Татуировка

Роза. Дракон. Перо с подписью. Какой-то, вроде китайский, иероглиф. Название айдол-группы. Ещё одна роза, только на этот раз красная. Элегантно выведенное имя, Минги, вроде. Небольшой мотылек над ключицей. Перебирая в голове все татуировки, что он бил на этой неделе, Чонхо невольно задремал, облокотившись о стойку регистрации. Не то чтобы он сильно устал, скорее просто было скучно. Ожидания потрясающей разнообразной работы, ради которой он готов хоть еженедельно рисовать новые эскизы, разбилось о реальность ежедневно повторяющихся шаблонов. Парень готов был поспорить, что если к нему ещё хоть раз явится клиент и попросит дракона, считая себя самым оригинальным на свете, то он просто вломит ему и не пожалеет о содеянном. Из полудрёмы его вывел коллега, слегка одернувший по плечу. Просыпаться не очень хотелось, но сегодня на консультацию должен был прийти молодой парень. Чонхо усилием разлепил глаза и взглянул на вошедшего юношу. Он был одет во все чёрное: от шапки и маски на лице до самых ботинок. Как будто на поминки пришел. Однако неаккуратные волосы из-под бортика шапки торчали блондинистые и чуть вьющиеся, а глаза смотрели по-доброму, хоть и немного грустно. Чонхо давно научился с одного взгляда оценивать людей. И этот уставший юноша либо сейчас попросит иероглиф, либо станет самым оригинальным его клиентом за целую неделю, если не две. Чхве улыбчиво поздоровался и показал, где можно снять верхнюю одежду. Аккуратно выглаженная рубашка, прикрывавшая бедра парня, также оказалась черной. Настоящий темный жнец. — Вы бьете по чужим эскизам? Мне бы хотелось кое-что конкретное. — тихо выдавливал из себя парень низким слегка охрипшим голосом. — Зависит от эскиза. Можете показать? — он откинулся на спинку кожаного кресла, наблюдая как маленький гот трясущимися руками достает телефон и показывает картинку. Это…кот. Небольшой графический кот с пятнышком за ухом и на грудке. Эскиз правда красивый и не тривиальный. Несмотря на то, что Чонхо редко брал подобную графику (ибо просили в ней, в основном лишь розы и бабочек), сейчас готов был орать свое согласие хоть на всю студию. — Да, я с радостью возьмусь! Где бы вы хотели набить ее? — Я думал насчёт запястья левой руки. Но это моя первая татуировка, так что я, — парень поджал губы заламывая дрожащие пальцы, — Я немного переживаю. И ещё у меня низкий болевой порог. — Тогда, запястье это не лучший вариант, так как там довольно болезненно бить. Мы можем перенести ее немного выше, на предплечье, там будет терпимее. — Чхве придвинулся ближе, надеясь, что аура от его довольно могущественного тела подействует успокаивающе. — Хорошо… На какую дату я могу записаться? — глаза парня вдруг загорелись, когда он наконец понял, что его задумка совсем не далека от воплощения. — У меня есть свободное время с трёх до семи в понедельник. Как вас зовут? Чтобы я смог вас записать. — мастер достал телефон из заднего кармана и открыл календарик разноцветно раскрашенный различными записями. — Да, три часа в понедельник, — юноша кивнул слишком активно, — Я Кан Есан. — Потрясающе, господин Кан. Отправьте салону в сообщениях изображение эскиза и подпишите дату на которую вы записаны. Кстати, позвольте поинтересоваться, вы сами рисовали эскиз? — Чонхо дружелюбно улыбнулся и склонил голову чуть вбок, надеясь на расположение симпатичного паренька. — Нет, мой друг Хонджун нарисовал его для меня. Сам я не очень хорошо рисую. — уши его слегка покраснели от неловкости, и он начал осматривать сам себя, в попытке найти куда спрятать взгляд. — Ну, тогда до свидания, Кан Есан. Увидимся