Пламя в снегах Снежной

Они злы, холодны и эгоистичны к другим, но на удивление теплы друг к другу. Их отношения давно переросли за пределы понятия: " гениальный и непонятый в своих целях доктор×невольный и несмотря на всю прыть–безучастный пациент». Зализывание ран друг друга что порой наносят сами же, для них со временем стало смыслом…смыслом жизни. Здесь, между ними тепло, в то время как за пределами единения их душ, в жестоком и беспощадном мире, завывает вьга от такой знакомой им боли, кружит буран бессилия перерастающий в злобу к слабым и низшим в силу обстоятельств по званию. Да, они бесспорно при других обстоятельствах и других условиях жизни могли бы стать отличной и даже быть может милой парой… Дотторе был бы простым врачëм, а Скарамучча человеком и к тому же бы нашëл бы себе нормальную, добропорядочную работу по душе. Но госпожа судьба словно бы смеясь наносила им удары которые они были обязанны стойко терпеть. Если она жестоко наносит им удары, так почему бы им не попробовать самим, но при этом любя? Раз– Дотторе изучает уже покрасневшие от предыдущих ударов плетью ягодицы и наносит новый, но прилагая при этом чуть больше чем ранее усилий (он знает что партнëру подобное явно по душе, и несмотря на его елозенье по кушетке тот будет безспорно умолять его о большем). Два– Скарамучча вскрикивает от новой вспышки острой но такой пленительной боли. Ему нравится как старший не обращая внимания на его крик мастерски продолжает экзекуцию. Любой другой бы уже давно бы на месте Дотторе захлëбывался криком и умолял бы предвестника о пощаде даже зная что любой кто провинится перед ним, живым и явно целым не уйдëт. Три– 70 удар. Скарамучча явно сильнее обычного человека, но даже он не всесилен. Ещё бы два удара… и он бы смог подарить своему любимому вымученную улыбку с капелькой крови на губах. Но он не выдержал, отрубился за два удара до назначеных 72. Уже завтра они повторят эту экзекуцию увеличив по просьбе самого же младшего ровно на 10. Но а сегодня…сегодня Дотторе отнесëт его в кровать и будет шептать нежные и такие не привычные слова успокоения. Сейчас они не машины для убийств, они не безжалостные предвестники Фатуи из Снежной. Они живые и способны на любовь пусть и не такую как у всех. Он не сломанная кукла без сердца созданная божеством, а он не доктор что ради своей цели способен на многое. Где то там в душе они такие же люди что умеют любить пусть и по своемому.