Мой путь в мире чакры

Две объединённые Великие Скрытые Деревни уже несколько дней осаждали Узушио, неся большие потери своих сил в битвах с мастерами печатей, так же именуемыми аловолосыми демонами. Но защиты мастеров фуин-дзюцу разрушаются одна за другой под натиском сил нескольких джинчурики, использующих силу своих биджу, а так же Семёрки Мечников Тумана и Мизукаге с Райкаге. Вскоре Узумаки не смогут уходить за свои барьеры, делая перерывы, восстанавливаясь и потом снова вступая в битву. Узукаге, бывший в первых рядах каждой контратаки при поддержке нескольких из числа своих самых сильных соклановцев вносил опустошение и хаос в ряды армии двух объединённых Деревень. Своими нин-дзюцу и фуин-дзюцу он обрывал жизни сотен опытных шиноби Киригакуре и Кумогакуре. И прижать его не получалось даже совместными усилиями нескольких Мечников и Мизукаге, с которыми он чаще имел дела за эти несколько дней, сходясь в битвах, заставляя воды вокруг главного острова бурлить, словно во время сильного шторма. – Ну ничего, недолго вам осталось… – с уверенностью в голосе, произнёс Третий Райкаге по прозвищу Несокрушимый, смотря на то, как в очередной раз Узукаге отступил, правда на сей раз не без потерь. – Перегруппироваться! – гаркнул Райкаге. – Отойдите к судам и держите оборону до моего возвращения. Ооцору, что слышно о южном острове? – Ситуация патовая, но судя по донесениям, Узумаки готовятся оставить свои позиции. – ответил джонин, к которому обратился Третий Эй. Лидер Кумогакуре лишь кивнул, перед тем как исчезнуть во вспышке нескольких ударивших с неба молний.

***

(Южный остров) – Шевелитесь! Они наступают! – звучали выкрики командиров, последних отплывающих кораблей. Совсем недавно горизонт со стороны нахождения ставки противника расчертили молнии, после чего по докладам разведчиков сенсоров начались активные шевеления и подготовка. – Дурной знак… – с высоты опыта рассудил Гокуто Узумаки. – Ориацу-сама, Гокуто-сама… – хотел окликнуть своих лидеров один из шиноби. – Мы остаёмся и задержим их, чтобы вы смогли удалиться на достаточное расстояние. После сами отступим. – ответил обладатель приметной для многих артефактной катаны. – Не решай за нас двоих, мужлан! – воскликнула мастер печатей и обладательница цепей чакры. – Ожидаемо. – фыркнул мастер меча. – В прямой бой после недавней стычки не полезешь. Что же, я и сам тут справлюсь, а ты прикрывай наших на случай, если я кого-то пропущу. – С чего ты взял, что я так же, как и ты, не собираюсь перед отступлением забрать на тот свет побольше врагов?! – вспылила Ориацу. – Да и тебя прикрывать постоянно надо… Гокуто только закатил глаза на это. Может он и вступил бы в словесную перепалку с подругой, но дурное предчувствие не давало покоя. Корабли отплыли, отблески молний освещали землю, грянул гром, с небес пролились первые капли дождя. Два небезызвестных шиноби великого клана Узумаки выступили навстречу опасности. Им не привыкать сталкиваться с угрозами лицом к лицу, по крайней мере Гокуто точно. Завязался ожесточённый бой. Дуэту аловолосых не требовалась поддержка чья-то, кроме как самих себя. Мастер клинка крошил врагов показывая всё своё мастерство, вплоть до того, что попросту разрубал техники, нарушая конструкты чакы благодаря сложно структурированным техникам кен-дзюцу. А мастер фуин прикрывала, используя богатейший арсенал печатей, от чего приспособиться и предугадать дальнейший шаг противницы не представлялось возможным. Казалось, бесконечно возникающие барьеры, цепи чакры и печати, в купе с непревзойдённым мастерством и наилучшей амуницией и оружием, а так же идеальная командная работа обеспечивали бесспорную победу Узумаки… и это было так, но лишь в перспективе. Шиноби Кумо и Кири знали с кем сражаются, а потому старались не лезть слишком близко, постоянно сменяя друг друга и постепенно истощая силы двух