Don't act like you don't know

– Это всё очень, конечно, хорошо, – Артём, очевидно, устал слушать мою версию о том, кто убийца, и, оторвавшись от трупа бомжа, с лёгким раздражением попросил: – Подай мозговой нож. Я вздохнул, стараясь не смотреть на все ужасы на столе и протянул патологоанатому то, что просили – длинный нож прямоугольной формы. Максимально странное приспособление. В общем и целом, из лаборатории меня выгнали, потому что разъярённая Рогозина сорвалась на Таню и Игоря, мол, не успели спасти, а Круглов с Майским поехали на место обитания трупа, чтобы поискать какие-то там улики ещё раз. Или они поехали на место, откуда забирали нашего свидетеля? В любом случае, я решил излить душу Артёму, который удивлённо на меня сейчас смотрел. – Что? – не выдержал я, ставя руки в боки. Голова начинала болеть, тело ломило и очень хотелось оказаться дома, выпить чашку чая с лимоном, завалиться спать под тёплое одеяло из верблюжьей шерсти. – А пинцет Шора, – парень с прищуром наблюдал, как я недолго думая даю ему пинцет, у которого концы были как два черпачка с зубчиками. Кажется, их для внутренностей применяли. – Не знаю с какого вопроса начать... – С того, где мой ответ – труп не вскрывал, но при аутопсиях пару раз был, – буркнул я, скрестив руки перед грудью. Артём усмехнулся, расслабляясь. Года два назад дядя силой заставлял всё приспособление учить, потому что думал, что, если детективом не стану, так патологоанатомом устроит. Было всё это сомнительно, да и я после таких выходок учится лучше стал. – И ты действительно считаешь, что всё так просто. И что эта Оксана могла всё подстроить. Это слишком очевидно, – он вытер руки и отошёл от стола, чтобы стянуть перчатки и смыть остатки крови. Боже, когда-нибудь и я окажусь на таком столе. – А что говорят ребята? – Что я дебил. Но Лёня за этой Оксаной поехал и.… – я посмотрел на часы, висевшие на стене и стал снимать халат. – О, и кажется, он её привез. Артём что-то крикнул вслед, но я не слышал, побежал в сторону допросной. В "тёмной комнате" сидела Рогозина. Увидев меня, она подняла палец вверх, чтобы я не создавал шум, потому что Лёня допрашивал мадам. И судя по победному выражению её лица и его уставшей физиономии – безуспешно. – Вы не думаете, что всё, что вы говорите, очень банально? Вам что, некого сажать? – подозреваемая сидела на стуле словно в удобном кресле. И раздражала неебически. – Что Артём говорит? – не отрывая взгляда от происходящего пиздеца спросила Рогозина. Я ничего не ответил, потому что тупо забыл спросить главное – подтвердилась ли причина смерти на сто процентов. Зато меня посетила одна очень хорошая мысль. – Галина Николаевна, а сделайте ей смыв рук, а? Хотите, я сейчас сдел... Договорить Рогозина не дала, набрала Таню, приказала мою просьбу выполнять. Аж обидно стало. Правда, ненадолго. Странный блеск в глазах начальницы смутил, и я даже подумал отвернуться, но она посмотрела прямо в глаза и спросила: – Почему я до этого не додумалась? Если Оксана действительно контактировала с убитым, то на руках мог остаться грибок! – Или нет, – буркнул я и улыбка с её лица пропала. Женщина нахмурилась, ожидая продолжения: – Если она была в перчатках. – Она была в перчатках! – Рогозину снова словно осенило. Она положила руку мне на плечо и быстро скомандовала: – Беги к Игорю, проверьте её перчатки. Шустов покажет всё. – Хорошо, – улыбнулся я, быстро направляясь в лабораторию. Правда у самого входа я чуть не убил проходящего мимо лаборанта. Бумаги, которые он нёс в руках, разлетелись по полу, а Майский, который, как оказалось, уже вернулся, вышел из лаборатории и стал помогать собирать всё. – Женя, чтоб тебя черти драли, ну куда ты так несёшься! – стал причитать дядя Майский, но я настолько поверил в важность своей миссии, что без раздумий выпалил: – Чертей не надо, мне тебя хватило. – Ну, собака, ты доигрался, – зло сказал дядя мент, но я отмахнулся от него, как от мухи, и запыхаясь сказал Игорю: – Рогозина...