переулок элписа.

1. фантик от яблочного леденца.      

пойманный котенок доставлен в новый дом.

      Медленно приближающаяся фигура не вызывала доверия, а ее темная аура заставила лежащего на земле парня съежиться еще больше. Ли неимоверно трясло, а мокрая одежда прилипала к телу. К сожалению, у него не было другого выхода, кроме как лежать в этом переулке под дождем, и ждать своей смерти.       — Жаль, что не развесили объявление об отдаче котенка в другой дом, я бы забрал тебя, — уверенно проговорил мужчина, приближающийся к Минхо. Голос был твердым, с четкой дикцией, но также в нем можно было найти нотки беспокойства и заботы. — Как ты тут оказался, Уголек?       Уголек? Странное прозвище. У Ли, конечно, были черные волосы, но такая кличка ему явно не к месту — он ведь не кот, верно?       Попытавшись встать, чтобы защититься, парень лишь рухнул обратно на влажный асфальт. Его тело было измотано и травмировано в нескольких местах, а организм требовал еды, и, хотя бы час спокойного сна.       — Ну-ну, тише, — когда незнакомец подошел чуть ближе, его черты лица стали заметны глазу брюнета. Они были достаточно острыми и четкими: пухлые губы, глаза чуть меньше среднего размера, большой нос, с еле заметной горбинкой, вертикальный шрам левый глаз украшал — выглядел пугающе, —хоть в глазах была искорка доброты и сочувствия — будто со львом подрался. Темно-русые волосы слегка завивались в конце, что придавало изюминку внешности. — Пожалуйста, не делай резких движений. Ты мне еще живым нужен, — мужчина поправил закатанные рукава черной рубашки, после чего присел на корточки.       — Для чего я вам? — только и смог выдавить из себя Минхо, зажмуриваясь из-за приближающейся к голове руки.       — Как это «для чего»? Я спасаю тебя, — с теплой улыбкой сказал шатен, растрепав жесткие волосы Ли. — Я Бан Чан, можно просто Крис. А ты? Как твое имя, мальчик?       — Ли Минхо, — стушевался брюнет. — Можно просто Лино.       — Лино, значит? — что-то обдумав, Крис по-нежному аккуратно приподнял голову Минхо. — Сам ходить-то можешь? — проговорил мужчина, осматривая лицо напротив на наличие серьезных травм.       — Могу, — слегка обижено проговорил брюнет, — он не хотел, чтобы его жалели.       — Знаю я таких. Сначала «могу», а потом падают на втором шагу. И ведь этим только ухудшают свое состояние, — Бан совершенно серьезно смотрел в глаза лежащего парня — правда волнуется или просто хороший актер? — Скажи честно, пожалуйста. Не думаю, что ты лежишь здесь по собственному желанию.       — Я не особо уверен, но думаю, что смогу, — Крис понимающе кивнул.       — Тогда давай помогу тебе встать, а дальше посмотрим по ситуации, согласен? — положительный кивок в ответ.       Минхо, опираясь на мокрый бетон, аккуратно, не спеша, пытался встать, чувствуя чужие руки в районе талии и плеча. Неприятны чужие прикосновения, конечно, но ничего не поделаешь — помощь ему и правда нужна. Окончательно встав, Ли решил игнорировать боль в правой ноге, чтобы не показаться слишком жалким. Скорее всего, она была сломана — брюнет не чувствовал до конца, — но парня это не заботило: его сейчас спасают, а с остальным разберется позже.       — Куда вы меня поведете? — решил все-таки поинтересоваться младший.       — Можешь идти, или мне лучше взять тебя на руки? — то ли Чан проигнорировал, то ли сказал мысли в слух — не понятно, — но он, сощурив глаза, смотрел на лицо Лино, видимо, в поисках каких-то эмоций.       — Что? — юноша слегка передвинул ногу и тут же изменился в лице — ногу вдоль и поперек пронзило болью, — а Крису как раз эти эмоции и нужно было увидеть.       — Я тебя понял, значит на руках, — не дождавшись возражений, старший подхватил брюнета на руки. — Удобно?       — Неловко.       — Значит удобно, — улыбнулся шатен, и направился к выходу из этого злосчастного переулка.       — И все-таки, куда мы направляемся? — не унимался Ли.       — К Чертику в табакерку, — совершенно спокойно проговорил старший. Он шутит или загадками говорит?       Вдалеке начали виднеться верхушки шатров, а светодиоды рядом освещали их — было ярко и красиво.       — Ты меня в цирк несешь?       — Я ведь ответил, — Чан кинул мимолетный взгляд на побитого юношу.       Закатив глаза, Минхо слегка выдохнул, в ожидании прибытия на место. Подходя к цирку, брюнет заметил какого-то паренька возле главного входа. Он сидел на небольшом участке травы, скрестив ноги, и наблюдал за звездами с луной на небе. Его блонд был заметен издалека — буквально светился, — а телосложение было достаточно худощавым.       И только потом Ли заметил вывеску цирка — «Jack In The Box».       — И правда, к Черту пришли, — восхищенно выдохнул младший.       — Айен, — подходя к сидящему юноше, окликнул его Крис, а тот посмотрел в его сторону и буквально расцвел в улыбке. Поднявшись, он направился в сторону Бана.       — Кого принес? — по-лисьи улыбнулся блондин, взглянув на Ли. Его окрашивание было в стиле Харли Квин: с одной стороны концы были красного оттенка, а с другой — голубого, почти синего цвета.       — Чуть позже познакомишься с ним, — с нотками серьезности в голосе ответил шатен. — Где Чертик?       — Как скажешь, хен, — кивнул блондин. — Он в своем уголке, опять с ящерицей играет, — хихикнул юноша, и направился обратно на свое место.       — Спасибо, Чонин-и, — сдержанно улыбнулся ему в след Бан, и пошёл к остальным шатрам чуть дальше.       — Кто это был? — подал признак жизни Минхо.       — Чонин, Айен, Чешир, — не спешно проговаривает Чан, осматриваясь вокруг, в поисках нужного дома на колесах. — Вариаций много. Все, что тебе пока нужно знать — его слово — закон, хоть он и не самый главный здесь.       Подойдя к одному фургону, Бан Чан попросил Ли постучать в дверь, после чего шатен тут же отошел подальше от входа. Дверь распахнулась. На пороге с верхушки лестницы юноша осмотрел пришедших к нему гостей. Его рыжевато-розовые волосы смотрелись необычно — оттенок не из популярных, но очень красивый. Парень был в одежде для выступлений. В основном, она была черного цвета, но иногда можно было заметить красные и золотые вставки: темная блузка с откровенным декольте и широкими рукавами, немного зауженные у щиколоток брюки и — изюминка образа, — черный корсет с красными шнурками; алые ленточки, завязанные на рукавах, и одна на шее, придают элегантности, а на штанинах можно заметить золотые рисунки, напоминающие волны.       — Чан-и, — радостно протянул розововолосый. — Кого это ты принес к нам в коробку?       — Его зовут Лино, — снизу-вверх смотрел Чан. — Ему нужна медицинская помощь, все остальное потом, договорились?       — Конечно-конечно, — закивал юноша. — Надо Чанбина позвать.       — Можно мы пройдем в твой фургончик, а ты пока что к нему сходишь?       — Шляпник сегодня добрый, поэтому я разрешаю! — воскликнул паренек, спрыгнув с небольшой лестницы и направившись к другим домам на колесах.       Пройдя внутрь, Чан уложил Минхо на кровать и, укрыв его хрупкое, поломанное тело пледом, сел рядом, перебирая пряди волос брюнета.       — Кто такой Шляпник? — с прикрытыми от усталости глазами поинтересовался Ли.       — Это он и есть, — ответил Бан, продолжая крутить чужие черные волосы между пальцами.       — Кто «он»?       — Точно, ты ведь не понимаешь, — выдохнул Чан с мягкой улыбкой. — Только что ты видел Хан Джисона. Мы называем его Шляпником или Чертиком, также сценическое имя — Джек. И цирк, по сути, назван в честь него. Лучше Джисоном его не называй. Чертик или Хан — лучшие варианты.       — Понял, — кивнул младший.       Легкие похлопывания по макушке, не особо приятный запах спирта, тихий голос Чана, и шуршание где-то слева. Минхо открывает глаза. Над ним навис Хан, держащий зонтик над своей головой, а на его плече виднелась резиновая ящерица. Ли и сам не заметил, как задремал.       — Ура, проснулся! — воскликнул Джисон, покрутив зонтик над головой. Как он вообще поместился в это маленькое пространство?       — Не кричи ты так, Черт, — прошипел сидящий около кровати Чан. — Зачем ты вообще его разбудил?       — Негоже спать на кровати Шляпника, — улыбнувшись, розоволосый сверкнул глазами в сторону Ли. До этого брюнет и не замечал, что они разного цвета — один небесно-голубой, а другой — ореховый, почти оранжевый. Необычно.       — Почему ты с зонтом? — прохрипел Лино. — Дождя ведь нет, вроде.       — Солнце достаточно яркое, — улыбнулся Чертик, по-хитрому сощурив глазки.       — На улице ночь и мы в фургоне, — поднял бровь Чан.       — Твоя улыбка затмит любую луну, — пропел розововолосый, покрутив зонт.       — Не верещи, — проговорил мужчина, стоящий возле стола. Видимо, тот самый Чанбин. — Сосредоточиться не даешь.       — Верещат только мои поклонники, а я пою, — огрызнулся Шляпник.       — Иди и пой с Чонином, — продолжает перепалку Чанбин.       — Прекратите, — перебил Чан. — Как дети малые, ей-богу. Двэкки, помоги лучше Лино.       — Понял, принял, — взяв какие-то медикаменты, мужчина пошел ближе к кровати. Лино без смущения рассматривал его.       Достаточно крепкое телосложение при небольшом росте смотрелось необычно. Бордовые и слегка кудрявые волосы были растрепаны, а на мужчине был надет синий полупрозрачный свитшот — слава богам, под ним была белая майка «бодибилдера» без рукавов. Пижамные штаны в черную клетку не облегали ноги, что выглядело очень привлекательно.       — Правая нога явно сломана, и не была должным образом закреплена вовремя, множество ссадин на лице, и один, достаточно серьезный порез над левой бровью, — спокойно и рассудительно проговорил Чан, поднимаясь с пола, чтобы наблюдать за действиями друга. — Я бы посоветовал для начала осмотреть все тело на наличие серьезных повреждений.       — Спасибо, Крис, — сдержанно улыбнулся Двэкки.       — Не легко же пришлось котенку, — как бы невзначай протянул Хан, уже сидящий на столе возле раковины.       — Почему я кот? — еле слышно прошептал Минхо.       — Потому что ты кот! — недовольно воскликнул Джисон, нахмурив брови. — Такой глупый вопрос я еще никогда не слышал, Дымок.       Ладно, возможно кличка «Уголек» была лучше. Лино судорожно выдохнул.       — Сможешь принять сидячее положение? Нужно будет снять с тебя одежду, — сощурив глаза спросил Чанбин. Ли потихоньку начал подниматься, а Чан заботливо придерживал за спину.       У Минхо получилось сесть, поэтому он позволил снять с него кофту на зип-локе и футболку, которая когда-то была белой. Уже с оголенным торсом он лег обратно.       — И сколько ты уже с такими ранами ходишь? — слегка удивленно проговорил Чанбин.       — Не знаю, — прошипел Хо.       — Сколько ты на улице прожил? — обеспокоено спросил Джисон. Откуда он успел взять «Чупа-Чупс»?       — Какая тебе разница? — брюнет бросил взгляд в сторону Шляпника.       — Большая, — ярко улыбнулся тот. — Нам нужна эта информация, чтобы понять, насколько все раны запущенны.       — Месяца два или три, — Ли прикрыл глаза. — Зачем вы вообще меня спасли? Я бы и сам справился.       — Один раз я мучился, пытаясь открыть леденец, — невзначай начал рассказывать Чертенок. — После действительно долгих попыток, я так и не смог открыть его. Поэтому Хенджин-хен помог мне, и я наконец-то смог насладиться вкусом яблочного чупика.       — К чему мне этот рассказ? — слегка рассерженно протараторил Лино.       — Я думал, ты умнее, — протянул Джисон. У брюнета не было сил спорить.       Спустя некоторое время, все раны были обработаны и забинтованы, а сломанная нога зафиксирована. Минхо уснул мирным сном.

2. зонтик над лицом и ящерица в руках.      

жители табакерки.

