смело крутит ключ, тихо напевая песенку под нос. И вот, быстро и непозволительно смело открывая комнату, дабы проверить недавно найдено чудо, седьмой вдруг чувствует, что во что-то вляпался. Или в кого-то? Не знаю. Хмурясь, он смотрит вниз, обнаруживая какую-то клейкую массу тёмно-синего цвета. Или светло. Какого это вообще цвета? Да и не важно, освещение тут странное. Кто знает, может это нечто вообще прозрачное? А вот пока Ромео решил подумать, допуская огромную ошибку, пятнышко времени зря не теряет. От туда быстро вытягиваются небольшие щупальца и тянуться к ручке. Седьмой округлил глаза, мигом рванув в открытой двери, однако, не об этом надо беспокоиться. Существо само запирает дверь, вызывая недоумение у юноши, однако, на этом действия не заканчиваются. Щупальца, что правильнее будет назвать тентаклями, уже нагло обхватывают учёного как снизу, так и сверху. Это Ромео понял, когда всё таки додумался поднять голову и понять, что он окружён лужицами этой массы со всех сторон. Но сейчас уже не до этого. Сейчас его крайне напрягала тентакля, к сожалению, не самая маленькая, что прямо сейчас ползла снизу вверх по нему, пока особи поменьше поднимали его руки наверх, скрещивая их. Стоило ему приоткрыть рот, желая прикрикнуть на существо, которое, как стало известно из опытов, не любит громкие крики, как его рот сразу же заткнули этой же самой тентаклей! Возмутительно! Более того, сразу после последовали толчки. И тут романтика, вновь округлившего глаза, осенило, что тут, мать вашу, происходит. Попытки выбраться стали активнее, к сожалению, точно так же, как хватка и темп щупалец, и быстрее чем планировал, юноша сдался. Сейчас целью уже стало не задохнуться, потому что тентакля, видимо, напрочь забыла, или вовсе и не знает, что люди нуждаются в кислороде, причём не в маленьком количестве, а потому она остервенело вдалбливалась в ротик Ромочки, и была бы поменьше, точно бы пролезла в глотку. Седьмому лишь оставалось лишь хрипеть, закатывая наверх глаза и сдвигая коленки вместе. Черт, слишком будоражит. Он, по сути своей, был человеком с нетрадиционной ориентацией, да и к тому же, разврата в нём было также не мало, а потому подобные картины не раз всплывали у него в голове. Правда, обычно он был в роли тентаклей, а не в роли жертвы.. В любом из случаев, член вскоре стал наливаться кровью, желая выбраться из ткани и избавиться от лишней жидкости в организме, чем, собственно, и привлек внимание тентаклей, ибо те стремительно полезли в шорты червовому, разум которого уже конкретно помутнел. И вот, в рот раздаётся пару сильных толчков, а после Ромео чувствует на своём языке массу, по вкусу напоминающая что-то слабо сладкое, и при том почти безвкусное. Возможности сплюнуть не было, ибо щупальца уже лениво, но продолжила толкаться в глотку, запихивая и часть вязкой массы, а потому, плевав на своё желание, он послушно всё проглатывает. И о боги, рот свободен! Но нет. Кареглазый не кричит, моля о помощи. Сознание поплыло окончательно, а потому он лишь делает лёгкий толчок бёдрами навстречу тентаклям, что никак не могли справиться не с ширинкой, не с пуговицей. —Я сам.. —Прошептал парниша разумному существу, что мигом ослабила хватку, а потому он поспешил расстегнуть и стянуть лишнюю одежду. Вышло криво и косо, но вряд ли кому-то есть до этого дело. Существо аккуратно стало обволакивать член Ромео, что зажмурился, откинув голову назад и глухо промычал. Никогда он ещё не был настолько чувствительным. Скорее всего, действие какого-то феромона, что выпускало существо. Не суть. Кареглазка вновь чуть качает бёдрами, неловко изгибаясь в спине из-за двух тентаклей, что уже елозили у ягодиц. После добавилась ещё пара, совсем тоненьких. Они то и стали первыми исследователями анального отверстия Ромео. Активно ползая там, изучая едва ли не каждый уголок, заодно смазывая его. Седьмому же оставалось лишь глухо постанывать, то жмурясь, то закатывая глаза. Холод тентаклей лишь добавлял больше чувств, буквально заставляя растечься прям там, судорожно глотая ртом воздух и извиваясь. Минуты две, пожалуй, тентакли весьма медленно, но верно подготавливали червового к испытанию, пока тот буквально молился, что бы всё началось. И вот, он чувствует как пара каких-то щупалец, уже потолще прошлых, аккуратно "ухватывается" за сфинктера, раздвигая его в стороны. Рома непонимающе изогнул бровь, чуть морщась из-за резкого потока холодного воздуха, обернувшись и тут же округлив глаза. Чëрт возьми, да если это войдёт в него, он тут так и сдохнет! Однако, несмотря на испуг седьмого, тентакля очень больших размеров, быстрым толчком вошла в парня, заставляя того болезненно вскрикнуть, жмурясь и дëргаясь. Существо явно не было довольно таким, сжимая запястья крепче, и делая очередной толчок, вызывая у того довольно звонкий стон. Он откинул голову, чуть всхлипнув и закатывая глаза, уже стараясь расслабиться. Было больно, но ведь тентакля не остановиться, так что придëтся справляться с данной проблемой самому. Очередной толчок. Опять все мысли разлетаются как стопка бумаг на ветру, а тело судорожно, но так красиво выгибается. Ромео буквально заглатывает воздух, чуть дрожа, ощущая в это время очередные толчки набирают темп, каждый, каждый грëбанный раз задевая простату! Может у них это что-то по типу рефлекса, он точно не знал, однако, одно ему было известно: это приятно. Несмотря на боль из-за слабой подготовки, это чертовски приятно! Седьмой чувствует, что его уже буквально втрахивают до звëздочек в глазах, до выгибания и хруста спины. Если бы он был у какой-то поверхности, то синяки и ссадины были бы точно. Очередной толчок, сопровождаемый особо громким стоном, и Ромео излился, чувствуя, как параллельно его нутро начинает заполняться чем-то тёплым и до жути липким. Он томно вздыхает, пока тентакли аккуратно опускают его на пол. На дрожащих ногах седьмой хоть как-то попытался вычистить из себя чужое семя, а после на таких же ногах пошёл на выход, сглатывая. Он сюда вернётся. Ещё как вернëтся. И не раз..