перчатки надо это... проверить. – Понял, – с усмешкой сказал Шустов, на стуле проезжая мимо нас с Серёжей. Только сейчас я вспомнил про лаборанта, который всё уже собрал. – Молодой человек, извините. Сами понимаете, дело важное. – Да ничего страшного, – паренёк усмехнулся как-то странно, а потом поправил халат и пошёл дальше. Я прищурился, потом перевел взгляд на Серёжу и сердце от этого жуткого зрелища ушло в пятки. – Ку-ку. Ку-ку мой мальчик, – натянуто улыбнулся он, подходя вплотную, тем самым прижимая к подобию холодильных камер. – Отставить ролевые игры в лаборатории, – хохотнул Шустов, заставляя Майского чуть ли не отпрыгнуть в сторону. – Фрекен Бок может выдохнуть, а вот малышу придётся сбегать к доброму Карлсону, отдать распечатки. – Там есть грибок? – с надеждой спросил я. Если шайтан-машина подтвердит мои догадки, то значит я был прав! Моё эго прилично так бахнуло вверх, когда Игорь кивнул, сопровождая сей жест угуканьем. – Благодарю! – Слушай, он точно неадекватный, – сказал Майский, но я не услышал, что ответил Игорь. Ладно, потом. Я побежал к Рогозиной, теперь уже чуть не сбив Таню и Круглова. Он вовремя перехватил меня, поэтому в прекрасную Белую я не врезался. – Смотрю, ты полон сил и энергии, – одобрительно кивнул Николай Петрович, вызывая улыбку. – Да, в такой рекордный для себя срок убийцу нашёл, – довольный собой я обошёл новых коллег, слыша, как причитает Таня, говоря что-то про самооценку до небес и что им будет со мной трудно. Ну, это да. Особенно Майскому. Интересно, если я шины его мотоцикла проколю сколько проживу? Пару секунд? Он же меня своим ультразвуком убьёт, не говоря уже о силушке богатырской. – Так, давай сюда, – довольная Галина Николаевна забрала из рук распечатки и пошла в допросную, но я аккуратно взял её за руку чуть выше локтя. Она удивилась: – Что-то хотел? – А можно уже домой? – робко поинтересовался я, будто она меня силой тут держала. Женщина улыбнулась, сжала моё плечо. – Тебе всё можно, – как-то странно произнесла она, разглядывая и именно в этот момент к нам зашёл Круглов. Оп-ля. Он тут же нахмурился. – Простите, что помешал, – стал проявлять ревность мужчина, а я не выдержал широкой улыбки. Приняли за конкурента? Ох, как захотелось повеселиться и поиздеваться над папашкой. – Мне позже зайти? – Николай Петрович, у вас всё хорошо? – Рогозина тут же выпрямилась, хотя в глазах я увидел блеск. О, так их любовь после моего рождения стала сильнее? Картина просто шикарная – биологический отец приревновал к биологической матери. И что-то подсказывало, что родство наше женщина чувствовала интуитивно, знала результат теста и Круглову пока говорить ничего не собиралась. Почему, зачем, а главное – нахуя? – Вам бы не мешало развеется, вон лучше отвезите Евгения домой. – А я в таксисты не нанимался. То вещи ему привези, то отвези. Может, попу помыть да спать уложить? – уже открыто агрессировал Круглов, а я еле сдерживал смех. Ой, какой дядя суровый. Кстати, дядя! Он же наверняка знал о них. Блядь, а как я ему это всё объясню и стоит ли объяснять? Задумавшись, прослушал больше половины гневной речи Николая Петровича и вернулся в реальность только когда дверь хлопнула. Интуитивно глянул через стекло в допросную. Злая Рогозина одним взглядом заставила Лёню встать, сжаться и выйти. – Огонь женщина, – ляпнул я, поздно понимая, что сказал это в слух. Круглов так прикусил губу, сжимая кулаки, будто сдерживался, чтобы не ёбнуть чем-то тяжёлым. Надо было как-то разрядить обстановку, Но я не я, если не влипну в какую-то жопу. – Так чё, едем или не? – Поехали, – вдруг усмехнулся мужчина. Не по-доброму. Боже поможи.