      Исподтишка наблюдающий Хан сидел на полу, и мял первую попавшуюся в руки ткань, напевая известную только ему мелодию; а наблюдал он за спящим на его кровати Минхо.       Чан строго-настрого запретил трогать его, но запрет оказался провалом. Пришлось просить Чонина. Тот, по-чеширски улыбнувшись, уговорил Чертика посидеть рядом с кроватью, при этом не мешая сну новоприбывшего. Джисон, конечно, недовольно буркнул что-то в ответ, но послушался: первое правило цирка — «слово младшего — закон». Именно поэтому он всю ночь провел со своей резиновой ящерицей в руках, и леденцом в зубах, а не под теплым одеялом в таинственном мире снов.       Лучи солнца проникли сквозь задернутые шторы, и попали не только на лицо Шляпника, но и на мордочку Минхо. Ли, немного сморщившись во сне от яркого света, прикрыл лицо рукой.       — Говорю ведь — он кот, — проговорил шепотом розововолосый, улыбаясь ярче солнца. Недолго думая, Чертик раскрыл свой зонтик, и прикрыл им лицо новоприбывшего от лучей из окна. Несколько раз постучав зубами по «Чупа-Чупсу» во рту, он начал напевать песенку. Мышцы лица Ли расслабились.       В дверь постучали.       — Мне разорваться или что? — недовольно пробубнил Хан и все-таки встал с пола, оставив зонтик над Минхо.       Юноша на пороге был одет в серое, безразмерное худи, и черные скинни джинсы, подчеркивающие худобу ног; темные волосы очень контрастировали с бледным лицом.       — Сынмин-а, — не громко протянул Джисон, улыбаясь и щуря глаза разного цвета. — У меня спящий гость, будь по тише сегодня.       Ким молча прошел в дом на колесах и направился в сторону кухни. Сынмин принес с собой продукты для приготовления лапши — все просто обожали лапшу этого паренька. Чертенок направился обратно к спящему гостю, чтобы держать зонтик над его лицом.       Нехотя распахнув глаза, Лино осмотрелся по сторонам.       — Почему над моим лицом зонтик, Хан? — прохрипел спросонья брюнет, заметив сидящего рядом с кроватью розововолосого парня, держащего этот самый зонт. Минхо понял, что таким образом Джисон прикрывал его лицо от солнечных лучей, чтобы ничего не помешало его крепкому сну. Ли захотел расплакаться.       — О, проснулся? — Чертенок, подняв свой взгляд, сверкнул своими необычно красивыми глазами и ярчайше улыбнулся. Радужки были невероятно чудесными из-за мягких лучей света — они буквально переливались на солнце. Минхо невольно расплылся в улыбке от такого вида Хана, и прикрыл глаза. — Сынмин приготовил нам лапшу, хочешь перекусить? У него самая вкусная в мире лапша! — радостно протараторил младший.       — Да, я не против, — еле заметно кивнул Лино.       Приняв сидячее положение и откинув одеяло, Ли осмотрел свою сломанную ногу. Он не помнит, как ее закрепляли — Минхо был в полусонном состоянии, — но держится она достаточно крепко, хоть и привязали ее к первой попавшейся доске. К счастью, они сегодня с Чаном должны поехать в больницу, чтобы ногу осмотрели и наложили настоящий гипс.       Джисон, иногда поглядывая на Минхо, хлюпал лапшой, сполна наслаждаясь ей. Брюнет, в свою очередь, ел достаточно тихо, смотря на свою ногу, витая в своих мыслях. А ведь он давно так хорошо не спал.       — Кто такой Сынмин, и где он сейчас? — прерывает молчание Хо.       — Это наш друг, — с набитым ртом пробубнил Хан. — Сейчас он, скорее всего, с Хенджином.       — Хорошо, — Минхо опять погрузился в свои мысли, но в скором времени в дверь постучали. Хан, оставив свою тарелку на столе, побежал к двери, а Ли прыснул от смеха.       — Крис! — воскликнул Чертенок. — Какими судьбами? Мы ведь вчера виделись.       — Я хочу проведать Лино, ты не против?       — Конечно, не против, у Шляпника хорошее настроение!       Через секунды две в поле зрения Минхо возник Чан, правда теперь он был одет по-домашнему — обычное черное худи, пижамные штаны в красную клетку, а волосы были слегка растрепаны.       Небольшой осмотр от Бана прошел достаточно быстро для Лино, и слишком медленно для Джисона.       