Он успокоился

Темнота междумирья снова накрыла собой всё окружающее, заставляя пару секунд постоять, дабы привыкнуть к минимальному освещению. Только что попрощавшись со своей, так называемой, «командой», взволнованный шатен быстрым шагом направился в зону контробандистов. Они пробыли в Эрресии всего пару дней, что могло произойти за это время в Поэне? Но кое-что трепало нервы парня. Кое-что заставляло того дышать глубже, дабы не впасть в глубокую истерику. Кое-что сковывало движения, заставляя схватиться за голову и присесть, чтоб не свалиться в обморок от переживаний. Живот невольно издал звук, отдалённо напоминающий урчание. Нет, до еды ему сейчас точно дела нет. Он должен, обязан найти мужчину и понять, расспросить почему тот не пошёл за ними в Проппию, заставив новичка-контробандиста сжимать челюсти так, что выступали жевалки, а дёсна чуть-ли не кровоточили. Стук обуви о тротуар утопал в бесконечно шумном и людном междумирье, края куртки бились то о высокие синие стены, то о проходящих мимо мироходцев. Крики торговцев из-за прилавков доносились с разных сторон, разговоры различных людей, споры, заключения деловых предложений и обсуждения товара морально давили на шатена, то и дело заставляя постоянно прислонять слегка вспотевшие ладони к ушам, лишь бы только приглушить этот бьющий по барабанным перепонкам и, кажется, по самому мозгу, шум. Боковое зрение вцепилось в край знакомого, серого пальто, обладатель которого повернул за стену одного из зданий и исчез из виду. Лололошка ускорил шаг и, уже чуть-ли не переходя на бег, последовал за фигурой. Тёмный переулок был явно приятнее и спокойнее чем та, шумная и слишком, для шатена, людная площадь. Переводя дыхание и окидывая нервным взглядом местность, парень положил немного бледные и худые руки на бёдра, слегка прогибаясь в спине. Неизвестное шуршание сзади заставило Лололошку быстро выпрямиться и повернуться к источнику звука лицом, рефлекторно хватаясь за рукоять меча, висящего на специальном креплении за спиной. Руки невольно опустились, а зрачки сузились и задрожали, когда перед шатеном предстал тот самый человек, мысли о котором не покидали взволнованную голову парня всё время пребывания в другом мире. Эо вопросительно приподнимал бровь, разглядывая бывшего ученика Павла, который, кажется, ещё чуть-чуть, и заплачет. Тихий, монотонный голос вывел Ло из транса, заставляя наконец-то прийти в себя и даже не подойти, а подбежать к мужчине напротив, и, не давая тому договорить свой вопрос "Что ты здесь делаешь?", заключить в крепкие, собственнические объятия, непроизвольно издав тихий всхлип. -- Я волновался.. Голос подрагивал, его было еле слышно из-за подступающей у парня истерики. Но брюнет услышал, и его брови поползли вверх. Кидая виноватый взгляд на младшего, Эо обхвативает того руками в ответ, несильно прижимая к себе. -- Я знаю. Прости, у меня было слишком много дел. Ещё один тихий всхлип, и юноша, приподняв голову, и, с абсолютным спокойствием, посмотрев на старшего, прислонился пухлыми губами к тонким напротив. Тёплые и мягкие губы мужчины быстро переняли инициативу, нежно сминая губы парня, иногда слегка прикусывая и облизывая. Язык был пущен в ход так же быстро и неожиданно, как и начался поцелуй. Лололошка пытался отвечать, но поняв что у него абсолютно не выходит, полностью доверился опытному мужчине, приобнимая того за плечи. Он успокоился. Он его успокоил.