Imagine. Клуб Романтики

Каин пришел слишком поздно, чтобы вести бессмысленные разговоры. Ночь давно зажгла небо мириадами звезд, оттеснив серые облака, но на несколько — ощутимо — градусов остудила воздух. Ветер тоже стих, и твоих ушей касался лишь легкий шелест его белоснежных перьев. В полумраке выделенной тебе комнаты вы лежали вдвоем, чуть укрыв ноги одеялом. Ты — к ангелу спиной. Его белое крыло мягко касалось тебя, а пальцы блуждали по линиям мышц от плеча до кисти. Ты не могла — не хотела — засыпать одна: стоило закрыть глаза, тебя одолевали кошмарные сны. — Ты вся скована, как будто все еще бьешься с отродьями, — его дыхание коснулось твоей шеи. — Расслабься, — он прошептал, и его голос звучал скорее как приказ, но в нем была нежность. — Позволь мне позаботиться о тебе. Засыпай. Его крыло расправилось шире, накрывая тебя словно живой щит. Рука соскользнула с твоей руки к животу, обвела пупок, нырнула под резинку свободных штанов, пальцы отодвинули ткань трусиков. Его дыхание замерло на секунду, а затем стало глубже. Его движения были бесконечно медленными и точными. Пальцы нашли клитор, начав водить по нему легкими, круговыми движениями, мягко скользить по половым губам, собирая влагу. Каин чувствовал, как ты постепенно расслабляешься под его прикосновениями, как твое дыхание рвется. — Вот так, — его шепот был едва слышен, словно колыбельная. — Как ты хочешь, чтобы я.? — Может, позовешь своего брата? Уверена, вдвоем вы сможете выбить из меня последние силы, чтобы я спала, как убитая, — слова прозвучали тихо, первые — даже немного неуверенно. Но вскоре ударили, словно пощечина. В комнате повисло молчание. Но меньше, чем через секунду Каин развернул тебя на спину и навис сверху. Его голубые глаза потемнели, зрачки сузились до спичечных головок. В них вспыхнул тот самый красный свет — неконтролируемый, пугающий. — Что? — выдавил ангел хрипло. Его пальцы сгребли простынь рядом с твоей головой и сжались в кулаки. — Повтори. — голос его вибрировал. Так и не дождавшись ответа, Каин резко отстранился и встал с кровати. Губы его были сжаты плотно, желваки играли. На плечах повисла расстегнутая рубашка. Но ты вдруг рассмеялась — громко, даже очень, истерично. Это вогнало ангела в недоумение. — Вот теперь ты понимаешь, что я чувствую? Когда ты уходишь от Лэйн ночью. Когда ты смотришь на нее слишком долго. Когда пропадаешь с ней днями, — и, помедлив, но не сводя с него глаз, добавила. — Ну, как тебе? Больно? Зажав двумя пальцами переносицу, Каин на мгновение прикрыл глаза. Жар полностью покинул его тело, однако дыхание восстановить не удавалось. Гнев не погас, но фокус его сместился — на самого себя. Ангел покачал головой, и уголок его рта дрогнул в чем-то, отдаленно напоминающем горькую усмешку. А когда он открыл глаза, в них уже не было того пламени, что прожигало до души. — Когда они терзали меня, ты защищал ее, — произнесла ты, приподнявшись на локтях и глядя на него все еще с вызовом, и твои слова будто резанули Каина по ушам. — Последние ночи я просыпаюсь не от отродий, готовых сожрать меня, а он ее взгляда. От того, как она смотрит на тебя, а ты отвечаешь! — Ты знаешь, что у меня приказ защищать Лэйн. То, что было между ним и Лэйн поддавалось лишь одному объяснению, но Каин не спешил открывать свои знания никому. Эта правда принадлежала не только ему и могла бы повернуть ход событий кардинально — такое допустить нельзя. Да, между ним и криптографом была связь, и намного сильнее и глубже, чем можно было подумать. Но никогда… — … никогда я не позволял себе думать о ней так, как о тебе, Т/И, — предугадывая твою дальнейшую реплику, на выдохе произнес ангел. Его глаза снова встретились с твоими, и в них не было ни лжи, ни уклонения. Однако ты не могла почувствовать то, что на самом деле творилось у него внутри в сию секунду. Двойная вина обожгла Каина под ребрами. — Она ничего для меня не значит. Я сразу рванул к тебе, как только передал Лэйн генералу. Говорил он медленно, будто тщательно подбирая слова — на деле же размеренный темп позволял ему окончательно прийти в себя и собраться с мыслями. Ты же молчала, и это терзало ангела. Он помнил тот испуг, что ты испытала, пусть и на долю секунды, когда его глаза вспыхнули. Ты уже видела его в том состоянии, когда ангел терял контроль — в животном, безразборном, необузданном