в понедельник. Перед сеансом хорошо покушайте и не употребляйте алкоголь. После того, как тату будет сделано, лучше ограничить физическую нагрузку. Больше о заживлении я расскажу вам уже в процессе, хорошо? — мастер кивнул и вернулся к стойке регистрации. Сердце его гулко билось в ушах, а в животе затянулся небольшой узел. Он надеялся на то, что сегодня больше не будет работы, потому что ему срочно нужен прохладный душ. Дрожащие пальцы легли на холодный металл ручки и аккуратно надавили, открывая стеклянную дверь, разрисованную кем-то из сотрудников. Салон встретил его чуть заметной прохладой и жужжанием откуда-то справа. Колени невольно подкашивались от мысли о том что совсем скоро такой же звук будет тяжело висеть над его ухом и болезненно касаться кожи. За стойкой регистрации его уже ждали двое: тот же парень, что стоял тут в прошлый раз, а ещё мастер, скучающе облокотившийся о стойку. Он выглядел немного уставшим, тем не менее дружелюбно улыбнулся, как только увидел вошедшего клиента. Есан кивнул в знак приветствия и заломил пальцы, чтобы не показывать своего волнения. Живот сильно тянуло, хотя он плотно покушал перед выходом, как ему и порекомендовали. Возможно, он все еще вполне мог развернуться и выбежать отсюда. Не пугала даже перспектива показаться ужасно глупым. Однако что-то все равно вело его ноги вперед, к мило улыбающимся парням. И в ушах перестало жужжать, только сердце гулко стучало быстрее обычного. — Добрый вечер, Есан. Надеюсь, за эти несколько дней ничего не произошло, и вы не передумали? — сильные руки мужчины в этот раз не были скрыты рукавами кофты, а потому стало видно десятки чернильных рисунков на золотистой коже. Кажется, Кан пялился на это непозволительно долго. — Все в порядке. Только волнуюсь немного. — в подтверждение своих слов, он поднял две руки, которые сильно дрожали. Возможно, мастерам не стоило знать тот факт, что дрожали они у него постоянно. — Я тоже волновался перед первой татуировкой. Не переживайте, страшно первые полчаса, а потом уже расслабляешься. Есан ничего не ответил. Конечно же, такой могущественный парень не боялся какой-то татуировки, а вот кто-то такой хрупкий, как он, вполне мог. Он бы вообще, наверное, никогда не решился на это, если бы не идея-фикс у него в голове. Возможно, пошел бы на попятную прямо сейчас, если бы не очаровательная улыбка его мастера, которой он вел его в зал, откуда в прошлый раз точно жужжала демоническая машинка. — Сейчас мы перенесем эскиз на вашу кожу. Если вам не понравится расположение, то сразу скажите, я сделаю заново. Пока вам не будет комфортно видеть рисунок именно на этом месте. — парень подошел к столу с различными бумагами на нем и стал что-то искать в ноутбуке. — На этом этапе не должно быть никакого дискомфорта или неприятных ощущений. К тому же, я буду максимально аккуратен с вами. — Хорошо, — тихо отозвался блондин и поболтал ногами на удобном кресле, на которое его усадили. — Мы можем перейти на ты? Чтобы было комфортнее. — Ах, точно, я и не представился даже! Меня зовут Чхве Чонхо. Не стесняйся разговаривать со мной, это наоборот облегчит боль и поможет скоротать время. — Как давно ты занимаешься этим? — спросил Кан, наблюдая, как к его только что обработанной руке лепят тонкую бумагу с рисунком. Как только ее убрали, он увидел восхитительный рисунок, который еще буквально неделю назад был только на планшете его друга, а теперь тонкими линиями очерчивал его предплечье. Он не сдержал восхищенного возгласа. — Смотря что ты имеешь ввиду. Сам в студии я работаю уже три года, а свое первое тату