Визитная карточка

Первая визитная карточка от убийцы прилетела, как перелётные птицы, весной или, если быть точнее, в середине апреля. Адиль уже много лет занимается криминологией, но от одного лишь взгляда на это тело его в первый раз вывернуло. Кажется, в процессе он выблевал не только все органы, но и душу. Его коллега Ирэн сочувственно похлопала по плечу, когда тот вернулся обратно. Тело было в ужасном состоянии: следы от уколов, по всей видимости, наркотиков, на сгибе локтей, живот вспорот и вместо внутренних органов набита белая вата. Глаз как таковых не было, только две зашитые дырки. На голове вместо волос, неизвестно каким способом, были пришиты медвежьи уши. Во рту у жертвы была небольшая чёрная карточка, где красивым золотым шрифтом было написано: «el juego ha comenzado»*. Адиль плохо знал испанский, а в команде мало кто говорил на английском, не говоря уже об испанском. Красивый язык, но сложный. Когда-нибудь Адиль его выучит. Как в отпуск уйдёт, так сразу. Маньяка сразу прозвали Медведем, потому что первая ассоциация идёт от первой жертвы, а жертва, как бы грустно это ни звучало, стала медведем. Девушка двадцати пяти лет, имела много друзей, не имела проблем со здоровьем, в лес с бабушкой любила ходить, да и одной тоже нравилось гулять. Друзья говорят, что она искала в этом лесу спокойствия, ходила туда, чтобы расслабляться после учёбы. Училась на медицинском на отличные оценки, была неглупой, врагов не было. Добрая и яркая девушка, которая, по всей видимости, оказалась не в том месте и не в то время. Вторая визитка пришлась на самый жаркий месяц лета — июль. На выезде из города лежал парень чуть младше предыдущей жертвы, так же вспорот живот, уколы на руках, только на этот раз вместо медвежьих были кроличьи уши. Радует, что уши хотя бы игрушечные, а не настоящих животных. Во рту была такая же чёрная визитная карточка, только, если на предыдущей было написано «игра началась», то здесь — «вам не поймать меня» и, увы, на визитке не обнаружилось ни одного нужного отпечатка. До сих пор загадка, где хранятся органы жертв. Они обошли все заброшенные дома в округе леса первой жертвы и заходили в каждый дом округа второй жертвы — и ничего. Парень учился на журналиста в другом городе, ехал к родителям в гости, но не доехал. Имел свой круг общения, не был популярным, но и забитым не был. Недоброжелательных людей хватало, но у тех было железное алиби. С каждым разом Адиль будто сходил с ума: он не понимал, кому может понадобиться делать из людей игрушки. Ирэн рядом тоже была не в себе, но умело держала себя в руках. Третья жертва пришлась на октябрь, любимый месяц Адиля. Хорошо, что хоть не на день рождения выпало убийство, иначе у него были бы плохие ассоциации. Но ассоциации всё равно будут плохими, потому что в новой визитной карточке маньяк поздравил его с прошедшим днём рождения и рядом с жертвой лежали любимые ромашки, предназначенные для него лично. А жертва была с ушами лисы. — Безумие, — шептала рядом Ирэн, прижимая руку ко рту. — Меня даже нормальные парни не кадрят, а тебе маньяк знаки внимания оказывает. — Интересный у него способ привлечения внимания, — сказал Даулет, фотографируя жертву. — А вы не заметили, с какой точностью он убивает? — Отправьте цветы на экспертизу, — попросил Адиль проходившего мимо следователя и потом тихо добавил: — Если всё нормально, можете в кабинет мой отправить? Следователь усмехнулся, но кивнул. — Первая жертва была в апреле, следующая в июле, а теперь октябрь. Следовательно, у нас есть три месяца, чтобы понять, кто убийца. — Примерно три месяца, — добавила Ирэн. — Это всегда разные даты месяцев. Сначала 15-е число, потом 24-е число, и сегодня с утра, кажется, было 13-е. — Может ли это быть какой-то шифр? — спросил медик, вставая с колен. — Что-то вроде "Адиль, я люблю тебя!", — медик откровенно насмехался. Тема с букетом цветов долго ещё будет поводом для насмешек со стороны друзей. Ирэн рассмеялась, а Адиль махнул рукой: — Да, и так он, действительно, пытается привлечь моё внимание. Бред какой-то. Адиль присел рядом с жертвой, осматривая её лицо. Это снова был