Сыворотка правды

             Моё начальство было в отпуске, и вот уже неделю я курила и обедала одна. Я абсолютно комфортно чувствовала себя в одиночестве, по своему любила его.              Работала я в крупной компании, занимающейся производством и закупкой абсолютно всего, что связано со спортом, вот уже два года. В принципе, многих знала в лицо, но мало кого по именам, со всеми здоровалась, но ни с кем не общалась, моя адаптация к людям проходит достаточно долго.       Наш отдел состоит из трех сотрудников, полгода назад нас переселили в другой кабинет, в котором и так пятнадцать человек без нас. Мы поначалу ужаснулись такой перспективе, особенно я, но адаптация прошла очень даже безболезненно и легко.              Компания придерживалась политики чтобы несколько отделов, находились в одном кабинете, а я до сих пор даже не знала сколько у нас отделов в компании и ни разу не видела главных, а может не была настолько любопытна.              Наш отдел избежал участи переселенцев, и полтора года мы сидели в отдельном кабинете, но и мы, всё же попали под это правило. Весь парадокс в том, что наш отдел, состоит из двух подотделов, руководители которого делили и руководили лишь одним сотрудником — мной, я работала аналитиком на два фронта, но по факту, как и везде, выполняла и работу не прописанную в моей должностной инструкции. Во времена когда в кабинете нас было трое, порой я и неделю могла работать одна, так как мои руководители были в командировке, что скрывать — работа с цифрами в тишине, кайф. Была только одна проблема: когда из командировок босы возвращались одновременно, вот тут начинался настоящий аврал и мне хотелось клонировать себя, но в скучные дни я с нетерпением ждала именно таких дней – время пролетало, да ещё и с пользой, структурировать информацию я любила.               Порой меня просили помочь с отчетами руководителям из других отделов, обратившись к одному из моих. Отказать я не могла, начальство своё – обожала, а они меня ценили. У нас сложились приятельские отношения. Я знала, что хороша в своей работе, но всё же, вслух никогда не озвучивала, а при похвале краснела и смущалась, возможно недооценивая себя после прошлого места работы, где меня сравняли с землей, принижали и говорили, что я никто. В это начинаешь верить со временем, но это стало отличным уроком и я решила, что больше такого не позволю, да и в свои тридцать, которые стукнули в этом году, кажется я повзрослела в мировоззрении. На работе я была тихой, спокойной, но как известно в тихом омуте черти водятся, поэтому опасно будить чертей, они могут и постоять за меня, и добавить проблем, в конец распустившись, и мне, и другим.              Только спустя три месяца я запомнила имена всех сотрудников нашего кабинета, с кем-то уже не просто здоровалась, но и шутила попадая на одну волну. Я любила наблюдать, умела слушать, могла пошутить, улыбалась и смеялась, когда шутили другие, но большую часть времени я была молчаливой, сосредоточенной, сдержанной, воспитанной и главное незаметной, как мне казалось. Моей личной жизнью не интересовались, чему я была рада, говорить о себе я не любила, да и не хотела и сама не лезла к другим с вопросами, не касающиеся работы, но по работе могла вцепиться как клещ, чтобы получить нужные документы, объяснение и данные своевременно. Единственные с кем борьба была бесполезной – это наши загадочные и неуловимые, аж три отдела программистов, живьём я видела только трёх сотрудников и то сначала решила, что ребята ошиблись и перепутали офис с пляжем, но у творческих людей свой мир и понимать его я не собиралась, и в какой-то степени даже завидовала их восприятию этого мира.               Каждый сотрудник – это индивидуум, есть интересная личность и неприятная личность, а так как их лица видишь чаще чем родных, то со временем складывается устоявшаяся ассоциация с сотрудником, почти подборка милых смурфиков: молчун, ворчун, модник, красавчик, растяпа, заноза, силач, паникер, клоун, заводила, тормоз, показушник. И на этой работе я выделила ещё одну ассоциацию: «всё, я увольняюсь», эта фраза звучит из уст Антии каждый раз после перепалки с начальницей.              Пожалуй три человека в этом кабинете были интересны моему любопытству, но личность Антии интереснее всех. Антия и Энцо общались на ты с руководителем и если на Антию и Энцо, Беатрис не повышала голос, а со вторым вообще разговаривала, как с ребёнком, то остальные двенадцать огребали по полной, она не кричала, но повышение голоса на несколько тонов, вселяло ужас.              