прославленных Узумаки. У аловолосых конечно изначально целью было лишь сдерживание, но то, что противники действуют не столь хитро, настораживало. Конечно, с ними двумя кроме как имея превосходство в силе, тягаться сложно, но ведь противники и не пытались обойти их, будто создавая заслон со всех сторон. Это походило на план, но ведь и так ясно, что у такого мастера печатей, как пятидесятилетней Ориацу Узумаки, впрочем, выглядящей моложе своих лет, должен быть способ, а то и не один, вырваться даже из окружения, предварительно закрывшись каким-нибудь прочным барьером, обеспечивая себя спокойную обстановку для подготовки чего угодно. Куда более предсказуемо, если бы часть сил бросилась в обход и вдогонку эвакуирующимся, но Ориацу пока не получила не единого оповещения от сигнальных печатей, ни земных, не водных, что могли засечь корабли. Впрочем, долго размышлять не было времени, противники грамотно пытались додавливать их, да и наконец случилось то, о чём предупреждала элитных шиноби наработанная годами интуиция. В землю всего в десятке метров от Гокуто ударила яркая молния, разметав размокшую от проливного дождя землю, а после к мечнику устремилась крупная фигура, покрытая извивающимися молниями. Скорость Третьего Райкаге была слишком велика, чтобы успевать реагировать. Но Узумаки предугадывая наступление угрозы, смогли принять меры на опережение. Наперерез уже летели цепи чакры, а земля как полсекунды была усеяна сплошными узорами различных фуин. Мечник в манёвре рывка с траектории атаки совершил комбинированный контрудар, избежать который имели шансы разве что элитные джонины и шиноби уровня Каге. К несчастью для Узумаки, Третий Эй был лишком силён. Наспех выставленные барьеры тот будто и не заметил, как и парализирующие конструкты. Техника кен-дзюцу бессильно разбилась о врага. На не считать же за полноценный урон разрезанную одежду и несколько царапин? А вот цепи чакры имели все шансы ослабить противника, прервав действие покрова из молний. Но и здесь всё пошло прахом. Не зря Третий Райаге считался сильнейшим за всю историю Кумогакуре и носил прозвище Несокрушимый. Будь Узумаки подготовленнее, их планы могли сработать, но не сейчас. Несущиеся в его сторону цепи Райкаге перехватил, будто только этого и ожидая, после чего со всей силой дёрну их. Не успевшая среагировать Ориацу не отменила технику цепей, из-за чего полетела по направлению к объятой молниями фигуре. Единственное, что успела женщина, взвести в активное состояние все защитные печати. Мощнейший удар кулака Райкаге пришёлся на многослойную защиту из чакры. Над полем боя раздался просто таки громовой грохот от силы удара, проломившей словно лопнувшие барьеры в миг барьеры. Изломанное тело женщины с невероятной скоростью рассекло воздух, в полёте снося деревья. Райкаге же тоже досталось, пусть и далеко не столь болезненно. Ответный импульс оттолкнул того, заставляя пропахивать ногами борозды в земле. Гокуто хотел помочь, но остальные силы противника не стояли в стороне, а сделали всё, чтобы не дать Узумаки помешать их одному из двух лидеров объединённой армии. – Кен-дзюцу. Секретный приём… Рассечение Реальности! – пронеслось в голове мастера меча наименование чего-то вроде запретной техники. И так выносливое и сильное физически тело Узумаки поддерживалось техниками разгонки чакры и одномоментного выхода за пределы, что сильно напоминало подготовку профессиональных самураев. Но для используемой техники Гокуто буквально вскрыл все резервы, используя всю доступную чакру и травмируя свой организм, рвя мышцы и ломая кости, исполнил приём запредельной сложности. Он потеряет возможность сражаться, но возможно убьёт или неимоверно сильно травмирует врага, а это дорогого стоит, учитывая кто перед ним. Удар, тонкий концентрированный чакровой слеш, созданный благодаря порче организма и оружия, прошёлся сквозь