The Lost One

«I got the other brother. Hope you don't mind». Caroline Forbs «Я заполучила другого брата. Надеюсь, ты не против». Кэролайн Форбс

      Кэролайн Форбс никогда не отличалась терпением и хладнокровием, но сегодня уровень ее взвинченности превысил все границы. После знакомства с принцессой «Аннэт», девушка вежливо и надменно отпросилась в дамскую комнату, поправить макияж, но так и не вернулась, втайне надеясь, что Клаус пойдет ее искать, но тщетно – он посвятил все свое внимание своей старой знакомой с браслетом, чью копию, дубликат или близнец подарил Форбс на день рождения.       - Расцарапала бы все лицо, - прошипела вампирша, допивая стыренную бутылку виски у бармена. - Так ведь заживет, – захныкала изрядно пьяная бессмертная, шелестя юбками в направлении веранды, которую построили с задней стороны дома для выхода в сад.       Последний раз она видела Клауса, который повел Луизу на танцевальную площадку, при этом она смеялась и сверкала глазами в его сторону.       Оказавшись на веранде, вампирша сразу же увидела зажимающуюся в темноте деревьев парочку. Девушка улыбалась, пока молодой человек что-то шептал ей на ухо. Форбс нарочно громко передвинула плетенные стулья, протащив их прям по полу ножками, и спугнула влюбленных.       Откинув стул, Кэролайн сошла на одну ступеньку и плюхнулась в своем белом платье на деревянный пол веранды. И закрыла лицо руками – ей было плохо. Если она выпьет еще немного, то рухнет, как подкошенная, а у нее в планах еще было оттаскать за волосы блондинку с красными губами, а также надавать тумаков имениннику вместо праздничного торта.       - Он даже не ищет меня, - промямлила вампирша, пытаясь сдержать слезы обиды. – Я ненавижу тебя, Майклсон.       - И который Майклсон тебе не угодил, Кэролайн?       Отняв руки от лица, Форбс посмотрела вверх на элегантного представителя семейства древних. Элайджа держал одну руку в кармане брюк, оглядывая бедственное положение, в котором оказалась святая волчица.       - Ох! – Выдохнула девушка, опуская голову. – Почему я не влюбилась в тебя, а? Зачем мне эти сложности?       Вампир коротко улыбнулся, поправляя подол белоснежного платья, чтобы присесть рядом с «великомученицей».       - Почему ты столько выпила? Почему Никлаус не уследил за тобой?       - Он занят этой принцессочкой Аннэт. «Королевские» бастарды притягиваются, - произнесла Форбс и тут же пожалела. – Прости.       Элайджа сделал вид, что пропустил мимо ушей ее слова о притяжении, снимая пиджак и укрывая открытые плечи Кэролайн.       - Если бы не бессмертие, то такие джентльмены как ты, Эл, давно бы вымерли, - благодарно кивнула вампирша. - С другой стороны, такие выскочки, как Аннэт также выживают столетия.       - Я не уверен, о какой принцессе ты говоришь, - пытался припомнить лица тех людей, которые искали знакомства или пытались его возобновить, - Но раз она связана с Никлаусом, возможно, это Луиза-Анна де Бурбон?       - Бурбон, - подтвердила Кэролайн, мечтая о появлении этого святого напитка и возможности разбить бутылку об голову этой принцессы.       - Понятно, - старший Майклсон посмотрел в сторону, с легкой улыбкой вспоминая о том, что было в семнадцатом веке. – Когда-то она должна была появиться. Я надеялся на это.       - Что это значит? – Напряглась Кэролайн, стараясь сохранить присутствие духа и не падать в беспамятство.       - Ты уверена, что хочешь узнать? – обеспокоенно спросил Элайджа, получив уничтожительный взгляд. Достав сотовый телефон, вампир быстро набрал сообщение Алисии, чтобы она принесла что-нибудь против опьянения.       - К сожалению, я не был свидетелем их встречи и развития их романа, - Форбс поперхнулась гневом, отчего ее голова затрещала, но попросила первородного продолжить. – Мы были в ссоре некоторое время из-за Катерины. Я разыскивал Кола, который пропал на пару сотен лет в своих путешествиях по миру. Ребекка была очевидцем, но она мало рассказывает про то время.       Кэролайн поставила на заметку – расспросить вампиршу об этом времени в деталях и подробностях.       - На моих глазах было только прощание, - немного печально проговорил Майклсон. – Когда мы встретились в Париже, чтобы вновь пересечь океан и оказаться в Новом Орлеане, она появилась на причале, чтобы проводить его. Без сомнений – они были очень близки, наверное, это первая женщина после Татии, которую он подпустил к себе. В течение всего плавания, после их прощания, мой брат выглядел уставшим, подавленным и постоянно огрызался, словно часть его души была потеряна. Ребекка словно пыталась его поддержать, молча садилась рядом с ним и часами сидела около него, иногда напевая какую-то французскую песенку, но в итоге он оттолкнул ее, а Кола заколол за постоянные придирки.       Форбс слушала этот сухой рассказ, а ее сердце ныло напару с разумом, гадко напоминавшем, что он предупреждал: между Клаусом и Кэролайн годы, десятилетия, сотни лет, в течение которых он становился тем, кто он есть сейчас, встречался и, возможно, влюблялся.       Алисия вышла на веранду с каким-то отваром и с мягкой улыбкой передала вампирше. Раганович не пила алкоголь, организовывая безопасность на этом приеме. Кэролайн послушно выпила ее зелье и вернула чашку.       - Тебе полегчает через минут десять, - пообещала ведьма, возвращаясь в дом, а Элайджа внимательно посмотрел на девушку.       - Возможно, мне не стоило тебе рассказывать.       - Он вряд ли расскажет, - пожала плечами Форбс, чувствуя, как проясняется голова, а рефлексы становятся привычными.       - Кэролайн, - Майклсон взял ее за руку, пытаясь поддержать. – Ты всегда была для него особенной и всегда будешь, потому что ты – святая волчица, единственная в своем роде, для него.        Вампирша подняла глаза, из которых лились слезы:       - А любимой, Элайджа? Я буду любимой?       Первородный замялся, а Форбс покачала головой, откидывая его ладонь и убирая долбанные слезы.       - Самое отвратительное, я ведь знаю, что он чувствует. И, вероятно, он знает сам, но иногда мне кажется, что в этом мире нет ничего, что заставит его признаться в этом. И никого, - она встала на ноги, не прощаясь, и вернулась в дом через черный ход, чтобы проскользнуть в дамскую комнату и появиться перед «расставшимися во Франции» во всем своем обличии демоницы, принявшей образ ангела. ***       Клаус посмотрел поверх бокала шампанского, зная, что за белоснежное создание появилось у входа в танцевальный зал. Он ни на минуту не упускал ее из виду, планируя поймать ее и наказать за чрезмерное употребление алкоголя, но Кэролайн выглядела трезвой, как стеклышко, принимая комплименты от появившихся поклонников.       Бросив один короткий и надменный взгляд в сторону Майклсона, Форбс повела плечами и приняла приглашение на танец. Клаус немного изменился в лице, когда этот вампир прижал к себе девушку, а она лишь кротко улыбнулась.       - Твоя святая волчица действительно невероятна, - Луиза стояла рядом, смотря исподлобья на гибрида. – Наверное, сложно презирать ее.       - Почему же? – Усмехнулся Клаус. – Она без проблем способна вызвать как ненависть, так и презрение своим поведением.       Принцесса нахмурилась, не желая принимать, что Никлаус внимательно следит за перемещениями Кэролайн по танцполу.       - О боже, - прошептала Луиза, качая головой. – Она стала мной, верно?       Майклсон заметил своего младшего брата, который увел в танце Форбс, заставляя ее смеяться над своими комментариями. Кол поймал взгляд Клауса и, поиграв бровями, склонился к плечу девушки, шепча свои сладкие речи.       - Прости, Аннэт. Мой брат умоляет меня принять его подарок, - вручил бокал принцессе Майклсон, как услышал ее слова:       - Я всегда была похожа на тебя, Николя, и поэтому приняла твою темную природу. Она никогда не завладеет твоим черным сердцем, потому что поставит любовь выше всего остального, - коварно смотрела на мужчину принцесса. – Ты не достоин этого, верно?       Клаус хитро улыбнулся и склонился к ее уху:       - Я – монстр, Луиза, я недостоин многих вещей, - отходя от нее на шаг, замечая ее холодный взгляд,       - но это не значит, что я не получу их.       Принцесса гордо и внешне спокойно приняла его слова, уходя из танцевального зала и подходя к окну. Пригубив из его бокала шампанское, Луиза подняла к уху телефон.       - Ты был прав, - сказала она собеседнику. – Мы на верном пути.