парень, точнее, мужчина тридцати лет. Не женат, детей нет и не было, ни с кем не встречался и последние полгода не имел половых связей. Работал в книжном, с коллегами не общался, по словам коллег и бывших однокурсников, вечно был мрачным и нелюдимым и постоянно шутил про самоубийства. Некоторые удивляются, как он вообще дожил до своего возраста. Жертвы между собой никак не связаны, они не знали друг друга, у них не было общих интересов, был совершенно разный круг общения и разное поведение на публике. По какому принципу выбирается жертва, остаётся только догадываться. Адиль сидел в кромешной темноте своего кабинета. Все уже разошлись по домам, Ирэн до последнего уговаривала его пойти домой и поспать, но он бы всё равно не уснул. Дело слишком интересное. Когда Адиль вернулся из кухни, где сделал себе кофе, на ноутбуке уже горел значок, оповещавший о новом сообщении на почту. Адиль сел в кресло, отпил кофе и зевнул. Кофеин совершенно не помогает, создаёт лишь видимость бодрости на пару минут. Парень потёр глаза и открыл почту, заметив, что сообщение было от неизвестного, что, впрочем, не напрягло Адиля, а вот содержимое — вполне. Ирэн убьёт его, но она, помимо того, что помощник детектива, так ещё и программист, поэтому он набирает её. — Грёбаный ты казах! — сразу же возмущается Ирэн в трубку. — Кажется, мне написал Медведь, — сразу же говорит Адиль, дабы не слушать дальнейшие оскорбления. На том конце провода молчат секунд тридцать, прежде чем она со стоном произносит: — Дай мне полчаса. Но я клянусь, Адиль, потом мы поедем домой и будем спать на хрен! — К тебе или ко мне? — флиртующим голосом спрашивает Адиль, слегка улыбаясь. — Придурок! — только и говорит девушка и бросает трубку. Осталось только ждать: если она сказала, что будет через тридцать минут, то, значит, будет вовремя. Ирэн была очень пунктуальной. Никуда они не поехали, ни спать, ни есть, до утра пытаясь понять смысл текста и откуда пришло загадочное: «Мило, что ты оставил цветы, но меня вам всё равно не поймать» — и грёбаное сердце в конце предложения. Ирэн не прокомментировала момент про цветы, может, и к лучшему, только лишь спросила: — Тебя в твоём университете не учили, что принимать сомнительные подарки от маньяков не стоит? Но дальше она погрузилась в работу, и с утра, когда весь отдел был на месте, они завалились к другим программистам компании. Те обещали выяснить айпи устройства, с которого было отправлено письмо, а самих отправили спать. Они смогли дойти только до кабинета и плюхнулись на диван, переплетаясь конечностями. Адиль так давно не спал, что, кажется, был готов дремать даже на полу. Проснулись они от шуршания каких-то бумаг и слишком громкого и очевидного клацанья по клавиатуре. Первой открыла глаза Ирэн и удивилась присутствию бывшей коллеги. — Неожиданно! — Кто там? — Адиль не хотел открывать глаза, а лишь принял удобную для сна позу, как только Ирэн встала. — Проблема, — прошептала Ирэн. — Эту проблему надо убрать. — Мисс, вы грубы, — Адиль сразу же подскочил от звука знакомого голоса и схватился за пистолет. — Я пытаюсь помочь, так что не нужно оружия. — Чем ты сможешь нам помочь? Девушка хмыкнула и полезла в свою сумку, доставая букет: — Вот с этим, — она бросила к их ногам букет ромашек. — Я знаю его. А этот букет лежал возле твоей двери, Адиль. Он знает, где ты живёшь и где работаешь. Не обрадую тебя, но он запал на тебя. И все эти плюшевые игрушки из людей — для тебя, дорогой. — Адиль? — Ирэн поворачивает к нему голову с максимально испуганными глазами. — Скажи, что это розыгрыш. Скажи, блять, что это розыгрыш! — Я не знаю, это звучит как бред, — Адиль опускает руку с оружием, зарываясь пальцами в волосы. — Я работала с ним после того, как меня уволили. Вы же знаете, как я любила криминалистку, мафию и всё такое, — Мориарти неопределённо крутит руками в воздухе. — Он нашёл меня, предложил работу. Я согласилась. — Согласилась? — Ирэн делает шаг вперёд, но Адиль останавливает её за руку. Он знает обеих своих подруг и знает, какие они вспыльчивые, если довести. Поэтому правильнее будет держать их подальше друг от друга в такой щепетильной