Я попал в тело мальчика, чтобы спасти его от бед и разрушить нечайно мечты

      Гор заметно волновался перед собранием. Среди клана нашли ещё пятерых предателей. Если Гор с такой статистикой выиграет — это будет настоящим чудом.       Он обнял Бенну на прощание и пошёл на суд, я пришёл чуть позднее, но не последний, к счастью. Я занял место рядом с Кефером. Кефер стоял там же, где и Собек когда-то и был серьезно настроен, но точный читатель эмоций сказал бы, что он волнуется и причем очень сильно.       — Суд по делу предательства клана открыт! — громогласно сказала Маат. Началось… — Выдвигается обвинение в предательстве Золотого царства несколькими членами клана Бедхетского. Обвиняемый, Вы признаете вину?       — Нет. Я, как глава клана, был в неведении. О выездах из царства не были предоставлены документы. Мой помощник уже задержан за скрытие информации. Хондо до сих пор не пойман, но также его въезда не было обнаружено. Остальные четверо найдены, обвиняются в соучастии, проверка клана ещё не окончена на все 100%.       — Проверка должна была быть окончена до суда, — упрекнул Сет. — Или вы там все готовы к казни?       — Кровь невиновных клана не прольётся сегодня и никогда. Я даю точные показания насчет того, что клан имеет, к сожалению, предателей, но остальная часть верна испокон веков Золотому царству и его правителям, — ни слова о помиловании, ни мольб о пощаде, только показания, всё четко и точно, твердость слова видна.       — Доказательства, Гор! — сказала Маат.       В эту же минуту к Кеферу подбежал молодой парень с чертами вороны и дал ему бумагу. Это была статистика клана.       — Клан не виновен, — сказал Кефер после минутного молчания. Статистика и впрямь была положительной, но при всем этом красная полоска на зеленой диаграмме была ужасной. — Казнь состоится над семьями предателей, а наблюдение за кланом ужесточится.       Гор был в какой-то степени рад этому, но противоположная сторона его огорчала. Он стал спокойнее, менее напряженным, мне даже показалось, что у него промелькнула мимолетная улыбка.       — Приговор: казнь семей предателей, ужесточенное наблюдение над кланом. Суд над кланом Бедхетским объявляется закрытым, — выговор вынесен. Я поспешил побыстрее пересечься с Гором.       Я словно пуля вылетел из зала суда и осмотрел коридор. Где-то вдали шел советник, а рядом с ним Кефер, я поспешил за ними, но те завернули за угол, что могло плохо сказаться для моих целей. Я тихо поспешил за ними и резко остановился, ведь у тех завязался разговор.       — Кефер, это немыслимо. Из-за такого дерьма всё начинает падать под откос. Прошло около 40 лет с момента последнего предательства. Почему снова? Что я сделал не так, чтобы они все страдали?       — Гор, прийди в себя в конце концов. Тебе ещё на казнь идти. Ты там совсем вырубишься от стресса.       — Я не смогу их отпустить…       — Сможешь. Ты все сможешь, пошли, Осирис даст тебе выпить успокоительное и мы пойдём.       Я не могу их бросить одних. Я пойду с ними. Развернувшись, я нашел наконец-то глазами солдата и подошел к нему.       — Где будет проходить казнь предателей? — на что он молча повел меня к тому месту. В закрытом помещении, зловещем и мрачном, освещением были лишь факела. Пока никого не привели, поэтому я поспешно спрятался за полуразрушенную стену, где остался сидеть до конца.       Первыми пришли Кефер и Гор. Последний был потрепанный, перепуганный, вспотевший от страха. Не каждый день ты ходишь на казни и смотришь на родных тебе людей без голов.       Во встроенную стену тюрьму завели людей. Их было около 18 человек разного возраста. Первых оттуда вывели мужчину в расцвете сил, женщину его лет и взрослого парня. Под гнетом солдат из обрушили на колени. Женщина тихо плакала, пусть это было и незаметно. Глава клана подошел к ним, поцеловал в лоб женщину, что-то утешающее шепнул, потрепал парня по волосам и отошёл.       Палач подвел к бревну мужчину и положил головой на него.       — Советник главы клана, Аташи, приговаривается к казни, — произнес солдат и топор вознесся над мужчиной. Голова покатилась по песку, брызжа кровью. Палач за волосы выкинул голову в корзину, а тело оттащили в сторону. — Жена советника главы клана, Нефертити, приговаривается к казни, — рыдающую женщину поднесли к тому же месту и оставили без головы. — Сын советника главы клана, Хемен, приговаривается к казни, — парень мужественно лег под топор и принял свою смерть. Тела их семью лежали в куче рядом со мной. Запах крови бил по ноздрям и вызывал рвоту, но я держался.       Следующую вывели супружескую пару. Это были молодые парень и девушка. Их имена тоже громогласно приговорили к смерти, головы кинули в корзины, а тела в кучу. Гор лишь обнял девушку и вновь ушел на место. Он был готов прощаться со всеми, кроме предателей. Их он обходил стороной.       Ещё хуже вышло, когда перед ними вышла большая семья из супругов, старушки, мальчика, которому было максимум 10 лет, и совсем младенца. С ними пернатый тоже попрощался, но вот женщина слёзно просила пощадить детей, да пусть хотя бы младенца, но советник лишь судорожно просил прощения и мотал головой.       Я впервые за такое время заплакал, когда по комнате разразился плач младенца и казнили детей. Это было ужасно.       Четвертая была также из двух детей, но уже постарше. Старшая дочь была подростком, а младший ребенком дошкольного возраста. Девушка уподобилась сыну советника Гора и гордо приняла смерть.       Пятая семья была уже с одним ребенком. Точнее, должна была быть… Женщина была беременная. Из тоже казнили. Из всех казнили без сожаления.       Вдруг в помещение, где уже Гор готов был сам лечь под топор вбежала его гувернантка. Вся напуганная, взлохмаченная, плачущая и уставшая она упала в ноги Гору на колени и, схватившись за полы схенти, стала слезно причитать.       — Понятнее! Говори понятнее! — сказал строго Гор.       — Бенну похитили… Мумии.       Я был уверен перед глазами Гора пролетела жизнь, а он сам перепугался до такой степени, что вылетел буквально в считанные секунды, Кефер — за ним, а я — в пригонку.       Уже на улице я типо случайно встретился с ними и спросил:       — Вы слышали? — Гор кивнул, Кефер пошел за ним, а я — опять за ними. Но Кефер остановил своего советника и сказал:       — Нам нужен план. Абсолютный план.       — Слушаю, — сказал советник.       — Я тебе что ли генератор? Думать надо! — строго ответил Гор.       — А мы можем создать для них иллюзию, — сказал я. Вспоминай Леончик план. — Им нужен я. Я спокойно выйду, поболтаю с ним пару минут, а Гиксос вылетит с Рамзесов в виде Бенну и, пока они будут все заняты ими, мы будем вызволять настоящую Бенну.       — Зато сын у тебя походу генератор, — сказал с усмешкой Гор.       — Да, генератор, а чо? Не нравится? — отшутился я и мы принялись за осуществление плана.