всех шиноби, стоящих между Гокуто и Эем. Если бы была возможность рассмотреть всё в деталях, то можно было бы заметить, что от концентрации пространство буквально искажается и не воспринимает преград. Неминуемый, казалось бы удар мог и вправду нанести непоправимый урон Эю… но не достиг своей цели. Поляну осветили новые ударившие в землю, а точнее в фигуру Райкаге молнии. Техника унесла владельца в безопасное место. Ещё до того, как осознание добралось до мозга мечника, молнии ударили снова, буквально за спиной мужчины Узумаки, а после следовал лишь конец... Расправившись с одним, следовало проверить, не померла ли первая противница, отправленная в полёт. И на удивление, та была жива, и даже в сознании, но сражаться продолжить прославленная женщина не сможет. Кумовцы и кринины стояли поодаль, поражаясь такой живучести и не решались предпринять каких-либо действий. Изломанное, окровавленное тело пестрило неестественно вывернутыми конечностями и торчащими наружу костями, но ещё было живо. Да и холодный безразличный взгляд как у всё ещё способного разорвать неосторожную жертву хищника, останавливал. – Чего вы ждёте? – послышался тяжёлый голос Райкаге, тоже прошедшегося вдоль линии полёта недавней противницы. Несколько шиноби попытались резко сократить дистанцию, но их тела сперва замерли в оболочке барьера, после чего буквально разворотило. Эй действовал резко, оказавшись вплотную к барьеру и техникой молнии снес перегрузил преграду. – Даже в таком состоянии смогла унести жизни наших шиноби… ваша сила и возможности и вправду ужасают. – смотря прямо в глаза Ориацу, проговорил Эй. – Вы там, пошевеливайтесь! – крикнул он уже стоящим позади шиноби, сам развернувшись. От того Эй не увидел огонёк безумства в глазах поверженной противницы и расползшейся на лице той кровожадной ухмылки. От фигуры Узумаки ударила волна света, по крайней мере так казалось. Райкаге на инстинктах взвёл чакру в теле, молнии объяли его фигуру, но использовать подобие пространственной техники он не смог. Оказывается здесь стоял ещё барьер, блокирующий подобные манипуляции. Но ещё до того, как осознание добралось до Эя, тот уже среагировал и уносил своё тело назад. – Это было близко… – поражённо подумал Райкаге, лишь благодаря удаче и непревзойдённой реакции с немыслимой скоростью, едва уйти из зоны поражения посмертной техники. Волна разрослась во все стороны на довольно значительную площадь, поразив около полутора десятка находящихся вблизи шиноби. Округу огласил нечеловеческий крик, шиноби, чьи фигуры, как успел заметить лидер Кумо, растерзало, в неясные образы, после чего пузырь техники так же резко схлопнулся по направлению к телу Узумаки Ориацу. Уже мёртвое тело с перекошенной неестественной улыбкой на лице и остекленевшим взглядом некогда красивых изумрудных глаз, на глазах начало будто усыхать, пока вовсе не начало осыпаться прахом. Было ли это следствием запечатывающей техники последнего удара или защитной системой по уничтожению тел как раз на случай смерти, Райкаге не знал. Эй лишь понял, что за неполные десять минут сперва чуть не получил серьёзную травму, а затем чуть не был запечатан. Интуиция так и сигнализировала о том, что он был слишком близок к краю. Проклятый клан аловолосых демонов в очередной раз сумел поразить даже такого человека как Третий Райкаге…