гневе. Каин никогда не говорил тебе, но именно ты — то земное, что позволяло ему среди этого хаоса не потерять себя, не сжечь ту человечность, которую он приобрел за годы службы в церкви среди простых смертных. Не превратиться в монстра, так страстно ждущего от ангела слабости, чтобы схватить его за горло и завладеть телом. От его глаз не укрылась дрожь в твоем теле. Как некрепко держали тебя руки, как вздымалась грудь, как пульсировала венка на шее. — Веришь мне? — сделав несколько шагов, Каин вновь оказался у твоих ног и впился пальцами в одеяло, оперевшись на прямые руки. Ты медленно, но без раздумий кивнула. — Верю. Этого хватило, чтобы расстояние между вами окончательно растаяло, и губы ангела смяли твои в смелом, настойчивом поцелуе. Одним плавным, властным движением Каин перевернул тебя на живот и поставив на колени. Его тело нависло над тобой, отбрасывая тень в тусклом свете лампы. Его крылья сомкнулись вокруг, создавая душную пещеру из перьев и тепла. — Ты просила утомить тебя настолько, чтобы вытеснить кошмары, — он напомнил, его губы коснулись твоего уха, обдав кожу раскаленным воздухом. В голосе его прозвучало недовольство слишком открыто. — С этим я справлюсь сам. Одним резким, глубоким толчком вошел в тебя, стянув одежду с обоих ровно настолько, чтобы хватало доступа, и не став тратить время на прелюдии. Он не дал тебе привыкнуть, не был нежен, двигался сразу с жестким, безжалостным ритмом, заставляя твое тело вздрагивать от каждого толчка. — Вот твое лекарство, — просипел Каин. Каждый твой стон сильнее срывал его дыхание. — Чувствуй только меня. Забудь обо всем остальном. Его пальцы впились в твои бедра, оставляя на коже белые отпечатки. Одной рукой ангел сгреб твои волосы, медленно потянул за них, заставляя поднять голову и наслаждаясь громкостью твоего голоса в полной мере. Он и сам не сдерживался — гортанные стоны срывались с его приоткрытых губ. Каин надавали ладонью тебе на поясницу — ты податливо выгнулась сильнее. В следующую секунду его толчок достиг такой глубины, что у тебя перехватило дыхание. Он не давал тебе ни мгновения на передышку. Пот стекал по его вискам. — Устала? — его вопрос прозвучал как вызов. — Я не закончу, пока в тебе не останется ни грамма сил. Ангел замер на мгновение, его грудь тяжело вздымалась за твоей спиной. Затем он медленно, почти неохотно, отпустил твои волосы, позволив голове упасть вперед. Рухнув рядом, потянул тебя на себя, помогая сесть сверху, но не взять власть над ним. Как только ты опустилась на него, его руки впились в твои бедра с такой силой, что на коже сразу же побелели отпечатки его пальцев. С мощным, контролируемым усилием он начал поднимать и опускать тебя, задавая глубокий, быстрый темп. Твой взгляд сверху вниз устремился на мужскую грудь, ноги впивались в его кожу. Распущенные, влажные волосы падали по бокам, а на губах собиралась влага. Пальцами хватает Каина за подбородок, вскидывая его голову. — Я хочу, чтобы ты… — Смотрел на тебя? — перебивает ангел тебя. Он чувствует, как ты приближаешься к финишу, как дрожь медленно одолевает твое тело. — О, Т/И, с удовольствием. Его руки на твоих бедрах сжались еще сильнее, когда капля слюны срывалась с твоей нижней губы, падая ему на грудь. Каин заметил это сразу. Его взгляд, словно под гипнозом, проследовал за каплей, скользящей по его коже. — Я только твой, — он прохрипел, а в легких стало слишком густо, словно воздух выгорел, уступив место вязкому дыму. — Весь. Взгляд ангела был прикован к твоему лицу, к твоим губам, к твоим глазам. Он ждал, сдерживая собственный нарастающий шторм, давая тебе возможность закончить первой. Но хриплый стон сорвался с его губ, стоило тебе вскрикнуть, обмякнув и рухнув на его, и Каин излился следом. Он лежал под тобой, его грудь тяжело вздымалась, а внутри тебя все еще пульсировало последними волнами оргазма. Руки ангела, лежащие на твоих бедрах, ослабли, пальцы лишь слегка касались кожи. Он смотрел на твое лицо, на твои медленно опускающиеся веки. Красный свет в его глазах угас, оставив лишь усталую, холодную синеву. — Спи, — его Каина прозвучал тихо, нежно, в резком контрасте с тем, что было минуту назад. Одна его рука медленно поднялась, и ты почувствовала, как его пальцы осторожно провели по твоей щеке, убирая волосы. — Я здесь. Кошмарам не останется места.