Every night, every time

— Почему ты сегодня так странно себя ведёшь? — Йеджи, глядя на экран, где горит видеозвонок, непонимающе моргает. На лице Шин, что является виновником вопроса, появляется придурковатая ухмылка, что так бесила Хван. Рюджин поправляет спадающую на лоб чёлку, а после, шёпотом, словно боясь, что кто-то сможет подслушать, выдаёт: — Похоже, кто-то напился до беспамятсва, что даже не помнит, что было прошлой ночью, — Рюджин подпирает голову рукой, аккуратно касаясь подушечками пальцев своих губ, как бы не в значай. — Не умеешь ты пить, Хван. — Рюджин, я была пьяная, — Йеджи пытается найти в своих потерявшихся мыслях хотя-бы напоминание о прошлом вечере, но, похоже, они вправду смылись алкоголем. — Вроде, я сломала твои наушники? Или я что-то сказала? Давай забудем всё. — Не просто слова, Йеджи. — Шин глядит на потерянный взгляд по ту сторону экрана. — Это уже признание в любви. — Я была пьяной, не воспринимай всерьёз, — Хван смотрит в дальний угол своей комнаты, нервно перебирая край футболки меж пальцев. — В любом случае, — Рюджин не останавливает разговор, продолжая эту тему. — Если я приду к тебе, не смей меня игнорировать. — Что вчера было? — И так каждую ночь... Ты ходишь по кругу, Хван.

