Можно войти?

      Новое место жительства ощущалось как глоток свежего воздуха, как-то, что могло спасти его от одиночества и вечных скитаний без цели. Стивен не мог передать словами свои чувства, которые теперь испытывал к этому миру. Он казался ему чудесным, многообещающим и завораживающим. За короткий промежуток времени Стивену удалось обзавестись другом в лице Наташи, наставником, коей выступала Древняя, ну и не обошлось без странных и напряжённых связей с человеком по имени Тони Старк. Наверное, Стрэнджу нужно было бы беспокоиться о том, что его тайну также несёт и Энтони, который его явно недолюбливает, но что-то подсказывало, что тот не готов нести в свет такую информацию. Она бы заставила город зашуметь слишком сильно, а после, возможно, и страну тоже. Что уж говорить, Стивен был уверен, что новости о вампире разлетелись бы по всему миру за считанные дни. Многие бы не поверили в такое без весомых доказательств, но на руках людей уже есть видео с той аварии. Это могло бы послужить трещиной в плане Стивена «жить долго и счастливо».       Но пока Тони не решался, а город был в недоумении и навострил уши, Стивен проснулся к ночи следующего дня и снова обошёл квартиру. Его нос улавливал тонкие, почти неуловимые запахи крови людей, которые теперь были ему соседями. Сейчас он и правда жил как совсем обычный человек! Это просто голове не укладывалось. И всё, что его отличало от быта остальных, это то, что его холодильник, в отличии от людских, был заполнен небольшим запасом крови. Стивен наткнулся на него совсем недавно. Видимо, Древняя позаботилась ещё и об этом. Теперь ему не грозил и голод. С этого момента он был уверен, что никого не покусает. Без разрешения уж точно.       Стивен не мог не попробовать кровь, которой его снабдили. Он не чувствовал её запаха, только совсем немного разве что. И был слегка раздосадован тем, что она оказалась обычной. Да, она тоже восстановит его силы и даст огромную жизненную энергию, но совсем и рядом не стояла с той, которая действительно подходит ему. Он будто бы пил воду вместо возможного вина, но сильно жаловаться не стал. Всё же для полноценной жизни ему хватит и этого тоже.       В шкафу оказалось несколько костюмов на выход. Они подошли ему очень даже хорошо. Стивен выбрал обычную белую рубашку. Она совсем отличалась от той, что обычно носил он, но тоже была хороша, пусть и простовата. А низом послужили хорошие чёрные брюки. Он не мог посмотреть на себя в зеркало и сейчас жалел об этом. Да и зеркал в этой квартире не было, словно напоминание, что он всё же какой-то не такой.       В больницу Стивен зашёл с парадного входа. Яркий свет ударил в глаза, а женщина на ресепшене улыбнулась ему. — Здравствуйте, Стивен, — сказала она, словно они давние знакомые, а Стивен — лучший врач со стажем в восемь лет.       Стрэндж кивнул ей, слегка улыбнувшись. Он не до конца привык, что обычные люди так добры к нему, и поспешил удалиться. Шагая мимо людей в коридорах, Стивен держал путь в кабинет Древней. У него остались ещё некоторые нерешённые вопросы по поводу его жизни в этом городе и по работе в целом.       Поднявшись на третий этаж, он завернул за угол и встретился глазами с Наташей. Та несла кипу каких-то бумаг, явно устав за этот рабочий день. Но настроение мигом поднялось, как только она увидела его. — Стивен! — на её лице возникла улыбка, а в глазах заблестело удивление. — Мне сказали, что ты будешь работать у нас. — Да, — ответил он. Видимо, это и правда так. Он получит место в этой больнице. — Решил, что пора взяться за любимое дело. — Это правильный подход, — кивнула она, вздыхая от груды бумаг на руках. — Тебе здесь точно понравится. К нам поставляют самые новые технологии! Они как раз могут помочь в хирургии.       