Розововолосому хотелось болтать с брюнетом без умолку, хотелось разделить пачку кислых мармеладок на двоих, хотелось вместе смеяться, и хотелось вместе побегать по домам остальных артистов. Но пришедший Крис все портил. Чертенок молча наблюдал за действиями двоих парней, сложа руки на груди.       Правда вот Хан Черт Джисон никогда не молчал дольше пяти минут. Если не спал, конечно же.       — Лино, — серьезно начал Чан. — Нам нужно съездить в больницу. Сейчас поедешь, или чуть позже? — Хан заметно напрягся, хотя слова предназначены не ему. Минхо, будто почувствовав это, метнул обеспокоенный взгляд.       — Нет, — мягко улыбнулся Ли, все еще держа в руках небольшую бамбуковую миску с оставшимся от лапши бульоном. — Много всего произошло, хочу слегка отдохнуть. Может, завтра съездим?       Джисон перевел взгляд с Минхо на Чана, ожидая реакции на отказ. Зеленая рептилия в руках розововолосого смиренно ждала, когда Чертик вспомнит, что, вообще-то, играл с ней.       — Хорошо, — согласился шатен. — Только не затягивай надолго, договорились? — мужчина поднялся со своего места, направляясь к выходу. Шляпник, осознав, что именно только что произошло, лучезарно улыбнулся и, мимолетно сверкнув глазами в сторону Ли, побежал провожать своего гостя. Лино неслышно выдохнул.       — Хан, — позвал не громко Минхо, как только младший оказался в дверном проеме. Джисон незамедлительно кинул взгляд на брюнета, обращая все свое внимание на него. — Можешь рассказать подробнее о других жителях табакерки?       Чертенок буквально засветился, и от переизбытка эмоций выкинул свою ящерицу в окно. Благо, она была игрушечной, и никуда не убежала.       — Еще спрашиваешь! — воскликнул Шляпник. — Что за вопросы такие глупые? — поерзав на месте и усевшись поудобнее, юноша продолжил, — про кого хочешь первым услышать?       — Чешир, наверное? — слегка наклонив голову влево сказал старший. — Он мне очень запомнился.       — Ой, — слегка удивился Хан. — Откуда ты знаешь это прозвище? — Минхо открыл рот, чтобы ответить. — Ладно, не важно, — и закрыл его обратно. — Ну, а что про него сказать? Он мой самый добрый и прелестный чеширский котик. Самый младший в нашем логове, и его слово здесь — закон.       — А почему?       — Ты видел его глазки? — положительный кивок в ответ. — Как им можно отказать? — недовольно воскликнул Джисон.       — Хорошо, хорошо, я понял тебя, — рассмеялся старший.       — Дальше я расскажу тебе, — задумался младший, осматриваясь вокруг. — О Хванхенджи и Хванйеджи! Они близняшки, никогда не ходят одни — за ручку, или просто друг за другом хвостиком. Они очень милые. Ты еще не виделся с ними, верно? Они достаточно молчаливые: например, Хенджин с Сынмином никогда не разговаривает — они просто лежат вместе, смотрят фильм, или обнимаются. Им слова не нужны, — кажется, что Джисон мог вечно говорить об этих двоих. Но Минхо перебил его.       — Хорошо, я понял тебя, — мягко улыбнулся Ли. — А про Сынмина расскажешь?       — Мне мало известно о нем, на самом деле, — неловко смеется Чертенок. — Крис ничего не рассказывает, а Сынмин всегда молчит. Могу рассказать про Филика! Это я его так называю, — с гордостью протараторил Хан. — Его зовут Феликс. Он такой капризный! Но, на самом деле, я старше его на день. Поэтому он называет меня хеном, — с улыбкой ерзает на месте Джисон. — Думаю, это все, что можно рассказать про него: он капризный, и Шляпник для него хен.       — Вот как, — старший опустил взгляд на свои руки и понял, что все это время сидел с бамбуковой миской в руках. — Ой, Хан-и, мог бы ты отнести в раковину мою тарелку? — протягивая посуду из рук, проговорил Лино и смотрел прямо в глаза Джисона. Они были изумительными и необычными — так и хотелось утонуть в них.       — Конечно, — подскочил со своего места Шляпник, и, забрав миску из рук Ли, побежал на кухню, от чего Минхо прыснул от смеха в кулак. Малыш Джи был слишком милым и светлым для этого мира.