***

Йеджи вновь позвала Рюджин выпить за хорошее окончание недели. Шин была бы не против расслабиться, выпив алкоголь, но в компании Йеджи, это становилось целым шоу, даже сказать, шоу на выживание. Старшая не умела пить, и всякий раз начинала нести бред, будучи под сильным воздействием алкоголя. За ней нужен был глаз да глаз. Упустишь из виду — и всё, случись беде. Пепельноволосая открывает очередную банку пива, тихо чертыхаясь под нос, когда «пшы» отлетает ей в палец. Девушка смотрит на свой «повреждённый» участок кожи, а после, прислоняет ёмкость ко рту. — Рюджин-а, — голос Хван звучит, как заигрывающий, когда пропитывается алкоголем. Йеджи сидит совсем вблизь к Шин, по-детски моргая глазками. — Чего? — Рюджин отрывает от своих губ очередную алюминивую банку, ставя куда-то в сторону. Рю смотрит на Йеджи. Губы старшей блестят на свету от жидкости, что дурманит её мозг. Зная этот тон голоса и глазки, что она так старательно строит, можно легко догадаться, что ничего хорошего ждать точно не стоит. — Прикоснись ко мне, — рука Хван за мгновение отказывается на колене Рюджин, медленно ведя вверх. Шин немного отсаживается в сторону, косым взглядом окидывая Йеджи. Та, кажется, говорит на полном серьёзе. – Онни, ты пьяна, — Рюджин выпрямляет спину, не сводя взгляд с Хван. — И кажись, это уже перебор. — Хубэ, — Йеджи касается пальцами линии челюсти Рюджин, слабо проводя по оконтовке. Шин немного тупит в одну точку, пытаясь переварить слово, сказаное Хван. Уважительная форма обращения к младшим, наверное последнее, к чему прибегали корейцы. А Йеджи сказала это в столь неуместной ситуации..— Я хочу тебя. — тянет Хван, бодаясь, прикосается головой к плечу младшей. — Слишком пьяна, — Рюджин отводит взгляд, смотрят в стену, в очередной раз отмечая в голове, что Хван лучше пить слабоалкоголку. Её взгляд полностью спокоен, дыхание равномерно, пока горячее дыхание не касается шеи. Губы Йеджи приятно накрывают открытый участок тела. Но в ней движет алкоголь, никак не истинные чувства. Или они раскрываются только при помощи алкоголя? — Перестань. Ты всё равно делаешь это лишь в силу слов. Ты не заставишь себя переспать со мной. — Так заставь, — Хван говорит с абсолютной уверенностью, ухмыляясь горячим дыханием куда-то в изгиб тела Рю. Губы мягко касаются холодной шеи, касаясь зубами. Йеджи цепляется второй рукой за плечо Шин, пока ведёт языком вдоль, до мочки уха, задевая серёжку. Рюджин шумно, томно выдыхает, когда Йеджи отстраняется. Старшая лукаво улыбается, глядя на потерянную младшую. — Я готова поспорить, кто ещё не заставит себя это сделать. — Только попробуй завтра что-то мне предъявить насчёт этого. Если начнёшь игнорировать, я тебе лично напомню о вот этих твоих подачках, — Шин откидывает мобильник в сторону, что мешался в кармане. Руки останавливаются на ключицах старшей, укладывая на диван. Рюджин нависает сверху, громко дыша. От обеих пахнет перегаром, а теперь даже не скажешь, кто пахнет больше. Хотя всё и так предельно ясно — Йеджи перепила. Шин касается чужих губ, неуверенно оттягивая зубами нижнюю. Рюджин проводит языком, увлажняя губы потерявшейся Хван. Младшая закрывает глаза, стоит коснуться полностью. По телу проходит приятная дрожь от ощущений, расплывшихся по телу. Йеджи кладёт ладонь на затылок, прижимая ближе к себе. Поцелуй углубляется, Джи даже в таком состоянии способна доминировать. Даже будучи подмятой под тело другой, она продолжает, вернее, её активная сторона продолжает бороться. Рюджин теряется в этом чувстве, забывая про своё положение. Она отдаётся бабочкам в животе, позволяя алкоголю взять контроль. Тело отзывается холодом, возникшим от разрыва контакта губ. Йеджи, лежащая снизу, довольно ухмыляется, когда видит растерянность в глазах напротив. Шин, не долго думая, возвращает прерванный контакт, с новым напором целуя девушку. Глубоко в себе Рюджин понимала, что ей лучше отступить, но стало слишком поздно. Она с головой погрязла в этом, пути назад нет и не будет. Младшая отрывается от столь сладких губ, чтобы пройтись языком по видным чертами челюсти. Шин хочется расцеловать Йеджи, пометить её раз и навсегда, чтобы каждый знал, кому принадлежит эта чёртова Хван Йеджи. Рюджин выпрямляет спину, покоясь на бёдрах старшей. Тело начинает гореть, когда перед ней такая Йеджи: растрёпанные волосы от их шуточных драк, расплоставшиеся по поверхности дивана, кошачьи глаза, что глядят хитро, гаря неугасаемым пламенем похоти, её губы выглядят заманчиво, когда взгляд в очередной раз тормозит в области челюсти. Шин бьёт свою пьяную голову, конечно в мыслях. Она сама в это влезла, и теперь ей самой придётся выбираться. Пальцы Рюджин сжимают края футболки Хван. Ткань тянется вверх. Йеджи слегка приподнимается, помогая расправиться с тряпкой на себе. Джи перехватывает элемент одежды, кидая в сторону, по своему усмотрению. Даже если они дружат