***

(Главный остров Узушио, спустя какое-то время) – Чёрт! Их слишком много. Да чтоб их всех подрал Шинигами! – бесновался Акира Узумаки, потерявший в последней контратаке двух своих лучших друзей. Остальные элитные силы Узушио пребывали в похожем состоянии, уже успев потерять своих друзей, соратников, а кто и родню. Слишком многое отнимает война. А желание врагов заполучить знания великого клана заставило тех даже объединиться для достижения общей цели. – Почему Коноха не отвечает?! Почему наши союзники не пришли нам на помощь?! – всё ещё на эмоциях, выпалила Узумаки Акико. – Даже если до них дошло послание, подготовить ответный удар, способный оттолкнуть силы Кири и Кумо, они за несколько дней точно не успеют. – высказался более спокойный Узумаки Набору, чьё состояние было лишь хрупкой оболочкой, сдерживающей просто океан злости, гнева и ярости. – Да даже если так. Они могли бы хотя бы помочь с эвакуацией. – продолжала Акико. – Уж на этот счёт они могли что-нибудь придумать. – Хватит. – спокойный голос лидера вмиг прервал разговоры своих подопечных. – Сейчас важно не это, а то, как нам в данный момент противостоять угрозе. Барьеры скоро не выдержат и враги прорвутся к нам. – Может использовать часть масок с запечатанными сильнейшими демонами? Это хорошо потрепает их, несмотря на численный перевес. – внёс предложение Сэдэо. – Нет. – снова всё так же спокойно ответил Узукаге. – Это оставим на самый крайний случай. Они попросту могут обернуться против нас. – Узукаге-сама! – послышался голос быстро приближающегося шиноби. – Узукаге-сама, Коноха прислала ответ. Они готовы помочь с эвакуацией. Их силы уже вблизи наших территорий и предлагают перемещать всех через северный пролив, где концентрация сил противника минимальна. – Хорошо, собирайте людей. Сэдэо, я знаю, что ты пока ещё не готов, но именно тебе предстоит стать новым главой, когда всё это закончиться и вы будете в безопасности. – непоколебимым тоном, нетерпящим возражений, произнёс лидер Узушио. – Я останусь и задержу их насколько смогу, иначе мы рискуем попасть под общий удар и тогда клан Узумаки перестанет существовать. – Но дядя! – послышалось ожидаемое возмущение от Сэдэо. Парень возмущался не только потому, что Узукаге решил пожертвовать собой, оставить их, но и тем, что считал себя недостойным лидерства остатков клана. Он не был готов к такой ответственности. – Я уже всё решил, идите и готовьтесь. – не терпящим возражений тоном высказался лидер аловолосых демонов. – На тебе теперь лежит большая ответственность за выживание нашего клана. Не бойся обращаться за помощью к старейшинам. Я верю, ты сможешь. – с надеждой в голосе и взгляде высказался лидер аловолосых. – А мне тоже следует подготовиться. Иди. – доставая старинный на вид свиток и раскручивая тот на каменной плите оградительной стены деревни, отдал последний приказ своему племяннику Узукаге.

***

Спустя пару часов, почти все приготовления были завершены. Сэдэо, следуя приказу, негодуя внутренне и проклиная всё на свете, был готов выступать навстречу силам союзной Конохогакуре, а Ичиро Узумаки наконец был готов заключить контракт с богом смерти – Шинигами. Сложив длинную серию ручных знаков, лидер Узушио приложил руку к самой большой печати, изображённой на пергаменте древнего свитка. В тот момент он почувствовал формирование частицы силы их покровителя. А когда поднял голову, узрел фигуру Шинигами, возвышающейся над ним и смотрящим сверху вниз на призвавшего его человека. – Я желаю получить силу, которая поможет мне как можно сильнее задержать своих врагов, пока мой клан отступает. – чётко произнёс своё желание в мыслях шиноби. После этого приложенная к свитку рука загорелась белым полупрозрачным огнём. Но тот не обжигал, двинулся дальше, и вскоре полностью объял фигуру красноволосого шиноби. – Один час. – послышался в голове мужчины тяжёлый голос покровителя, заключившего контракт с человеком. Белый огонь впитался в фигуру Ичиро, даруя несравненное ощущение огромной силы. Силуэт растворился, не оставив от себя ничего, словно его тут никогда и не было. Узумаки отдал последний указ о начале эвакуации хранителю, забравшему свиток обратно. – Сегодня воды близ Узушио окрасятся в красный… от крови моих врагов! Лидер аловолосых демонов совершил мощный и длинный прыжок, расколов часть каменной стены, где ранее стоял, в полёте складывая печати для новых нин-дзюцу.

