Дилемма. В диапазоне невольного

       Голова гудит, тело ломит, ссадины пощипывают. Как только Ли Вон проснулся, его опять охватила боль. Он очнулся уже в особняке Цезаря. В до боли знакомой комнате. Чистые белые простыни, прохладный ветерок, дующий из приоткрытого окна, крепко обнимающий Цезарь, который лежит рядом – всё ровно также, как и было раньше. Только если раньше Ли Вон дрожал от страха в такой ситуации, волнуясь, что его снова изнасилуют, то сейчас ему всё безразлично. Какая разница, что произойдёт, если нет надежды на освобождение? Адвокат сам бросил Дмитрия, что означает лишиться последнего шанса спастись. Даже смерть была бы лучше.        И когда Ли Вон попытался опустить руку, так как она затекла, он услышал прямо над головой звяканье цепи. И всё-таки Цезарь слишком перепугался, что его любимый вновь уйдёт и решился на крайние меры. Адвокат лишь тяжело выдохнул и посмотрел на лицо мафиозника, от вида которого по телу пробегали мурашки. Он так и не смог забыть, что было между ними. На удивление Цезарь уже лежал с открытыми глазами, видимо он вовсе не спал.        – Доброе утро, Ли Вон, – Цезарь натянуто улыбнулся и поцеловал Ли Вона в щёку, как ни в чём не бывало.        Ли Вон никак не отреагировал, его безразличный взгляд устремился в потолок, не желая видеть Цезаря. Мафиозник продолжил целовать его лицо, но кода заметил, что Ли Вон даже не шевельнулся, то заметно погрустнел. Он крепче обнял Ли Вона и тихо произнёс:        – Прости меня... Я знаю, что причинил много боли, но я не могу без тебя...       Ли Вон лишь закатил глаза и попытался отодвинуться от Цезаря. Он совершенно не понимает его, если мафиозник уже сделал всё возможное, чтобы его возненавидели,, то зачем старается исправиться? Но главный вопрос: может ли человек так быстро измениться?        – Всё время, пока тебя не было, я едва ли жил, не хотел ничего делать, ведь в этом не было смысла.. Но когда я узнал, что ты мне изменил, то моё сердце разбилось... Но если ты останешься со мной, то я стану самым счастливым человеком в мире, – глаза Цезаря заблестели от слёз, что чуть ли не стекали по щекам, в одном этом измученном читается та боль, что он пережил.        Ли Вон ещё никогда не видел Цезаря таким. Отчаявшимся и грустным. Он никогда не показывал истинные эмоции. Это даже заставило Ли Вона задуматься: "Почему мне жалко его? Он же сам во всём виноват.. Должно быть я сошёл с ума как и он. Не зря говорят: два сапога – пара. Мы сами друг друга сломали.. Нам нельзя быть вместе".        – Не бойся меня, пожалуйста. Я не хочу тебе делать больно, просто страшно, что ты снова сбежишь... Я и до этого насиловал тебя, чтобы ты не физически не мог сбежать.. Прости, я больше так не поступлю, – Цезарь будто понимал, что Ли Вон ему не доверяет и попытался хоть как-то убедить его, что больше не тронет.        Но Ли Вон не поддался на его сладостные речи. Сколько бы Цезарь не оправдывался, он не сможет вылечить те психологические травмы, что причинил. Его поступки можно лишь понять, но не принять. Адвокат уже не знает, почему так усердно старается оттолкнуть Цезаря, если тот всё равно продолжит лезть. Наверное, гордость не позволяет. Хотя Ли Вон уже давно потерял достоинство, обычный человек назвал бы его шлюхой. То с одним спит, потом с другим. Ли Вон невольно задумался: "Как я докатился до такого?".        – Подожди, Ли Вон, – Цезарь резко встал и подошёл к прикроватной тумбочке, начиная копошиться там.        Ли Вон опасающимся взглядом посмотрел на Цезаря и затаил дыхание. Неизвестность того, что достанет Цезарь пугало его. Мало ли что взбрело в голову этого мафиози?        Внезапно Цезарь достал ещё одни наручники, но только с более длинной цепью. Он не спеша подошёл к Ли Вону и взял его руку, что ещё не скована в наручники. Адвокат на автомате попытался вырваться, но мафиозник не позволил это сделать и поцеловал его запястье.        – Тшш, всё хорошо, – Цезарь постарался как можно осторожнее закрепить новые наручники на запястье Ли Вона, а старые снять.        Адвокат понял, что пытается сделать Цезарь, поэтому перестал сопротивляться. Теперь он мог двигать своей затёкшей рукой. Но надо ли ему это? Мафиози решил, что если он позволит ходить Ли Вону, то тот сразу простит его и забудет, про цепь на руке? Цезарь всё такой же глупый, словно маленький ребёнок.        – .. Хаа... Ты думаешь это удержит меня? При желании, я могу убить себя и ты мне ничего не сделаешь, – эти слова довольно смелые, но являются правдой, Ли Вон бы предпочёл смерть, чем волочить своё жалкое существование в запертом особняке.        – Но.. Зачем тебе это, Ли Вон? Зачем тебе умирать.. Ты же любил меня, – Цезарь заметно заволновался, ведь смерть Ли Вона – его худший кошмар.        – А зачем мне такая жизнь? Я любил тебя тогда, когда ты заботился обо мне. А сейчас что? Только и можешь, что похищать меня и запирать в своём чёртовом особняке, – голос Ли Вона всё такой же безразличный, будто он уже ничего не хочет.        – Но я исправлюсь, просто доверься мне, обещаю, ты не пожалеешь! – поведение Цезаря было ровной противоположностью Ли Вона, в его душе теплилась надежда, что адвокат вновь сойдётся с ним.        – Ты говоришь мне доверять тебе, но как я могу это делать, если ты не доверяешь мне? Приковал меня наручниками к кровати, потому что думаешь, что я могу сбежать. Хорошо. Но тогда почему я не могу избегать тебя, если думаю, что ты можешь причинить мне вред? Разве у нас не равные отношения? – Ли Вон высказал всё, что у него было в голове, тем самым поставив Цезаря в ступор.        – ..Ли Вон, если я освобожу тебя, ты не сбежишь? Я ведь делаю всё это не просто так, ведь знаю, что при первой же возможности ты захочешь уйти.., – Цезарь заметно помрачнел, видимо ему больно даже думать о том, что он снова может потерять Ли Вона.        – Давай так: будет компромисс, каждый пойдёт на уступки. Ты – освободишь меня, а я – останусь в этом особняке. Так, что ты, что я, докажем, что доверяем друг другу, вопреки своим страхам. Не хочешь – не делай этого, только потом не жди, что я буду любить тебя, – Ли Вон сделал вывод, что пока это лучшее решение, оно хотя бы будет честным по отношению к ним обоим.        – Я могу это сделать, только где гарантия, что ты выполнишь свою часть сделки? Я понимаю, доверие доверием, но.. Может это такая уловка, и как только я сниму наручники, ты уйдёшь? – хоть это предложение уже больше понравилось Цезарю, он всё ещё не мог бездумно соглашаться.        – А где твоя гарантия, что ты будешь хорошо вести? Так что всё честно... И вообще, я более чем уверен, что ты меня меня найдёшь, даже если я уеду в Корею. Поэтому ты в любом случае в выигрыше, – Ли Вон уже и не думал уезжать, ведь он знает, что Цезарь его везде достанет, теперь он хочет лишь спокойно жить здесь.        Цезарь промолчал, но после подошёл к Ли Вону и, взяв его за запястье на котором были закреплены наручники, аккуратно снял цепь с него. Адвокат сразу отдёрнул руку и начал потирать её, так как на ней уже появился красноватый след. В это время Цезарь уже снял цепь с изголовья кровати и убрал её в тумбочку. Наконец-то адвокат почувствовал себя свободным.        – И... Можешь выйти на время? Мне нужно всё обдумать. В одиночестве, – Цезарь просто кивнул и вышел за дверь, ему явно не нравится всё это, но он не хочет перечить Ли Вону.        Ли Вон закутался в одеяло с головой и закрыл глаза. За последнее время с ним произошло слишком много событий. У адвоката уже голова кружится от всего этого. Ли Вон не знает, что делать. Недавно казалось, что жизнь только начала налаживаться, но в один момент всё опять пошло под откос. Адвокат не винит в этом Дмитрия, он сам принял такое решение. Возможно, он слишком добрый, раз ставит жизнь других выше своей. Но такой уж он человек. Ли Вон делает лишь то, что считает правильным. Ведь если бы он остался с Дмитрием, было бы лучше? Первое время возможно да, но а через месяц, год? Адвокат же его даже не любил, ему просто было удобно с ним. Но со временем бы ему надоела такая жизнь, и он сделал бы больно и себе, и Дмитрию. Да и не факт, что Цезарь не нашёл бы их. Только тогда бы мафиози не был настолько лояльным.        