набил лет пять назад, наверное. Да, как раз в семнадцать лет. — парень пронаблюдал за реакцией своего клиента с легкой улыбкой. — Нравится, да? — кивок — Тогда я обведу маркером и можем приступать. Только не переживай слишком сильно. От волнения больнее. Есан от этих слов насупился, и постарался сделать все, чтобы волнение скорее прошло. Даже спел в голове глупую детскую песенку, но с каждой секундой дрожь в коленях только усиливалась. Однако резко стало чуть легче, как только парень положил руку ему на плечо, осторожно поглаживая. Он включил машинку совсем близко к чужому уху и подождал около минуты, пока светловолосый не привык к напрягающему звуку. — Сделай глубокий вдох, я сейчас сделаю первую черту. — Есан повиновался и шумно вдохнул, моментально ощущая болезненное жжение на своей коже. Конечно, не как комарик укусил, но и от адских страданий это было далеко. В целом, можно и перетерпеть, особенно при мысли о том, что совсем скоро на его предплечье будет красоваться небольшой котик, что был ему так дорог. — Котов любишь? А что это за порода? — будто прочитав мысли клиента, Чонхо улыбнулся ему, тряпочкой стирая чернильные разводы от уже сделанных штрихов. Рисунок был четким, а линии уверенно-сильными. Блондин с улыбкой рассматривал то, что выходит, однако улыбки резко коснулась дрожь, стоило ему понять, о чем его спросили. — Мейн-кун. — голос его отдал легкой хрипотцой, а нос шмыгнул. — Его звали Сён. У него было такое замечательное рыжее пятнышко за ухом. — тяжело дрогнул кадык. — Был…? — испуганно повторил мастер, отстраняя машинку от чужой кожи. Резко прошибло осознание того, что именно сказал парень и почему делал татуировку. — Прости, пожалуйста, я не думал… — Все в порядке. Уже месяц прошел, я немного оправился. Но он правда был мне очень дорог, вот и решился сделать. Ну ты понимаешь. — выдавив из себя смущенную улыбку, Кан вдруг испуганно пискнул. Его кожи вновь коснулось острое жжение. И на этот раз оно почему-то ощущалось сильнее, как будто слова про боль от волнения были правдивы. Повисло неловкое молчание, нарушаемое лишь размеренным жужжанием над ухом. Однако пауза эта совершенно не смущала, наоборот дарила некоторое успокоение. И если бы не жгущая боль, он бы и уснул прям здесь, хотя ненавидел показывать такую свою сторону незнакомцам. — А какая у тебя любимая татуировка? — неожиданно даже для себя спросил Есан и пальцами коснулся своего носа, ощущая, как резко накатил неприятный зуд от чуть не покатившихся ранее слез. — У меня на плече есть татуировка разломанного яблока. Мне было почти девятнадцать, когда я ее сделал, мы тогда только расстались с… — Чонхо осекся, вдруг стушевавшись, не ожидая, что стал выражаться настолько искренне, — с моим бывшим парнем. И я сам чувствовал себя разбитым яблоком. — А сейчас? — заинтересованно. — А сейчас я и сам могу яблоки ломать голыми руками. Я тебе потом покажу как-нибудь. Потом покажу как-нибудь. Неосторожно брошенная фраза, заставившая обоих покраснеть и вновь замолчать, перебирая в голове сотню разных мыслей. Есан опустил взгляд вниз и заметил, что руки его мастера мелко дрожали, даже при том, что линии его продолжали быть уверенными. Очевидно, надо было разбавить обстановку. — Хочешь сходить на кофе после? — и сразу же осекся, — Точно, у тебя же работа. Мы можем… — Мне кажется, с каждой фразой все становится только более неловким. — Чхве усмехнулся, обнажая белые зубы своей улыбкой. — Я работаю примерно до шести сегодня. Если ты не занят, то можем правда сходить за кофе. Любишь капучино? — Люблю… — полушепотом ответил блондин, — капучино, да, люблю… С