***

Отряды объединённой армии двух Великих Скрытых Деревень перегруппировались и были готовы к очередной попытке пробить щиты, укрывавшие весь остров, как заметили приближающуюся к ним фигуру. Это был Ичиро Узумаки, закончивший серию ручных печатей и сейчас двигался на гребне всё растущей волны. Даже на таком расстоянии шиноби Кири и Кумо почувствовали мощь, исходящую от одного единственного человека. Превосходящую, заполняющую видение сенсоров своей аурой мощь и исходящую злобу по отношению к врагам его клана. Когда волна превысила высоту в тридцати метров, и продолжила расти, строй шиноби дрогнул, и все они, не пытаясь атаковать, постарались скрыться, но Узумаки не собирался позволить уйти хоть кому-то. Мощные водные техники настигали тех, кто сумел выжить после первой атаки. При этом все силы, бросившиеся в атаку на лидера Узушио, решившего в одиночку выйти против всей армии, начали стягиваться в одно место под командованием элитных сил, Мечников Тумана и Каге Деревень. Вот только казалось, что и так монструозные резервы чакры Ичиро стали на порядки больше. Какие бы масштабные техники он не использовал, чакра как будто бы и не уменьшалась. При этом ярость, с которой он использовал нин-дзюцу, всё нарастала. Огромные водовороты, поднявшиеся на десятки метров ввысь водные щупальца, огромные монстры и драконы, состоящие всё из той же стихийной чакры воды, уносили жизни десятков шиноби каждую секунду. Ну а тех, кто сумел хоть немного сблизиться с Узукаге, последний в буквальном смысле рвал голыми руками, используя свой смертоносный стиль тай-дзюцу. Все шиноби, вступающие в бой, использовали нин-дзюцу. Просто невообразимое количество техник летело в Узумаки и словно разбивались о покров из полупрозрачной плёнки, почти не нанося урона. Казалось, что жалкие потуги только ещё больше злят красноволосого демона. Крупные группы вместе с подтянувшимися Мечниками Тумана образовали ударные отряды, чтобы вместе атаковать Узукаге, и это даже сработало. С большими потерями, но им удавалось наносить урон по практически не убиваемому Ичиро Узумаки. Когда был нанесён удар специализированными мощными техниками в область сердца и головы, противники даже немного расслабились, полагая, что с грозным врагом покончено. Как же они ошибались. Узумаки продолжал сражаться и обрушивать град техник, словно у него и нет тех страшных ран. Грудь была пробита насквозь, практически полностью уничтоженное сердце больше не функционировало, а так же повреждение четверти головы, включая часть мозга и правый глаз, всё это никак не мешало заключившему контракт с богом смерти шиноби продолжать уничтожать своих врагов. Ряды противников вновь дрогнули, видя, что их атаки, казалось бы повредившие самые важные части организма не возымели эффекта. Их противник всё так же атаковал, всё чаще бросаясь в ближний бой, нанося удары огромной силы, разрывая грудные клетки или снося головы с плеч. Единственными изменениями было то, что Узумаки выпустил свои ярость и гнев на полную, от чего даже у самых сильных шиноби начали подрагивать колени. Но вперемешку с обжигающей яростью и убийственной жаждой крови, ощущался могильный, пробирающий до самых костей, холод, только ещё больше вселяя страх в сердца шиноби Кумо и Кири. Даже Мечники Тумана, во главе с прибывшим Мизукаге не смогли многого сделать. Наносимые увечья, переломы, разорванные органы, обильное кровотечение, практически не замедлило Узумаки. Вскоре творящийся вокруг ужас и буйство стихий оставило лишь единицы шиноби, способных выжить в этом хаосе. Но и они долго не продержались. Трое Мечников Тумана уже попрощались со своими жизнями, а Мизукаге получил серьёзный удар, отлетев на пару километров с разорванной грудиной, успев в последний момент сформировать защиту водной техникой, чем получил лишь тяжёлые травмы, а не моментальную смерть. Ощутив в один момент огромный концентрат тяжёлой энергии, Ичиро выплеснул в воду под собой колоссальные количества чакры. В этом всплеске было не меньше энергии, чем Узукаге имел в своём нормальном состоянии. Одно движение руки, и огромное водное щупальце, прямо блестящее от огромных объёмов энергии, отбивает бомбу биджу. Тёмный шар по слегка закрученной траектории улетает вверх. Прогремел оглушительный взрыв и над островами Узушио на некоторое время словно воссияло солнце. Вот на что был похож взрыв бомбы биджу. – Суйтон, Подобие Биджу. – мысленно произнёс аловолосый, потрёпанный, но всё ещё частично живой шиноби, вновь выводя тонны чакры из своего организма, всё равно её количество не уменьшается. Из воды