ситуации. — А что ещё мне оставалось делать? — Нет, минуточку. Откуда нам знать, что ты нам не враг? — Адиль был скептиком по жизни, не верил в магию, бога, пришельцев и в слова бывших следователей. — Потому что следующая жертва будет нашим общим другом, — Мориарти сложила руки на груди. — Адиль, ты не узнавал в лицо своих жертв? — Там от лица ничего не оставалось, — фыркнул Адиль. — Ах, да. В общем и целом, все эти жертвы связаны между собой. Угадай, как? — видно было, что девушка явно насмехается, но не показывает этого, но они слишком давно знакомы, чтобы Адиль различал и понимал Мориарти. — Если ты сказала, что маньяк запал на Адиля достаточно давно, значит, наблюдал, так? — начала рассуждения Ирэн. — Значит, это могли быть люди, которые флиртовали с Адилем? — Даулер следующий? Мориарти кивнула. — Я устрою твою встречу с ним, — добавляет она. — Чего? — Ты с ума сошла? Ирэн с Адилем переглядываются. Мориарти же не могла так с ними поступить? Это же не она сдала местоположение Адиля? — Я хочу помочь всем своим друзьям. Вы узнаете, кто маньяк, а он познакомится с тобой. Двух зайцев сразу, и, тем более, медик останется жив, — Мориарти хлопает в ладоши, как будто рассказала какую-то шутку. — Ни за что! — рявкает Адиль и выходит из кабинета, сразу же набирая кого-то. Догадаться, куда он идёт и о чём будет просить, не сложно. Только это совершенно не на руку никому из присутствующих. — Нельзя усидеть на двух стульях, — недовольно шипит Ирэн. — Уходи, как пришла, никакой встречи не будет, — Ирэн вздыхает и, в последний раз бросив взгляд на бывшую подругу, уходит вслед за Адилем. Адиль был зол. Как она могла подумать, что он согласится на встречу с маньяком? Они из разных каст, Адилю совесть не позволит просто пообщаться с ним и не посадить его при этом. Тем более, если будет знать этого человека в лицо. Ирэн ушла куда-то (оно и к лучшему, не хотелось бы срываться на ней). Адиль рьяно просит полной защиты для медика, начальство соглашается, поверив в интуицию детектива. Адиль также объясняет ситуацию самому Даулеру, чтобы он был начеку и, если что, сразу звонил. На его телефон были установлены датчик движения и прослушка. Ирэн появилась ближе к вечеру, принесла кофе, но ничего не говорила. Адилю тоже нечего сказать. Здесь, в принципе, слов-то и не нужно. Их бывшая подруга, следователь, оказалась в группировке с маньяком, и, скорее всего, мафией. Адиль был в панике. А через неделю на медика было совершено покушение, но тот смог убежать. Адиль на эмоциях решился на встречу с маньяком ради возможной безопасности медика и всех остальных. Ирэн не знала об этой встрече, Даулер тоже. Он встретился с Мориарти в торговом центре, для конспирации они немного погуляли по нему, а после поехали на назначенное место. Адиль проходит на заброшенный завод, куда его привезла Мориарти, и ждёт. Пистолет он с собой не взял, как-то не было надобности: если бы его хотели убить, то он давно был бы уже мёртв, но он жив. К сожалению. Хотя он ещё не выучил испанский — было бы грустно, если бы он умер, так и не выучив его. — Нет, — мотает головой Адиль, когда замечает фигуру, выходящую из темноты. — Нет, я ухожу. Я должен был сразу догадаться, когда мне сказали, что маньяк запал на меня давно. — Адиль разворачивается и идёт к выходу. На фиг это, пускай убивает. — Постой, — парень практически бежит за ним и хватает за запястье, которое Адиль вырывает с особой злостью, и поворачивается лицом. — Маяковский, тебе было настолько обидно, что я отказал тебе тогда, что ты решил так мне отомстить? — Это не месть, я пытался привлечь твоё внимание, — Маяковский выглядит несколько расстроенно: очевидно, он не так планировал их разговор. — Убивая людей? Да ты романтик! — Адиль складывает руки на груди и пытается шутить. Пытается просто сделать ситуацию чуть лучше для себя. — А как я, по-твоему, должен был это делать? — Просто написать? — Адиль взмахивает руками. — Ты больной ублюдок, Маяковский. — А мне больше нравилось, когда ты называл меня Медведем. Адиль молчал, Аман тоже. Они вели битву глазами, тем самым выясняя, кто главный и кто здесь на самом деле в ловушке.