Стивен задумался. Хирургом ему точно не стать в современном мире так быстро. Ему понадобиться время, чтобы освоиться и догнать новую медицину. — Ты наверняка уже знаком с нашим личным изобретателем, — усмехнулась она.       Её слова пробили его насквозь, заставив нахмуриться. Как много она знает? Видела ли то видео? Знает о том, что на Земле есть вампиры? — Да, мы пересекались пару раз, — уклончиво ответил Стивен. — Совсем вы его не бережёте, — хмыкнул он, поведя бровью.       Наташа закатила глаза, но улыбка с губ не пропала. — Он сам изматывает себя, — сказала она с укоризной. — Мы не нагружаем его работой так часто. У него, видите ли, есть ещё свои какие-то проекты. На них он время и убивает.       Стивен помнил, что Тони говорил ему про какой-то там генератор, но это прозвучало совсем вскользь. — Остаётся вся надежда на тех, кто его лечит. Может, он хотя бы их послушает. Иначе его сердце в скором времени будет качать не кровь, а чистый кофеин, — безрадостно сказал Стрэндж. — Это ты точно подметил, — ответила Наташа и они оба замолкли на пару секунд, пока взад и вперёд мимо них сновали доктора. — Ну, я побежала. Моя смена уже закончилась!       Они распрощались и Стрэндж двинулся дальше. Ему бы хотелось навестить Тони, посмотреть, что с его состоянием сегодня и каким методикам следуют врачи, но сейчас перед ним была немного другая цель. Пока что чуть более важная.       Постучав, Стивен вошёл в уже привычный для него кабинет. Он ему очень сильно нравился. Здесь словно был уже другой мир. Шум коридора затихал, а атмосфера словно окутывала, одаривая необычной средой, но почему-то такой настоящей и родной. — Я что, уже принят на работу? — спросил Стивен, сразу же начиная с главного, проходя ближе к столу.       Древняя сидела на своём рабочем месте, складывая документы в папку. Она не посмотрела на него, лишь еле заметно улыбнулась. — Вы разве не этого хотели? — спросила она.       Стивен сел напротив, положив руки на подлокотники. Его глаза не отрывались от неё. — Мне казалось, что для начала мне нужны новые документы. Мои малость не подойдут, — сказал он, в ожидании. — Вы правы. И они уже готовы, — Древняя аккуратно взяла несколько листов бумаги и передала ему.       Взяв их, Стивен изучил собственные данные, из которых узнал, что теперь ему тридцать восемь. Глаза задержались на этой цифре слишком долго. Он не мог поверить, что когда-то он уже переживал эту дату. Она казалась ему чужой, но теперь реальность его такова. Он — вечно молодой тридцати восьми летний доктор. Не напишешь же здесь, что ему далеко за две сотни… — Всё в порядке, — сказала Древняя, заметив какое-то изменение в его лице. — Привыкнете.       Стивен кивнул, ничего не ответив. Привыкнет или нет, но другого выбора не было. — Так…и какую должность я буду занимать первое время? — спросил он, складывая листы на стол. — Что-то вроде ассистента или заставите меня заполнять отчёты, которыми никто не хочет заниматься? — Думаю, вы вполне сможете справиться с работой терапевта, — сказала она, не отводя взгляда. Её глаза отражали спокойствие озера, зазывающего зайти в него и обрести покой. — Ваш кабинет — 177A.