Беатрис, руководитель большого отдела, состоящего из трёх подотделов, интересная женщина сорока пяти лет, профи своего дела, что прекрасно знала, и женщина, которая одним взглядом припечатает или раздавит. Очень взрывной характер и нарциссизм зашкаливает, либо дикая уверенность. При всём при этом её уважали, ей восхищались, её боялись и несомненно, перед ней млели. Беатрис помогала в сложных жизненных ситуациях, умела подобрать правильные слова, поддержать, направить, посоветовать, связаться с нужными людьми, в такие моменты я не понимала, как в ней уживаются два качества: надменность и сопереживание, и прощалось и забывалось всё, она является лидером с большой буквы.               Я знала, что Энцо — тридцать восемь, и он муж Беатрис, что держалось в тайне от остальных, и я уважала его за то, что он стоял за коллектив, когда Беатрис заносило, говорил что думал, кто бы перед ним не стоял. Высокий, спортивный, приятный и позитивный, и тоже взрывной. В отличии от Беатрис он не умел остановиться пока не выплеснет эмоции. Для меня их пара была странной и одновременно гармоничной, оба взрывные, темпераментные, яркие, но Беатрис легко гасила его взрывы мягко, с долей юмора и иронии. Энцо постоянно подшучивал над Антией, выводя её из равновесия и это было забавно, но они стоили друг друга, потому что Антия, также колко отвечала и сама подшучивала над Энцо, с лихвой мстя за колкости, а мы смеялись до слёз. И наблюдая за всем этим моё любопытство задавалось вопросом: что их троих связывает?       Всё, что я знала об Антии – это то, что ей тридцать шесть, не замужем, детей нет, часто задерживается на работе. Мы здоровались, но никогда даже не обмолвились, чем-то больше чем привет или доброе утро, порой мне казалось, что я для неё невидимка и ей не о чем со мной говорить. Мы порой сталкивались в дверях, галантно придерживая друг другу дверь и пропуская в кабинет или выпуская из него, без слов, жестами рук и секундным неловким замешательством в такие моменты. Пару раз сталкивались практически лоб в лоб, но за секунду до, вроде бы неминуемого соприкосновения, умудрялись удержать равновесие, будто коснись мы друг друга – ожог обеспечен.              — Наш, Сол? — спросила Антия, показывая на лифт.              — Да, — ответила я, подойдя к лифту чуть раньше её и успев нажать кнопку нужного этажа, возвращаясь с перекура, даже удивилась тому факту, что Антия назвала меня по имени.              Мы работали в двадцати двух этажном бизнес центре на двадцатом этаже, занимая его полностью. Бизнес центр состоял из пяти таких корпусов, соединённых между собой, но я никогда не посещала другие, настоящий гигантский челомуравейник.              Лифт подъехал, и вместе с нами, в него вошла девушка, погруженная в переписку, она была одета в короткое платье с очень откровенным вырезом. В такие моменты я всегда смотрела в пол, мне почему-то было некомфортно, хотя именно они так откровенно одевались. Я могла выйти в свет, так сказать, и в платье, но на работе, к моему счастью, не было дресс кода, и уютнее всего я себя чувствовала в джинсах, брюках. В этот раз я смотрела на Антию: распущенные русые волосы, выразительно чуть сумасшедшие глаза, идеальные губы, легкий макияж, даже уставший вид её не портил, джинсы скини обтягивающие бедра и майка соблазнительно, открывающая часть живота, привлекательно очертывала грудь. Антия откровенно, оценивающе оглядела девушку, остановившись на длинных ногах спутницы где начинался подол платья, во взгляде появилось что-то хищное, дикое и развратное, что вызвало улыбку на моём лице. Десерт вышла на пятом этаже, а мы поехали дальше в забавном молчании, смотря друг на друга.              — Красивое платье, — не сумев спрятать улыбку в словах, произнесла я.              — Да, платье зачёт, — посмеялась Антия, дотронувшись до переносицы, понимая, что назад сдавать уже поздно.              — И девушка ничего, но вырез бы чуть скромнее не помешал бы, для сохранения рассудка другим, — проговорила я ровным тоном, но губы растянулись в улыбке и мы рассмеялись.              — Спалилась?              — Самую малость, — показав на пальцах, ответила я. — Просто я смотрела на тебя, пока ты смотрела на платье.              — Да? — удивилась Антия, заинтересованно посмотрев на меня.              — Мне неловко когда девушка одета слишком откровенно, — выдержав взгляд Антии, ответила я, понимая, что теперь спалилась я сама. — Это не смотрится аппетитно.              — Согласна, — улыбалась Антия.               К моему счастью, мы приехали на нужный этаж, и наш разговор закончился, мы погрузились в работу, а я несколько раз поднимала голову в сторону Антии, которая сидела правее меня через несколько столов вперёд, и чтобы видеть её мне достаточно просто перевести свой взгляд с монитора в сторону стены или чуть сдвинуть своё кресло. Я воткнула наушник в ухо, прописывая для себя макрос, чтобы не скучать от безделья.