В итоге Ли Вон вновь оказался у Цезаря, хотя если ещё несколько дней назад ему сказали бы об этом, он, наверное, повесился бы. Но сейчас его всё вполне устраивает. Как же так? Изначально он хотел уехать в Корею, но Цезарь перехватил его. И думая сейчас, Ли Вон понимает, что в Корее его всё равно никто не ждёт. Он зажил бы обычной скучной жизнью. Был бы он счастлив? Навряд ли. Кажется, что идея вернуться к Цезарю уже не настолько ужасна. Должно быть адвокат окончательно сошёл с ума, раз думает так. Но с другой стороны всё не так уж и плохо. Цезарь ведёт себя приемлемо, больно не делает больно. Разве что снова похитил, но он уже осознал, что так делать нельзя. Ли Вону всё это нравится. Разумеется, он до сих пор не забыл, что с ним делал Цезарь, но сейчас это неважно. Адвокат планирует сначала набраться сил, обдумать всё и только потом принимать какое-либо решение. Бездумно сбегать нет смысла. Во первых не к кому, а во вторых мафиозник может с лёгкостью его найти. В таком деле нельзя торопиться. Возможно, у Ли Вона даже остались чувства к Цезарю. Но сперва нужно разобраться с оставшимися проблемами, а потом уже думать об отношениях. Дмитрий ведь до сих пор не знает, что случилось с адвокатом. Так что ещё рано о чём-то говорить. Сейчас тот самый случай, когда лучше просто плыть по течению.        Цезарь в это время стоял у окна и нервно постукивал пальцем по подоконнику. Он всё ещё волнуется, что Ли Вон может уйти, поэтому внимательно наблюдает за всем, что происходит. Но за всё это время не произошло ничего странного. Даже когда Цезарь тайком заглянул в комнату Ли Вона, тот просто спал. У него просто в голове не укладывается, что адвокат мог так легко простить его. Неужели тот настолько отчаялся? Возможно, Ли Вон что-то замышляет, хотя это маловероятно. Цезарю не остаётся ничего делать, кроме как ждать. Время всё расставит на свои места.        Цезарь какое-то время ещё смотрел в окно и после ушёл спать. Утро вечера мудренее, там уже будет понятнее, что делать.

***

       Солнце ещё не успело взойти, как Ли Вон проснулся. Когда он только приоткрыл веки, то подумал, что всё ещё ночь. Но посмотрев на настенные часы, он вспомнил, что как никак середина декабря и ночь длиннее дня. Протерев слипшиеся глаза кулаками, адвокат осмотрел комнату, не понимая где он. Только потом до него дошло, что это особняк Цезаря. Ли Вон быстро прокрутил в голове все вчерашние события, освежив память. Ситуация была не из лучших, в конце концов Цезарь снова рядом. Но с другой стороны, мафиози же пообещал измениться.        В любом случае, как бы страшно не было, но Ли Вон сильно проголодался. Вчера он почти не ел и это дало знать. Живот громко заурчал, адвокату даже показалось, что этот звук раздался по всей комнате. Ли Вон был бы рад не будить Цезаря и самостоятельно что-то приготовить, но его кулинарные навыки оставляют желать лучшего. Так что тяжело вздохнув, он смирился со своей участью и встал с кровати, направляясь к комнате мафиозника.        Зайдя к Цезарю, Ли Вон обнаружил, что тот спит. Он медленно подошёл к нему, а после сел на край кровати. Адвокат осмотрел его лицо, оно было всё таким же спокойным и изящным, как он помнил. Он неосознанно задумался: "Действительно будто ангел... Вот почему ты не можешь быть таким всегда?". Ли Вон быстро помотал головой, чтобы избавиться от этих мыслей. После он хотел потрясти мафиози за плечо, дабы разбудить его, но тут он вспомнил, как однажды пытался разбудить его подобным образом и тот его чуть не застрелил. Поэтому Ли Вон решил просто позвать его.        – Цезарь.., – Ли Вон тихо произнёс его имя, но так, чтобы тот услышал.        Цезарь сразу же распахнул глаза и уставился на Ли Вона. Вот кого-кого, а адвоката он не ожидал увидеть. Обычно Ли Вон всегда избегал мафиозника, а тут сам пришёл к нему. Это так непривычно для Цезаря.        – Доброе утро, Ли Вон, – Цезарь присел рядом с Ли Воном, на его лице сразу засияла улыбка.        – Я хочу есть, – Ли Вон сразу встал с кровати, не желая больше задерживаться в комнате.        – Тогда пошли, – Цезарь тоже встал с постели и вышел из комнаты, ведя адвоката за собой.        Шли они в тишине, Цезарь решил не брать Ли Вона за руку, чтобы лишний раз не приставать к нему. Хоть Ли Вон никак не показывал, что ему нравится Цезарь, мафиозник всё равно счастлив. То, что его возлюбленный не отталкивает его после всего, что было, уже можно считать чудом. Ему пока что достаточно и этого.        Вот, они пришли в столовую, Цезарь открыл дверь, посадил Ли Вона на стул, а после сказал повару, чтобы тот сделал завтрак, а после сел напротив адвоката. Пока они ждали еды, Ли Вон медленно вырисовывал пальцем круги на столе. Вроде всё хорошо, но атмосфера почему-то напряжённая. Адвокат так и не решил, что между ним и Цезарем, наверное поэтому ему так неловко. "Стоит взять себя в руки и поговорить с ним, волноваться нечего", – Ли Вон тяжело вздохнул и прикрыл глаза, смирившись с тем, что ему снова придётся говорить с Цезарем.        Вскоре подчинённый Цезаря принёс им еду и Ли Вон сразу приступил к трапезе. Цезарь же ещё некоторое время просто смотрел на адвоката. Он так давно не видел его, что кажется может не отрываться от него часами. Мафиози даже представлять не хочет, что делал бы, если не нашёл Ли Вона.        – И всё-таки.. Ты не сбежал, – вспоминая, что вчера Цезарь освободил Ли Вона, а тот даже не попытался уйти, становится тепло на душе.        – Ешь давай, – щёки Ли Вона едва заметно покраснели, из-за чего он отвернулся, чтобы Цезарь не увидел это.        Мафиозник тихо хихикнул. Он так привык к характеру адвоката, что такой ответ для него уже как родной. И даже не смотря на то, что Цезарь в любом случае узнал бы, куда ушёл Ли Вон, адвокат мог попросить о помощи Дмитрия или отца. Но он это не сделал. Значит он не так уж ненавидит Цезаря. Значит ли это, что у мафиозника ещё есть шанс вернуть отношения с Ли Воном? По крайней мере он на это надеется. Одна лишь вера в то, что всё будет хорошо делает его счастливым.        Спустя пятнадцать минут Ли Вон и цезарь закончили завтракать и вышли из столовой. Поскольку ни у одного из них не было дел, они просто остановились у двери. Тут адвокат решил, что пора действовать. Взяв Цезаря за руку, он повёл его в свою комнату, быстро добавив:        – Нам нужно поговорить.        Цезарь и не против. Он тоже недавно думал о том, что стоит наконец-то нормально обсудить проблемы, поэтому покорно последовал за Ли Воном. И всё же то, как адвокат держит его за ладонь доставляет мафиознику невероятное удовольствие. Он давно мечтал быть ближе к своей любви, взять его за тёплую руку. Наверное, Цезарь сейчас самый счастливый человек на Земле.        Ли Вон завёл Цезаря внутрь комнаты, а после закрыл за собой дверь. Он медленно подошёл ближе к нему и посмотрел прямо в глаза. Мафиози взглянул на него ответ и лучезарно улыбнулся. В отличии от него, Ли Вон выглядит серьёзно.        – Так о чём ты хотел поговорить? – Цезарь сел на кровать, что стояла позади него, Ли Вон последовал его примеру и плюхнулся рядом, поскольку диалог предстоит не лёгкий понадобится много сил.        Ли Вон лишь закусил губу. Он ничего не говорит, видимо волнуется о том, как отреагирует Цезарь. Мафиози заметил это и положил руку на плечо адвоката, нежно поглаживая, как бы успокаивая его. Это сработало, Ли Вон немного осмелел, после чего тихо и невнятно произнёс:        – Это насчёт Дмитрия...