***

      Я вышел навстречу Эксатону в окружении стражи. Я был серьёзно настроен, потому что самому мне было очень страшно за девочку.       — Возвращай Бенну, я здесь, — сказал первое я.       — Только после присяги Темному царству.       — Где гарантии? Ты же сам говорил, что шакалам доверять нельзя. А ты шакалье отродье, знаешь ли, — съязвил я и прикрылся от взрыва.       — Они похитили её! — воскликнул Эксатон. — В погоню!       В дыму я забежал за скалу и был подобран своими старшими друзьями. Гор гнал на всей скорости, как можно скорее. По плану мы залетели внутрь помещения, после чего я выпрыгнул и увеличил скорость, чтобы добраться до камеры первым.       Как только я открыл дверь, то увидел Хондо, сидящего в противоположной стороне от выхода. Он приставил к горлу Бенну нож и сказал:       — Я вас заждался… — он пнул Бенну и встал. — Забирай скорей и бегите. Они быстро поймут, что к чему.       Я недоверчиво покосился на него, схватил девочку и побежал. Та была до смерти перепуганная, как и её отец. Я выбрался наружу, пока там горе-папаши оборонялись, я посадил её на аппарат и оповестил их. Мы уселись на него, кроме Гора, он очищал нам по факту путь, но прибывшему Эксатону это не понравилось. Он взорвал нашу леталку, к счастью, мы спаслись. Кефер и Эксатон продолжили биться наверху, а я защищать Бенну.       Моим противником был не Карнак, как у Лео, а Хондо.       — Что ж… Посмотрим чему ты научился, Алекс, — он размял кулаки и был готов принять бой, как вдруг его схватил дядя и впечатал в стену с такой животной ненавистью, что там могли бы остаться лишь кишки. Я вспомнил о пульте управления и вырубил его потоком энергии. Лифты начали шататься истремительно падать, но мы смогли спастись.

***

      Радости Гора нельзя было передать. Он прижимал своё дитя к себе настолько сильно, что, казалось, Бенну, не теряя пофигистичного взгляда, будет раздавлена.       — Это называется отцовская любовь, — сказал Кефер и потрепал меня. — Ты молодец, что быстро генерировал план спасения. Я горжусь тобой.       Вот тут-то я заплакал, закрывая рот рукой. Он гордится мной? Гордится? Я… Я так счастлив! Так счастлив!       Потом я чувствовал тепло груди мужчины, который меня обнял, а я ответил тем же. Так вот какой должен быть настоящий отец…