3. стопка книг около кровати развалилась.      

самые трепетные объятия.

      Прошло несколько дней со снятия настоящего гипса. Лино уже прижился. Ему выдали работу — он дизайнер одежды для выступлений, — поэтому, ему хватает денег на обустройку дома. Кстати, для него выделили отдельный фургончик, чтобы он не мешал Хану — теперь Хан мешает ему.       Джисон буквально живет у Минхо в доме на колесах. Столько фантиков от конфет даже у Чертенка в фургончике не было. Шляпник всегда веселит Ли. Они всегда рядом: всегда спят вместе в обнимку, всегда завтракают в месте, всегда вместе ходят в гости к другим артистам, и всегда вместе за кулисами на выступлениях — только если Хану не пора выходить на сцену.       — Лино-хен, — с криком ворвался в их фургон Джисон, от чего Ли вздрогнул. — Пойдем со мной скорее! — юноша с ярко розовыми волосами — Минхо недавно обновил ему цвет волос, — влетел в комнату к старшему.       — Зачем? — с недоумением откладывает книгу сероволосый — Джисон тоже покрасил волосы Лино, так еще и одну прядь в розовый покрасил остатками своей краски, без его ведома. Но Минхо понравилось.       — Мы должны… Нет, мы обязаны побегать по территории табакерки! — воскликнул Хан. — Я мечтал сделать это с тобой. Или ты растопчешь мои мечты? — явно дразнил Чертенок, сделав грустную мордашку.       Положив книгу на стопку других около кровати, старший накинул кофту на зип-локе и пошел за младшим, прихватив вишневый леденец для Джисона.       Выйдя на улицу, Хо был приятно удивлен. Он давно не выходил из фургона ночью, а в ту самую ночь спасения он не заострял свое внимание на небе и улице вокруг. Сейчас он отчетливо видел все эти прелести: куча звезд на небе выстраивались в созвездия вместе со спадающей луной, а на улице не души — только яркие вывески и фонари.       — Лино-я, — позвал Шляпник, подходя ближе. — Ты где там? Потерялся что ли?       — Иду-иду, — проговорил Минхо, аккуратно спускаясь по лестнице. Было непривычно ходить, поэтому он делал это медленно, опираясь на перила.       — Думаю, ты еще не готов бегать со мной, я прав? — немного грустно проговорил Джисон, смотря на старшего.       — Да, — выдохнул Лино. — Думаю, да. Но ты можешь меня покатать, как неделю назад. Хочешь? — Хан кинул взгляд в сторону инвалидной коляски около входа.       — Это так не справедливо, — помрачнел Шляпник. — Почему кто-то может бегать, а кто-то — нет?       — Хей, Чертик, не грусти, — мягко улыбнулся Минхо. — Все будет в порядке, мы побегаем с тобой в следующий раз. Мне нужно привыкнуть к своим ногам, понимаешь?       — Если честно, не совсем, — посмотрел на Ли Джисон с надеждой в глазках разного цвета.       — Я свою ногу не видел более полугода, — тихо посмеялся Лино. — Нужно привыкнуть к ней, и к умению ходить. Точнее, мне нужно заново научиться это делать. Обязательно научусь, и мы побегаем с тобой. Договорились? — протягивая мизинчик, предложил старший. Хан протянул свой пальчик и ярко-ярко улыбнулся.       Они ухватились мизинцами, дав друг другу обещание. Младший пообещал дождаться выздоровления Лино, а Минхо пообещал выздороветь.       Они провели на улице три часа, весело смеясь и ловя не понимающие взгляды людей из окон домов. Джисон показывал окрестности, катая Минхо на коляске, и танцевал перед ним, вызывая его искренний смех. В такие моменты Шляпник всегда гордился собой.       