давно, Шин всё равно ниразу не видела Йеджи без футболки, хотя-бы в спортивном топе. Рюджин знала, что именно их у Хван полным полно. Йеджи, проходя возле магазина одежда, почти в каждом скупает эти несчастные топы. Хван открытый человек, но комплексы есть у всех, без исключений. Скрытые или явные — они есть. И комплексом Йеджи оказалось её тело. Она прекрасна, так считают все. Прекрасна во всём. Красота — не исключение. Хван и здесь идеальна, как бы это не раздражало. Милое привлекательное личико, и, аналогично красоте чёрт лица, ахуительное тело. Всё хорошо, но вспомним, что Йеджи проживает на территории Южной Кореи, где женское тело приравнивают к чему-то неземному слишком идеализируют, да и впринципе стандарты красоты девушек сильно завышены. Хван была бы не против показывать всем, насколько она прекрасна, во всех смыслах. Но мысли парней, окружающие её каждый день, пугают. Пугает их неизвестность. На уме может быть всё, что угодно. Из-за придурковатых личностей, Йеджи боиться показывать любые открытые участки тела, и Рюджин, вероятно, первый из близкого окружения Хван, кто удостоился увидеть её без верхней одежды. Шин поддевает пальцами край оставшейся одежды, прикрывающей верх тела Йеджи, вновь с помощью Хван лишая её ткани. Рюджин не в первой спать с девушкой, но Йеджи — другой случай. Они не просто партнёры на ночь, а, мать его, друзья детства! Как бы то не было, Шин не собирается отсупать, ныряя, касается губами обножившейся груди. Хван шумно выдыхает, когда зубы Рюджин легко задевают нежную кожу. Йеджи, как под гипнозом, кладёт руку на затылок младшей, прижимая ближе к своему телу. Шин улыбается такой реакции, про себя, проводя языком вокруг ореола вновь. Рюджин отстраняется, слыша огорчённый вздох. Шин собирается спуститься поцелуями вниз, как дрожащий голос сверху прерывает планы: — Я не могу быть одна без одежды, — Хван возмущается, указывая пальцем на мешковатую кофту Шин. — Снимай. — Кто-то слишком прямолинеен, — пепельноволосая, фыркая, хватает ткань на спине, заводя руки из-за головы. Верхняя одежда Рюджин летит в ту же сторону, куда когда-то была отброшена футболка Йеджи. — Довольна? — Более чем, — Хван улыбается глазами, приподнимаясь. Руки оказываются на открывшихся плечах Рюджин, приобнимая. Йеджи ластится, как кошка к хозяину, тычась носом в шею. Хван меняет их положение за пару секунд, оказываясь сверху. Диван, к счастью, сам по себе широкий, и удалось провернуть смену позиций без падений. Шин смотрит на ухмыляющуюся Йеджи, окидывая её тело взглядом. Рюджин вздыхает, понимая, что Хван не собирается лежать под ней. — Не думаю, что ты сможешь доминировать, будучи пьяной, — Шин убирает серые пряди со лба. — Ты без поддержки сидеть не можешь, Хван. Или ты сбегаешь? — Улыбка расцветает на губах Рюджин. — Как я могу убежать, если ты меня заставляешь возвращаться? — Хван падает, ложась на чужое тело. — Ты такая тёплая... — А ты такая тяжёлая, — Рюджин недовольно выдыхает, слабо ёрзая под Йеджи. — Злюка, — шепчет Хван, поднимаясь. Шин промаргивает, снова глядя на тот вид, что открывается перед ней. Тело Йеджи, безусловно, самое лучшее, что она когда либо видела. Хван проводит холодными кончиками пальцев по едва видным чертам пресса Рюджин, издавая смешок, когда видит реакцию второй. Мышцы живота дёргаются, когда Йеджи ведёт ниже. Шин закрывает глаза, чувствуя прилив желания к низу живота. Хван ведёт ноготками по краю джинс, мешающих её грязным делам. Рюджин этого чертовски мало. Младшая немного приподнимает таз, прося большего. — Забыла про своё «я никогда не под кем не прогнусь»? — Хван может и не мыслит трезво сейчас, но эту фразу вставить была должна. Рюджин на одной из вечеринок выкрикнула это, когда какой-то парень нелепо подкатывал к ней. Да выкрикнула так, что услышал не только бедолага, крутящийся около неё, но и большая часть людей, находящихся там. И Йеджи, как не странно, входит в это количество. — Я пока и не прогнулась, — язвит Шин, опуская бёдра. Хван понимает, какого ей, без касаний, которых её лишает сама Йеджи. Рюджин понимает, что если она хочет, ей нужно просто попросить старшую об этом. Но вряд-ли Шин, что вся из себя, сможет «опуститься» до такого. Йеджи медленно движется на бёдрах Шин, меняя своё положение. Рюджин молча наблюдает, нервно сглатывая накопившуюся слюну. Хван останавливается на уровне таза младшей, устраивая руки талии. Джи улыбается, как чертёнок. Хван соединяет их губы в очередному поцелуе, требовательно сминая чужие. Йеджи слабо покусывает, а после, проникает языком в рот Шин. Рюджин полностью ломается под её мягкими прикосновениями, отдаваясь тому напору, что даёт ей Хван. Йеджи на даёт Рюджин забыть о том, где она находится, в каком положении и с кем. Таз старшей движется, выполняя двусмысленные действия. Будь Шин парнем, смысл раскрылся сразу же. Хван разрывает поцелуй, сильнее сжимая в