сиропами всякими сладкими. — Я знаю кофейню, где делают вкусный лавандовый капучино. Вкус, наверное, специфичный, но мне очень нравится. — Шутишь? — глаза парня вдруг загорелись, и он бы вскочил на месте, если бы прямо сейчас мог это сделать. Его коснулся недоуменный взгляд. — Я обожаю лавандовый капучино, это самый вкусный кофе на свете! Ты пробовал сироп яблочный пирог? Он немного кисленький, тоже необычно выходит. — Я попробую обязательно. Звучит действительно вкусно. — яркая улыбка и восторг парня заставили Чонхо тоже широко улыбаться. Черная тень, зашедшая в их мастерскую на прошлой неделе вдруг расцвела легким румянцем, и следовавшая за ним тоска вдруг совершенно растворилась. — Ты так на меня смотришь… Неловко становится немного. Что-то не так? Я слишком навязываюсь, наверное, прости, я ляпнул чтоб неловко не было. — он снова стушевался и тот маяк вдруг начал гаснуть прямо на глазах. — Нет, не думай так! Мне правда приятно будет выпить с тобой кофе, а может и не раз. — как будто специально приблизился к тонкой руке парня, практически склоняя свое лицо над ней, вырисовывая какие-то особо маленькие детали татуировки, — Ты невероятно приятная личность, и даже нравишься мне. — на его же счастье, его лица не было видно, потому что иначе бы Есан точно увидел заалевшие щеки. — Я думал, что тату-мастера все грубые и брутальные. Но ты правда очень приятный, и я рад, что у нас завязался такой диалог. К тому же, это очень отвлекает от неприятной боли татуировки. — К слову об этом, я закончил. Сейчас наклеим защитную плёнку, ее дня два лучше не снимать. Можно будет даже ещё одну приклеить для сохранности. Я бы объяснил как, но, — Чонхо поднял взгляд и подмигнул своему клиенту, — предпочту сам сделать это для тебя, ты же не против? — и не дождавшись ответа, продолжил свои объяснения. — Потом не чесать, корочку не сдирать, мазать специальным гелем. Физическую активность тоже советуется ограничить, но это, в общем, не смертельно. Если будут какие-то проблемы или что-то покажется странным, то сразу пиши мне, хорошо? Я сейчас дам свой личный номер. Есан ничего не отвечал, лишь кивал на все что ему говорят, в попытках запомнить информацию, которая, впрочем, никак не хотела укладываться в голове и потому он надеялся, что Чонхо не посчитает его дураком, когда он спросит о том, что делать. Главное хоть сейчас сохранять понимающее выражение лица, пока мастер клеит ту самую пленку, которая на татуировке сейчас ощущалась как кубик льда на ожоге — вроде, приятно холодно, но все равно давит на ранку. — Все готово! — Чхве улыбнулся и протянул своему клиенту руку, ожидая, когда он схватился за нее, — Думаю, у тебя затекли ноги после длительного сидения, так что осторожно, и лучше ухватись, пока идём до стойки. И он ухватился. Чужая смуглая кожа обдала теплом его вечно холодные пальцы, и это касание, наверное, сейчас жгло кожу сильнее, чем тату машинка десятью минутами ранее. Щеки загорелись как светофор на перекрестке, и Есан готов был поклясться, что сейчас упадет не из-за того, что ноги затекли, а из-за того, что в животе все тяжело скрутило от таких нежных, но в то же время властных касаний. — Чонхо, а… Можно ли мне подождать здесь? Я не успею съездить до дома и, честно, не знаю, где еще могу посидеть… — стараясь говорить как можно тише, чтобы парень за стойкой не подслушивал, обратился блондин. — Да, без проблем, в моем зале есть два удобных кресла для ожидания. Ко мне через пять минут придет последняя на сегодня клиентка, думаю, нам с ней нужно часа полтора. — он мило улыбнулся и даже хотел