За эти три часа они успели буквально все: полежать на траве, рассматривая звезды; посмеяться с шуток друг друга до боли в животе; спеть их любимую песню; Минхо попробовал походить, опираясь на младшего, а Джисон искренне подбадривал старшего, говоря, что у него очень хорошо получается. Они правда наслаждались обществом друг друга.       Придя домой, Минхо попросил Хана заварить лапшу, и решил попробовать самому дойти до кровати, что у него, к счастью, получилось. Но он задел ногой свою стопку книг. Из-за грохота Чертенок пулей прибежал в комнату, но увидел лишь книги на полу, и сидящего на кровати Минхо. Это был самый искренний испуг, и такое же искреннее облегчение.       — Знаешь, как ты меня напугал? — недовольно воскликнул младший.       — Знаю, — мягко улыбнулся Ли, смотря на Хана. — И это очень мило, что ты сразу же прибежал сюда.       — Знаешь, что? — смутившись, воскликнул Джисон, и убежал обратно на кухню.       — Знаю, — еле слышно проговорил Минхо. Улыбка никак не уходила с его лица, пока он собирал книги обратно в стопку.       После достаточно позднего ужина, Хо решил, что младшему пора спать, и это было видно: он часто зевал и тер глаза, а те, в свою очередь, слезились — поэтому, уложив Джисона на кровать, старший взял книгу, которую не успел дочитать.       Стоит ли говорить, что он опять не успел ее дочитать?       Спустя час или слегка больше, Чертенок резко проснулся, чем очень удивил Ли. Розововолосый повернулся к старшему, сидящему за столом с книгой в руках, со слезами на глазах. Увидев лицо сероволосого — уже ставшее родным, — он начал реветь навзрыд.       — Что случилось? — Минхо взволнованно отложил книгу, ища ответ в лице младшего.       — Ужасный сон, — замотал головой Джисон, хныкая. — Не хочу больше спать. Не хочу!       — Что в нем было? — аккуратно встав из-за стола, Ли подошел к кровати, опираясь на ближайшую мебель.       — Не было, — закрыв лицо руками, Джисон не переставал плакать. — Тебя в нем не было.       — Хей, Чертик, — мягко улыбаясь, Минхо сел на кровать. — Я тут, видишь? Все в порядке, я рядом.       Шляпник, не открывая глаз, приполз к старшему, и трепетно обнял, обхватив чужую талию своими руками, уткнувшись носом в ключицы. Хо тоже приобнял хрупкое тельце. Они просидели так, кажется, целую вечность. Тишина была комфортной, только небольшое гудение холодильника где-то в далеке отвлекало их друг от друга.       — Хочешь перекусить? — как бы невзначай спросил Минхо.       — Пообещай мне, — проигнорировал вопрос Хан.       — Что пообещать?       — Что останешься со мной навсегда. Прошу, пообещай мне.       — Обещаю, Чертик. Я обещаю.       — Мы всегда будем вместе? — спросил Джисон, посмотрев на старшего заплаканными глазами.       — Пока смерть не разлучит нас, — смеясь, дополнил Лино. — Перекусить-то хочешь? — переспросил Минхо, вытирая большим пальцем слезы младшего.       — Хочу, — все еще грустно проговаривает Шляпник, но отпускать не собирается.       В ту ночь они не ложились спать, но пересмотрели любимых Джисоном миньонов, и поели снеков. Джисон никогда не был таким искренним, как в тот день. Но Минхо чувствовал — будет.

4. красная ленточка на руке.      

закулисье.