руках талию Рюджин. Йеджи издаёт звук, похожий на стон. Пожалуй, это самое прекрасное, что могли уловить уши младшей. Бёдра тёмноволосой движутся с более быстрым темпом, насколько это возможно. — Спешу напомнить, что мы всё ещё в одежде, — Рюджин кладёт руки поверх ладоней Йеджи, применяя силу, отцепляет от себя. — Боюсь спросить, кто научил тебя так кататься на людях. — Подписка на порнхаб, — Хван замедляет движения, когда теряет чёткую опору. Йеджи переплетает их пальцы. Во вторую ладонь Шин старшая тычется то лбом, то носом, не давая забыть о себе. — Давай просто обратно поменяемся, — предлагает Рюджин, ловя на себе хитрый взгляд. — Чего? — Глупенькая ты, вот чего, — Хван лишь кивает, позволяя во второй раз сменить позиции. И снова Йеджи, которая пару минут назад пыталась доказать своё доминирование, лежит под Шин. Рюджин сдвигается на её ногах, чтобы снять мешающие шорты. Рю расправляется с низом Хван значительно быстро, желая всего этого не меньше, чем сама Йеджи. Шин перемещается вперёд, нависая над Хван. Она мягко прикосается к чужим губам, нежно целуя. Пальцы спускаются вниз, находя клитор, холодным касанием прикасаясь. Рюджин поднимает голову, прекращая поцелуй. Джин надавливает слегка сильнее, считывая все эмоции Йеджи. Хван прикрывает глаза, выдыхая с тихим звуком. Руки находят плечи Рюджин, цепляясь за них. Шин перехватывает одну из рук, чтобы переплести пальцы. Рю смазанно целует в шею, параллельно усиливая стимуляцию внизу. Йеджи сжимает ладонь младшей, произнося тихое, но протяжное «а». — Бей меня, если сделаю больно, — Рюджин не знает, насколько чувствительна Хван. Не знает, девственница ли она вообще, а спрашивать, сейчас, кажется, не самое лучшее время. — Только попробуй терпеть, я тебе сонную артерию прокушу. Пальцы Шин движутся к влажному входу, слабо надавливая. Йеджи заметно напрягается, чувствуя движение Рюджин внизу. — Блять, пожалуйста, только не говори, что ты девственница, — Шин ощущает, как напрягается тело старшей под ней. Она нетерпелива, но в то же время очень пуглива. Йеджи ничего не отвечает, молча глядя в тёмные глаза напротив. Хван приподнимает таз, сама насаживаясь на пальцы Рюджин. Шин лишь отодвигает руку, не давая Йеджи получить то, чего она хочет. Тёмноволосая скулит, как собака, от нехватки касаний. Джи слегка царапает оголённые плечи Рюджин, показывая, насколько она недовольна, что младшая лишает её желанного. Джин издаёт звук, схожий с шипением кошки, когда ногти неприятно врезаются в кожу. Она плюёт на всё, возвращаясь к тому, что уже начала. Пальцы Шин аккуратно проникают в горячее лоно, и кажется, Рюджин зря начала сразу с двух. Йеджи вонзается в её открытый участок тела, когда пальцы проникают почти полностью. — Ты сама виновата, что не ответила мне, — Джин выходит, глядя на влажные, от смазки Хван, пальцы. — Сама себя в это загнала. Джин входит вновь, но уже более нежно, не так резко, медленно, и всё же одним пальцем. Йеджи всхлипывает, когда Рюджин начинает двигаться внутри неё волнообразные движения. Хван сжимает свободную ладонь младшей с новой силой, когда та решается добавить второй палец. Рюджин успокаивающе целует в шею, ведя дорожкой поцелуев до появления линии челюсти. Шин начинает медленно наращивать темп, стараясь выполнять грязную работу нежно, чтобы не принести боли. Пальцы, входящие во влажное влагалище, издают похотливые хлюпающие звуки, заставляющие Йеджи смущаться. Сама мысль о том, что творит Рюджин снизу, вынуждает щёки вспыхнуть ярко красным. Тело Хван начинает дрожать, когда волна оргазма медленно достигает её. Шин ускоряют движения, помогая Йеджи достигнуть своего конца. Джи выкрикивает имя младшей в сладком стоне, прежде чем тело начнёт расслабляться от наступившего наслаждения. Рюджин выходит, глядя на свои липкие пальцы, полностью промокшие в жидкостях Хван. Шин усмехается, наваливаясь на старшую с объятиями.

***

— Ну, я и заставила, — продолжает Рюджин, довольно ухмыляясь, когда Йеджи, сидя по ту сторону экрана, закрывает стыдливые глаза ладонями. — Сама попросила. — Пожалуйста, давай забудем, — Хван убирает руки, смотря в телефон. — Не делай из себя всю такую хорошую, не делай из себя неженку. — Рюджин начинает злиться, когда Йеджи снова возвращается к одному и тому же. — Каждый раз ты просишь, чтобы я приконулась к тебе. Каждую ночь ты ходишь по кругу, а утром просишь забыть. Хван, зачем? — Я была пьяна, Рюджин, — Йеджи бьёт себя по руками во время жестикуляции. — Понятно... — Шин поправляет пряди, убирая за уши. — Спасибо за очень «ясный» ответ, Хван. — Всегда пожалуйста, — саркастично отвечает Йеджи. — Знаешь... Я в какой-то степени польщена, что стала человеком, который смог увидеть твоё тело. — Ну не начинай...

Им нужно будет ещё раз это обсудить, и Хван конечно же попросит забыть. Но сможет ли забыть Рюджин?

Шин будет нагло врать, если скажет, что забыла ту ночь.