Победитель

Эльфы могут сделать с ним что угодно, если он проиграет бой, вот о чем думает Альфхедил, глядя в густую ночную темноту. Среди них много могущественных магов, ловких лучников, воинов. Один или двое вряд ли смогут победить Альфхедила, но эшлендеры нападают по пятеро и даже больше. Нельзя забывать об осторожности. Альфхедил Эльфобой не напрасно носит свое прозвище: он убил столько эльфов, что сам Исграмор гордился бы им, а убьет еще вдвое больше — одним снесет голову ударом секиры, другим выпустит кишки, третьим просто сломает все кости. Некоторые из Соратников поговаривают, что он слишком уж увлечен убийствами эльфов и напрасно избегает сражений с другими противниками, но Альфхедил уверен — настоящую охоту можно устроить только на эльфа. Добыча не должна уступать охотнику в уме, а в силе — разве что самую малость, иначе все будет слишком легко. Но с эльфами нужно быть осторожным, нельзя позволять себе проиграть бой. Если они не убьют его, а захватят живым, то способны сделать даже это — так думает Альфхедил, закрывая глаза. Он старается не думать о словах, которые это обозначают, но не может не представлять: его повалят на землю, рывком раздвинут ноги, а потом используют, как слабую женщину. Однажды он заплатил за это двум эльфам в борделе, они делали не по-настоящему, но Альфхедилу было достаточно, чтобы все понять, почувствовать на своей шкуре. Один эльф сидел у него на спине, у самых плеч, изо всех сил сдавливая ногами, прижимая руки к бокам, не давая вырваться, пальцами стиснул шею, без слов угрожая задушить, а другой эльф наваливался сзади, резкими, грубыми толчками, придерживая Альфхедила обеими руками за бедра так сильно, что остались синяки. Тот чувствовал все, внутри и снаружи, унизительно, болезненно, почти страшно. Он знает, если эльфы решат сделать это по-настоящему, будет гораздо хуже. Эльфы обесчестят его, осквернят своим семенем, насмехаясь, вжимая в горло острое лезвие клинка или прижигая кожу волшебным огнем. Все эльфы — мерзкие твари, способные на самые подлые и грязные поступки, а данмеры — хуже всех, они совсем как фалмерские выродки, которые спалили до последнего камня Саартал, только кожа не белая, а серая, как их проклятый пепел. Альфхедил вырос в Винтерхолде, он еще мальчишкой бессчетное множество раз слышал легенду о гибели Саартала, и всякий раз после ему снились дурные сны, в которых белесые уродливые эльфы нападали на нордов, жгли, резали, убивали. Поздно ночью, лежа на жесткой кровати в комнате, которую Альфхедил уже привык называть своей, он снова вспоминает свои детские кошмары. Эльфы могут пойти на любую мерзость, чтобы унизить человека, но он не позволит им к себе притронуться, убьет каждого, кто попытается это сделать, как убил уже многих. Он смотрит в ночную темноту, а та смотрит в ответ пустыми глазницами отчищенных добела эльфийских черепов.