***

      Стивен долго смотрел на табличку с надписью 177А, будто хотел разглядеть в ней ответы на все свои вопросы. Открыв дверь, он шагнул внутрь. Включил свет, снял с себя пиджак, бросив его на спинку стула. Здесь пахло препаратами, немного железом и какой-то…безопасностью.       На его рабочем столе стоял компьютер. Было досадно, что он не умел им пользоваться. Наверняка вся информация теперь находилась там, а не на бумаге. У стен стояли шкафы, инструменты для осмотра лежали слишком отстранённо, но Стивен обязательно позже найдёт им их места. На стене висело пара картин с пейзажами. Ничего вычурного.       В целом, он остался довольным своим новым местом. Теперь Стивен мог заявить, что является частью чего-то важного и имеет возможность вновь раскрыть свой потенциал.       Выйдя в коридор, он направился к палате Тони. Коридоры пустели быстро, не многие оставались здесь на ночную смену. Стивен не мог отвязаться от мысли, что теперь может легально приходить к Старку и проверять его, без всяких там лазаний по стенам. — Совершенно не хочет сотрудничать, — раздалось усталое и раздражённое со стороны. — Я больше не могу с ним работать. Я просто скоро…       Стивен метнул туда взгляд. Что-то ему подсказывало, что он знает, о ком идёт речь. Он прошёл дальше, не став слушать чужие разговоры. Он привык делать выводы из собственных наблюдений, хотя что-то ему подсказывало, что тот бедный доктор где-то на девяносто пять процентов прав, если речь о нём.       Постучав в дверь пару раз, Стрэндж вошёл и первым делом увидел, как пациент, который должен лежать и восстанавливать свой организм от прошлых потрясений, нарушает абсолютно все правила. И делает он это, конечно, эффектно. Куда же без этого. — Я специально закрыл окно, — чуть напряжённо пробормотал Тони, сидя на своей кровати.       Капельница всё ещё стояла рядом, фрукты в пакетах почти не тронуты, а руки заняты не тем, чем нужно. Стивен подошёл, не став долго стоять и удивляться происходящему. — Теперь я могу приходить сюда официально, — спокойно сказал Стрэндж. — Через дверь. — Как жаль, что тебе не нужно на это разрешение, — тихо процедил Тони, рассматривая что-то в руках. Опять какое-то странное изобретение. — Ты под капельницей, — проигнорировав слова Тони, напомнил Стивен. — рука должна находиться в покое. Иначе будут последствия.       Старк поднял на него взгляд, без слов говоря о том, что его этим уже не напугать. — Я не привык долго лежать без дела как труп, — сказал он, будто надеясь, что после этих слов от него отстанут. Спойлер: нет.       Стивен подошёл ближе, взгляд стал строже. — Если сейчас не дать организму то, что он просит, ты пролежишь здесь «как труп» гораздо дольше, — сказал он не повышая голоса, но тон заметно стал холоднее.       Тони перестал крутить одно из изобретений в руках и нахмурился. Не потому, что слова Стивена как-то вразумили его, а потому, что в руке внезапно что-то затянуло и заболело.       Глаза Стрэнджа прищурились. Он всегда был слишком внимателен к тем, кто находится в трудном положении. — Болит? — спросил он сразу же. — У меня всё тело болит после аварии, доктор-гений, — огрызнулся Старк, но отметил про себя, что до этого момента именно эта рука, к которой присоединена капельница, не болела. Стиснув зубы, он всё же ослабил руку.       Стивен не ответил на явные проявления агрессии, а просто спокойно взял стул, поставил его ближе к кровати и сел. Он не тянул руки, чтобы осмотреть Тони или отобрать наконец эту штуку, к которой сейчас тот питает слишком много интереса. Нет, сначала — разговор, «мирный» путь. — Отложи это и послушай, — начал Стрэндж, сцепив руки в замок и положив локти на колени. Их глаза оказались почти на одном уровне. — Один из докторов взял ответственность за твоё состояние и пытается вытащить тебя с койки как можно скорее, а ты, мешая чужой работе, делаешь всё только хуже. Я не знаю, что у тебя на уме, но если так продолжится, то за тебя уже возьмусь я.       Красные глаза блеснули, а выражение лица говорило о серьёзности его намерений. — Я терпеливый. И это проблема, но не для меня, — продолжил он и протянул руку к Тони. Ненавязчиво, почти давая тому право выбора. — С твоего позволения, — добавил Стивен вскользь.       