перед Восьмихвостым выныривает чудовище поразительно больших размеров, созданное из воды, раскрыв пасть с несколькими громадными зубами. Впившись в прикрывшимся щупальцами биджу, оно погрузилось с ним в воду. – Суйтон, Водная Гидра. – название очередной техники пронеслось в мыслях Ичиро. Теперь уже прямо под огненной Двухвостой кошкой, чья шерсть горела синем пламенем, появляется не таких уж больших размеров голова на длинной вытянутой шее. По первой можно было спутать технику с Водным Драконом, просто несколько больших размеров, но это было не так. Вцепившись в живот Двухвостой, техника начала извергать пар, осушаясь о покров синего огня. Мощный удар когтистой лапой окончательно уничтожает надоедливую кусачую змеиную головешку. Но не успевает вода опасть, как из глубин выныривает две точно таких же головы на таких же длинных шеях. Всё новые удары лап и хвостов, а так же всплески огненного покрова уничтожали головы Гидры, но на месте каждой из них появлялось ещё две, сразу атакуя биджу. Шиноби, нёсший волю Шинигами, начал выводить печати прямо в воздухе, чтобы использовать запретные техники запечатывания, преследуя цель лишить противников их биджу на довольно длительный срок в пару десятков лет минимум. Но закончить ему не дали. Внезапно рядом с красноволосым бледным израненным мужчиной появилась массивная фигура, объятая сияющими синими молниями, и нанесла тяжёлый прямой удар. Узукаге успел поставить тяжёлый блок на одних рефлексах, когда интуиция просигнализировала об опасности, и был отбит на несколько десятков метров. И так потрескавшиеся кости в руке превратились труху, а плоть вмялась. Лишь кровь не вытекала из новой раны, так как уже давно её в организме практически не осталось. Третий Райкаге наконец вступил в бой. Он с неверием смотрел на творимый Ичиро Узумаки ад, а видя что того практически ничто не может остановить, решил вмешаться. Аловолосый демон поднялся, снова полыхнув жаждой крови, сравнимой с таковой у биджу, и бросился вперёд. Райгаке не стоял, а двинулся навстречу, готовясь нанести ещё один удар. Шум взрывов и грохота от встречающихся ударов разносился на многие километры, а вода вокруг острова Узушио поднималась огромными волнами, омывая наполовину разрушенное поселение. Райкаге наносил удар за ударом, но не все из них проходили, так как в один момент скорость Ичиро стала возрастать, пока почти не сравнялась со скоростью лидера шиноби Кумо. Сам же Узумаки несмотря на свою силу не мог нанести вред закалённому десятилетиями тренировок со стихией молнии телу Тертьего Райкаге, получившего прозвище Несокрушимый. В один момент Эй решил использовать свой сильнейший приём. Он сложил руку в ладонь и загнул два пальца, после чего на всей возможной скорости рванул на Узумаки, выставив конечность вперёд. За мгновение до попадания удара, Райкаге загнул третий палец, оставив один, доводя мощь техники до пика. Рука, объятая молниями, как и всё тело Райкаге, пробила грудь, почти полностью ту уничтожив. Тело держалось на жалких кусках плоти и ещё не вытащенной руки Эя. Рёбра, позвоночник, остатки лёгких, сердца и плоти разлетелись мелкой поджаренной молниями, кроваво-костяной пылью от удара. Но Ичиро Узумаки всё с такой же ненавистью, пробиравшей даже такого шиноби как Третий Райкаге, схватил врага за руку. Эй не ожидал подобного, потому на мгновение застыл в своём неверии. Красноволосый шиноби желал утащить своего противника с собой, прямо в желудок Шинигами, начав формировать фуин-дзюцу, выжигая то прямо на руке противника. Секунда, и кулак, объятый молнией, мощнейшим ударом сносит голову Ичиро Узумаки, наконец обрывая его жизнь. Райкаге поморщился от боли. Незаконченное фуин оставило след на руке в виде сложных узоров и символов. Теперь есть тот человек, который смог нанести реальные повреждения телу Третьего Райкаге, за исключением него самого. И многие об этом совсем скоро узнают…