было убрать мешающую прядь светлых волос на лбу парня, но быстро одернул руку, поняв, что это будет слишком. — Тебе, может, чаю заварить? — Не стоит, я предпочитаю кофе. Что ж, я тогда пойду присяду. Не хочу отвлекать, — помахал рукой так, будто совсем прощаются, тем не менее просто вернулся в комнату из которой только что они вдвоем вышли. — У-у, Чонхо-я, смотрю тебе приглянулся этот клиент. Думал, ты против того, чтобы флиртовать с посетителями, тем более этот не в твоем вкусе. — язвительно заметил коллега, состроив забавное лицо. — Это не твое дело, Ен-а, — Чхве брызнул ядом в ответ, — И это мое дело, кто в моем вкусе, а кто нет. — после этих слов он вновь натянул дружелюбную улыбку, встречая зашедшую клиентку. Роза. Очередная роза. Есан осторожно присел на кресло со своим планшетом и стал разбирать что-то по работе. Конечно, ему сложно было сосредоточиться где-то вне собственного дома, но здесь атмосфера была на удивление успокаивающей, и даже доносящееся из разных углов жужжание не напрягало, а наоборот создавало размеренный фоновый шум, который не отвлекал от собственных мыслей. От них отвлекала только крепко сложенная фигура тату-мастера, что стоял к нему то спиной, то боком, и, если честно, хотелось рассматривать его, такого сосредоточенного и удивительно молчаливого с этой девушкой, в противовес тому как он болтал получасом ранее. Вместо этого залипания на чужое тело и на то самое яблоко на плече, нужно было бы сосредоточиться на контент-плане нового клиента, однако мысли не шли ни в какую. В итоге было принято решение отложить планшет и реально просто наблюдать чужую фигуру за работой, такое серьезно-сосредоточенное лицо, сильные работающие руки, и крепкие плечи, на одно из которых обязательно хотелось уложить голову и провалиться в сон, будучи полностью защищенным. — Есан? Ты в порядке? — чужая рука вдруг легла на шею, проверяя пульс, который сам по себе моментально участился. Названный парень раскрыл глаза и застыл в немом ужасе — раз Чонхо его только что разбудил, это означало, что он все это время проспал? Уснул в совершенно незнакомом месте, в котором, к тому же, громко шумела машинка? Это уже должен был быть верх усталости. — Да, я в порядке. Долго я спал? — врет. Он совершенно не бы в порядке, и об этом мог догадаться кто угодно, стоило послушать его пульс, взглянуть на побледневшие щеки и коснуться ледяных дрожащих пальцев. Но как только тревога отступит, он точно будет в порядке. По крайней мере, Кан надеялся на это. — Уверен, что стоит пить кофе? Может, поедешь домой и поспишь хорошо? — в голосе мастера звучало неподдельное беспокойство. Пусть, он уже стоял в своей элегантной черной кожанке и держал на предплечье чужое пальто — очевидно ждал, когда же они отправятся, все равно готов был отпустить, если потребуется. — Да, мне до завтрашнего утра надо закончить один проект, так что в кофе я нуждаюсь. А поспал я и так хорошо, не переживай. — Есан хотел уже забрать пальто из чужих рук, но парень неожиданно поднимает его, очевидно ожидая, чтобы сам накинуть его на хрупкие плечи. Блондин, хоть и со смущением, но принимает этот жест, а после подхватывает свой небольшой рюкзак. По пути до кафе переговариваются буквально о чем угодно — от забавной шапки случайно проходящей бабушки до того, какой же красивый сегодня закат. Между ними ровно один метр, но он не ощущается как пропасть, существует лишь чтобы просто поддерживать их личные пространства. Не то чтобы кто-то из них был против нарушить его, однако спешить было совершенно ни к чему, и они это понимали. На сегодня хватит кофе. — Смотри, там