Тони, полусидя на кровати, снова посмотрел на него. Если он раньше мог как-то изводить докторов и прогибать их под себя, то здесь ситуация была не такой простой. Стивен был для него не только объектом неприязни, но также был и опасен в принципе. — В больнице полно других пациентов, почему своей жертвой ты выбрал именно меня? — Тони тяжело вздохнул, и, смотря Стивену прямо в глаза, вложил в руку своё маленькое изобретение.       Стрэндж выпрямился. Стало заметно, как уголки его губ почти приподнимаются. Он понял, что может как-то повлиять на ситуацию и это не могло не радовать. — Во-первых, доктора не выбирают сами, — сказал он, осторожно откладывая в сторону металлическое «что-то» с кнопками на стол. Подальше от чужих рук. — Череда ситуаций выбрали это за меня. А во-вторых, твоя кровь…слишком ценная. Для тебя. И для общества, — добавил он, чтобы попытаться сгладить ситуацию, хотя прекрасно знал, что Старк зацепится за нужные ему слова в любом случае.       Тони застыл, свободной от капельницы рукой сжимая одеяло. — Реплика главного злодея, — сухо прокомментировал Тони. — Что-то я пропустил момент, когда сторонним врачам разрешают влезать в личные дела пациентов.       Стивен снова повернулся к нему. Он мог бы усмехнуться, но эти слова вызывали у него больше серьёзных эмоций. Как никак, речь идёт про здоровье. — Если бы не я, ситуация могла стать хуже, — терпеливо высказался Стрэндж. — И я бы не влез в это, если бы другой врач справлялся, — сказал он и тут же опустил глаза к чужой руке. На самом деле иногда, до своего превращения, он следил за работой других и часто замечал, что мог бы сделать лучше. Поэтому сейчас был спокоен от того, что теперь жизнь важного изобретателя частично в его руках.       Не обращая внимание на недоумённый взгляд Старка, Стрэндж аккуратно взял его запястье, проходя большим пальцем по пульсу. Немного неровный, но подозрений не вызывает. Уже хорошо. — Игла могла пройти сквозь вену, лекарство будет идти в саму руку, после чего она начнёт набухать и твердеть, — сказал Стивен, поднимая глаза на Тони. — Это неприятно.       Другой рукой он прошёлся по коже чуть выше прокола. Она была натянутой, чувствовалась лёгкая припухлость и жёсткость, не присущая обычным тканям. Далее он сместил пальцы ближе к катетеру. — Ты чувствуешь напряжение? — спросил Стивен, не поднимая глаз. — Жжение?       Тони следил, как руки Стрэнджа обследуют руку так, будто тот и правда профессиональный врач, а не псих-вампир. Обычно не происходило такого, что Старк прям слушал врачей, но именно сейчас каждое чужое слово не оставалось без внимания. Мозг впитывал их как самую интересную лекцию по биоинженерии. Может, всё зависело от расстояния и от того, что его вовлекают в физический контакт. Он не знал. — Да, — ответил он. — Жжение и будто…вздутие. Короче, странно. — Ясно. Раствор попал под кожу.       Стивен перекрывает поток в трубке, закрутив ролик и тянется к столику за спиртовой салфеткой. Вынув катетер, он прикладывает салфетку к проколу. Работа спокойная, методичная, до жути простая, но вызывающая внутри такое счастье от того, что он занят своим любимым делом, от чего едва не трясутся колени. — Что делать с тем, что уже под кожей? — спросил Тони, глядя на свою руку. — Рассосётся, — отвечает Стивен, вставая со стула.       Перчатки щёлкнули на запястьях. Холодный латекс привычно обволакивал кожу. До жути родное чувство.       Избавившись от старого катетера, Стивен заменил его новым. Снова сев на стул, он взял руку Тони в свою, массируя место, куда вливалось то, что не должно. Это было не обязательно, просто ему хотелось смягчить кожу, чтобы не было слишком больно, когда в кожу войдёт новыя игла. Запах крови, конечно же, стал чётче. Стрэнджу казалось, что он почти слышит, как она течёт по венам, но сейчас он не был голоден, поэтому всё это служило больше фоном для работы, а не раздражителем. Тем более, сорваться сейчас было бы слишком глупо. Он совершенно не такой. — Не двигайся, — коротко приказал Стивен, дезинфицируя кожу ваткой. — Извини, что я мешаю твоему свиданию с моей веной, — закатил глаза Тони, но двигаться перестал. Даже тон голоса стал тише, соответствуя ситуации.       Точечным движением отправив иглу в вену, но уже выше старого прокола, Стивен закрепил это место пластырем и осторожно отпустил руку.       Скрывать от самого себя Старк не стал, что стало и правда легче. Он почти не почувствовал, как игла вошла в его руку. Была ли здесь замешана какая-то магия или это и правда настолько способный врач, оставалось только догадываться. — Вот и готово, — подытожил Стрэндж, снова заставив раствор идти по трубке. — теперь будь добр, не шевелись слишком резко. Ты вряд ли хочешь, чтобы я это переделывал.       