***

Сэдэо с тяжестью вспоминал отход остатков клана. Полагать, что всё пройдёт нормально не следовало, не все вражеские силы начали стягиваться к беснующемуся Узукаге. Их гнали чуть ли не до самой Страны Огня и даже немного после, желая как минимум уничтожить беглецов. Многие чувства раздирали парня изнутри, но у него буквально не было времени на рефлексию. Сэдэо работал, очень много работал, чтобы добиться уважения и добиться хорошей позиции нового клана в Конохе. Ну и вот, собственно, всё дошло до нынешних дней. Многое было утеряно, что-то буквально на подступах к союзной стране при бегстве, но и достаточно удалось сохранить. Маски Ками, большую часть архивов и представителей всех септов, и союзно-родственных кланов. Правда последние, те кто мог ещё в полной мере называться кланом выразили негодование и просто своеволие, от чего пришлось решать и эти проблемы. Кто-то откололся, кого-то удалось выселить из деревни, но сохранить вассалитет с их стороны. И ещё множество разных событий, ставших для Узумаки и его лидеров в частности сложными и не очень испытаниями. Сэдэо тяжело вздохнул. Тяжесть ответственности и факта того, что он справляется куда как хуже, чем планировал изначально, давила на него. Он пережил сложности, вплоть до предательств и закулисных игр других власть имущих Конохи, но упорно продолжал идти к своей цели. Совсем не невозможная, как считал мужчина, цель вернуть былое величие стала казаться очень далёкой. Но как будто Сэдэо, будучи Узумаки не обладал упёртостью и упорностью? Он продолжит своё дело, ему лишь нужно совершать правильные шаги на этом пути, предугадывать события будущего и заручиться помощью верных соратников. Вот с последними была проблема. После всего пережитого после заселения клана в Коноху, после всех интриг и политических игр Сэдэо уже не был способен доверить хоть одному образованию в Листе. Можно было собрать вокруг себя бесклановых, подгрести малые кланы, обзавестись поддержкой… но как будто он не пробовал чего-то подобного? Без приближения к клану, что угрожало планам по сохранению крови и целостности внутри клана, как уже доказала Кушина, собрать вокруг себя достаточно верных сторонников возможным почти не представлялось. Разве что искать соратников вне Конохи. Но уверенным можно было быть только в своих, но Узумаки было слишком мало. Пока мало… Сэдэо верил, что сможет если не достичь целей, то хотя бы взрастить того, кто сможет. И как это не странно, росшего вне клана паренька он вполне мог приблизить к себе или даже подготовить к вступлению на наследование главенства всего клана в далёком будущем. По крайней мере если он будет доверять Наруто. А так, были и иные варианты, главное было добиться лояльности младшего сына блудной Химе. – Ну, и что скажешь? – задал вопрос, словно в пустоту глава клана. На удобном диване в стороне проявилась фигура в глухом плаще, и затянутым тканью лицом, что всё время разговора Сэдэо и Наруто, проверяло последнего и дало однозначный ответ о том, владеет ли наследник определёнными особенностями по манипуляциям с Инь чакрой. – Занятный кадр. Правда вряд ли он сможет реализовать и половину потенциала. Вам такой геном попросту не подходит. – ответил соратник Сэдэо. – Это я и так знаю, Мираж. И интересовался совсем о другом. – спокойно принялся пояснять аловолосый. – Для него это не опасно? – Тупая кличка. – словно сплюнул, выразил мнение плащеносец. Это прозвище он носил не так долго, но оно всё равно за ним закрепилось из-за происхождения и его специфических возможностей. – Ну а по делу. Если он достаточно разумен… – насмешливо протянул в сути своей, такой обладатель генома Инь. – то при практике по тем данным, что ты даровал быстро поймёт свои пределы и рисковать не станет. Лишь истощение духовного источника является серьёзной угрозой, а от этого в принципе имеется природный блокиратор. Без стороннего вмешательства вроде моего или ну о-о-очень специфичных методов влияния носителем на собственный источник, он сможет использовать очень ограниченный перечень возможностей. – Значит та проклятая метка, если я правильно считал её функционал, сможет ему помочь в этом без лишнего риска… хорошо. – рассуждал Узумаки. – Ты оставил ему какое-то джуин? Или среди экземпляров второго подарочка есть весьма специфичные варианты, что он из-за искушения добиться большей силы использует? – Это не столь важно не думаю, что для твоих возможностей это проблема… главное другое. Ты сможешь приглядеть за ним у себя в Суне? – сделал акцент на словах о присмотре Узумаки. – Тебе это дорого обойдётся… – протянул тот, кого Сэдэо назвал Миражом. На самом деле тот имел самое настоящее тройное дно в своём высказывании, которой не смог в полной мере углядеть собеседник. – Вот, то что ты давно просил. – Узумаки достал из стола средних размеров свиток и кинул собеседнику. – То что нужно. И ещё… – Да-да, я помогу тебе с Рейби, но далеко не сейчас. – Уговор. – выразился неизвестный даже большинству сторонников Сэдэо мужчина, после чего буквально стал истаивать. Да, исчезать, словно иллюзия, обман зрения или самый настоящий мираж. Если всё пройдёт гладко, то в недалёком будущем у Сэдэо появиться ещё один сторонник, готовый с течением времени разделить его взгляды.