Воспоминания

Семь лет назад

Аман нервничал. Сегодня он решил признаться в своих чувствах одному из своих знакомых. Они мало общались, но Аман хотел это исправить, очень сильно хотел. И он не раз замечал на себе ответные взгляды Адиля. Возможно, ему это только кажется, и все друзья так говорят, но он не верит. Не хочет верить и замечать очевидное. Адиль им не заинтересован и никогда не будет. Но Адиль всё равно уезжает уже через неделю, так что какая разница, что будет потом? Ответит взаимностью — будет всем счастье, а если нет, то Аман закроется в своей комнате на неделю, пока Адиль не уедет. Аман выловил его на первом этаже, когда тот уже собирался уходить. Везунчик, Аману ещё две пары сидеть. — Адиль, подожди, — окликает его Аман, а Адиль прощается с друзьями и подходит сам. — Что? — Ты мне нравишься, — как-то слишком резко для себя самого отвечает Аман. Он не смотрит на Адиля, слишком неловко и почему-то стыдно. — Аман, ты хороший парень, но немного не в моём вкусе, — Адиль хлопает его по плечу и уходит. — Я ещё напомню о себе, — шепчет себе под нос Аман и уходит обратно на пары. Любовь любовью, но учиться всё равно надо. Любовью сыт не будешь.

Конец воспоминаний

— Я сдержал обещание, — Маяковский очаровательно улыбается, Адиль фыркает. Его красивая внешность не оправдывает его поступки. — Людей в покое оставь! — Адиль закипает, ему нервно находиться здесь рядом с Маяковским. — Не могу ничего поделать со своей ревностью. Адиль разворачивается: — Хочешь убить меня, то давай прямо сейчас, пока я не сдал тебя. — Ты не сдашь! — кричит ему вслед Аман. — Почему? — Адилю действительно интересно, почему, поэтому он замедляет шаг и слегка поворачивает голову. — Потому что я тебе тоже нравился, только ты боялся этих чувств. Адиль хмыкает и уходит, не боясь, что в спину прилетит нож или пуля. Маяковский сильно его любил, чтобы посметь поднять на него руку. А Аман, наверное, второй раз испытал горькое разочарование в том, что не все люди будут любить тебя взаимно. Поэтому через три месяца в лесу, где была найдена первая жертва, обнаружили тело Адиля с ушами котёнка и чёрной картой, где золотыми буквами снова по-испански было выведено: «Si no me amas, entonces deberías estar muerto»*. И на этот раз на карте, да и по всему телу, были отпечатки маньяка, которого, к сожалению детективов и следователей, уже не было в живых. Возможно, это подделанный труп и Медведь всё ещё на свободе. А может, это всё чей-то страшный сон — никто уже не знает, где реальность, а где чья-то очередная фантазия. Но факт был один: Адиль мёртв, и его не вернёшь в мир живых больше никогда.