первые звезды видно! — вдруг тыкает куда-то в небо блондин и останавливается, чтобы сфотографировать. — Как думаешь, Сён наблюдает за мной оттуда? — Конечно, — осторожно, на выдохе, произносит Чонхо и останавливается рядом. — Следит, чтобы ты попал в хорошие руки. — Считаешь себя хорошими руками? — неожиданно Кан прыскает со смеху, только после этого продолжает неспешно идти дальше. — А почему нет? Татуировки точно хорошие делаю, вполне сильный и еще добрый. С чего бы вдруг мои руки плохими были? Тем более, с тобой теперь всегда твой кот-хранитель, и от плохих рук и плохих людей он тебя точно защитит. Это я обещаю. — Верю. Иначе он явно не привел бы меня в вашу тату студию. — чуть усмехнулся и зашел в дверь, которую для него услужливо придержали. Внутри было светло и просторно, при этом не пусто, как будто это и не кафе вовсе, а как если бы тут реально жили люди. Небольшие уютные светильники, ряды книжек, кружевные салфетки, чуть съехавшие с краев стола и много, очень много сухих цветов, которые холодным мартом дарили ощущение, что ты уже в августе. Спустя несколько минут они сели за стол у окна, и в руках у каждого было по капучино — с лавандой для блондина и с сиропом яблочный пирог для шатена. Отпили одновременно и оба расползлись в довольных улыбках. Кофе был действительно вкусным, и парни поблагодарили друг друга за столь хороший совет касательно выбора напитков. И за совершенно пустыми, но от того не менее теплыми, разговорами, они просидели почти до девяти часов вечера. К тому моменту уже стемнело и было видно луну со звездами, а парням обоим нужно было разъезжаться по своим квартирам, что находились в совершенно разных сторонах. — Могу я рассчитывать на еще одну встречу? — аккуратно поинтересовался Чонхо, убирая выбившиеся от ветра волосы за ухо. — Конечно же. Тебе еще пленку новую наклеить, забыл? К тому же, я не запомнил ни слова из того, что ты говорил про заживление, так что придется позаботиться обо мне. — Есан сверкнул яркой улыбкой и чуть помял дрожащие на этот раз от холода пальцы. — Да и кофе мне нужен каждый день, так что… — Так что скоро встретимся, да? Тогда до скорого, — махнул рукой, — Напиши мне, как доберешься до дома только! И разошлись по разным сторонам, совершенно не оглядываясь. В этом не было нужды, все равно знали, что расстаются совершенно ненадолго. Потому что надолго теперь и не выйдет.

***

Стаканчик с давно допитым кофе чуть не выпал из рук, только чужая сильная ладонь вдруг подхватила его и поставила на стол. Блондин удобно разместился на чужом сильном плече и, прикрыв покрасневшие глаза, размеренно дышал. Конечно же, он погрузился в сон сразу же после выпитого кофе, потому что даже целый стакан капучино не мог восполнить двух суток практически без сна, в попытке доделать уже этот несчастный проект и встретиться со своим парнем. Там, где ровно год назад они впервые выпили вместе кофе. И в этом не было никакой нужды, потому что уже два месяца как жили вместе, а в это кафе заходили чуть ли не каждую неделю, но все равно, сегодня день был особенным. Год назад они впервые встретились, открыли друг другу свои сердца и ровно в тот же день поняли, что да, это тот самый человек. И совершенно неважно, что Есан заснул у него на плече в их годовщину. У них будут еще сотни, если не тысячи, дней, чтобы вот так проводить их вместе. Где Кан будет мягко посапывать на широком плече, а Чхве осторожно убирать за ухо блондинистые пряди, выбившиеся из-под детской заколки-яблочка, и нежными касаниями пальцев обводить чернильные линии кота. Которые сам когда-то и вывел.