Наблюдая за слишком уверенной работой того, кто на самом деле должен бесить и не быть таким аккуратным, словно не существовало никакого тёмного бэкграунда, Тони хмыкнул.       Стрэндж не стал уточнять состояние пациента. Всё всегда было написано на лице. — Рад был послужить, — ответил он, снимая перчатки и сразу же избавляясь от них. — Оставайся таким же прилежным пациентом и дальше, и тогда мы быстрее сможем покончить с этим.       Проводив Стивена взглядом до самой двери, Тони промолчал. Даже оставшись наедине с самим собой, находясь уже не под чужим контролем, он не стал возобновлять свои попытки что-то делать по работе. Да, раньше его раздражало быть под чьим-либо контролем, потому что обычно это он управлял ситуацией, но сейчас он совсем ни на что не влиял. Просто не мог. Но в ситуации со Стивеном всё было по-другому. Он не брал контроль, он брал ответственность. Это чувствовалось слишком хорошо.       Старк впервые встречал настолько неоднозначных…существ? Людей с особенностями? Старк пока затруднялся, как называть Стивена. В голове не могли уложиться две вещи: как человек, посвятивший всего себя медицине, даже после «смерти», смог убить человека? Или может докторам наоборот проще сделать это, так как они видели смерть слишком часто?       Закинув голову на подушку, Тони вздохнул. Внезапно стало интересно, а что такого мог в своей жизни увидеть Стивен? И сколько он уже живёт? Чёрт, он, наверное, знает слишком много, столько, сколько и не знает. О новом мире. Наверное, трудно жить в мире, в котором для каждого ты покажешься сумасшедшим.       На ум Тони сразу же пришёл аппарат, умеющий загружать в мозг человека любую информацию. Это изобретение действительно бы спасло огромное количество людей. Правда до таких технологий ему ещё далеко. Но без подобной штуки Стрэнджу придётся не сладко. Особенно в этой быстроразвивающейся сфере.       Осторожно сменив положение тела, Тони нахмурился, стараясь обрубить этот поток мыслей о вампире, а тем более о работе, которые ни к чему хорошему не приведут. Решение оказалось на удивление действенным. Он и не заметил, как дыхание выровнялось под мерные звуки аппаратов и едва слышимую работу капельницы. Старк впервые засыпал так рано. Неужели для этого нужно было просто освободить мозг от бесконечных идей и работы?

***

      Стивен не стал возвращаться в палату к Тони, решив, что их встречи должны быть дозированными, как самый опасный и сильнодействующий препарат. Иначе могли пойти побочки.       За это время он всего лишь поговорил с одним из докторов, занимающихся Старком и выяснил, что всё действительно плохо. В большинстве случаев. — Он маниакален в своей погоне за самостоятельностью, — с усталым лицом рассказывал коллега.       Стивен понимающе кивнул ему, не став говорить, что пару минут назад сделал невозможное: заставил лежать того, кто не знает слово «отдых». Трудоголизм был виден невооруженным глазом и Стрэндж понял это сразу. Запомнил. Такие вещи нужно держать под наблюдением. Он знал, чем это заканчивается. К слову, сам же был таким.       В итоге он без особых раздумий оставил свою размашистую подпись в документе о взятии на себя пациента с самым сложным характером. Пусть он и стал лишь консультантом, в обязанности которого входили разговоры и какой-никакой осмотр, но Стрэндж остался доволен.       Досада от того, что он начинает с малого, хотя пару столетий назад был едва ли не самым лучшим, конечно, подкрадывалась в спину, но он был настолько рад вернуться к своему любимому делу, от чего даже это не смогло вогнать его в тоску. Он не думал, что это дело «мелкое» или незначительное. Совсем нет. Когда дело касалось жизни, такие слова там не уместны. Тем более, если ты имеешь дела со здоровьем знаменитости. — Красивая подпись, — прокомментировал мужчина в халате, заглядывая в бумагу. — Прям как в каком-то старом фильме. Любите фильмы про те времена?       Стивен хмыкнул. — Нет, но иногда прокручиваю в голове некоторые моменты оттуда, — ответил он, засмотревшись на документ. — Плохая привычка.       Взгляд остался на чёрных буквах, складывающихся в имя Энтони. Им обоим стоило избавляться от вредных привычек, загвоздка была лишь в том, что Старку поможет он, а кто поможет ему?