      Завтра предстояло выступление Джисона — все-таки он был главным артистом цирка, не зря у него сценическое имя Джек, а название цирка «Jack In The Box».       — Хен, у меня выступление завтра, — с невинными глазками напоминает Джисон. — Ты ведь придешь?       — Всегда был, а сейчас не приду? — прыснул от смеха Минхо. Он стоял на кухне и готовил ттокпокки. Его нога уже в достаточно хорошем состоянии, поэтому он был в состоянии приготовить что-то самостоятельно. Но ходил все еще с костылем — было опасно.       — Я так волнуюсь, ты бы знал! — воскликнул Хан.       — Я знаю, какого это, — повернулся старший к Джисону, сидящему за столом. — Я всегда волнуюсь за тебя, когда ты на сцене. Просто покажи им всю свою мощь. Обещаешь?       — Обещаю, хен, — засветился Чертенок. — Обещаю!       Будучи за кулисами, Минхо был помощником стилиста, так как он — создатель аутфитов. Он должен проконтролировать, чтобы все было по его задумке.       Каждый наряд был по-своему ярким, но у Джека, конечно же, выделялся больше всех. Это был слегка измененный классический костюм. На плечах у черного пиджака были достаточно большие подкладки, пуговицы были смещены слегка в право, а цепи украшали карман и плечо. Зауженные брюки были выполнены из эластичного материала, хотя на первый взгляд так и не скажешь — все ради безопасного выступления. Задняя часть вельветового пиджака была удлиненна. Небольшие красные акценты в виде пуговиц и еле заметных полосок на воротнике придавали аутфиту загадочности и гармоничности. На шее должна была быть завязана красная лента — будто он самый дорогой подарок в жизни многих людей. Обувь была с небольшим каблуком, но устойчивая. Хан специализировался на гимнастическо-акробатических выступлениях — делал разного рода прыжки и перевороты, — поэтому надежная обувь и эластичная ткань штанов — очень важные элементы образа.       В специальном шатре для артистов, который был обустроен в качестве гримерки, подготовка к выступлению шла полным ходом. Минхо беседовал со стилистом, обсуждая аутфиты и их маленькие детали. Ли рассказывал о каждом артисте отдельно, параллельно показывая образы, нарисованные на айпаде. Сегодня первое выступление с новыми образами.       Обсудив все, что надо и не надо с коллегами, Минхо не спеша, опираясь на костыль, направился к столу, за которым сидели все артисты, что-то бурно обсуждая. Как только старший был замечен Джисоном, он подскочил со своего места, чтобы помочь дойти. Крис с добротой в глазах смотрел на этих двоих, а Феликс брезгливо осматривал Лино. Как и всегда, в принципе. Не зря ведь его прозвали Червонной Королевой.       — Вы можете хотя бы раз друг к другу не липнуть? — начал возмущаться Феликс.       — На себя с Чанбином посмотри, — пробубнил Хенджин и заставил Филика покраснеть.       — Знаешь, что? — возмущался Феликс, смотря на Минхо, который игнорировал перепалку.       — Нет, не знает, расскажи, — поддакивала Йеджи.       — Ребят, сейчас не время ссориться, — проговорил Крис с мягкой улыбкой. — Берите пример с Лино. Его никак не задело сказанное Филиком.       Усевшись за стол рядом с Джисоном, Минхо молча осмотрел всех присутствующих, которые постепенно возвращались к теме, которую обсуждали. Сынмин увлеченно слушал всех, и иногда тыкал в бок рядом сидящего Чонина, чтобы он перевел то, что он хотел сказать — младший с радостью делал это. В такие моменты они не оставались без внимания Хванхенджи, который сидел напротив Сынмина — он внимательно смотрел за ними и заметно восхищался Кимом, — в глазах сияли звездочки, а мягкая улыбка появлялась не осознано. Филик всегда замечал это странное поведение Хенджи и фыркал, хотя сам в это же время лип к Чанбину, который не участвовал в разговоре, но иногда вставлял свое словечко. Чан всегда соглашался с его мнением — оно всегда было в тему, и правильно сформулировано, а вот Джисон любил опровергнуть слова Чанбина, и всегда очень забавно, чем поднимал настроение абсолютно всем, — даже Червонной Королеве. Йеджи, как и Хенджин, не принимала участия в разговоре, но смотрела на реакции других — анализировала их эмоции, и пыталась запомнить незначительные детали.       — Ну что ж, — когда темы для разговоров исчерпали себя, а время близилось к началу шоу, Крис встал из-за стола, направляясь к Джисону. — Пора начинать, верно? — старший будто обращался только к Хану, но все понимали, что это было сказано всем за этим столом. Поэтому все — включая Чана, — не спеша начали вставать и направляться к своим стилистам и гримерам. Минхо потянулся к костылю, но Чертенок подал его быстрее.       — А ты чего не ушел? — Хо поднял свой взгляд на Шляпника, забирая костыль из рук младшего.       — Мне будет спокойнее, если я увижу, как ты встаешь из-за стола, — мягко улыбнулся Джи. — Тебе помочь?       — Ты такой светлый, Джисо… Хан, — оговорился Минхо и слегка испуганно начал наблюдать за реакцией. Бан ведь говорил не называть его так. Как он мог оговориться?       — Повтори еще раз, — спустя минуту или две сказал младший.       — Что?       — Повтори еще раз мое имя.       — Джисон, — с вопросительной интонацией проговорил Ли, все еще наблюдая за реакцией.       — Мне нравится как оно звучит из твоих уст, — констатировал факт Шляпник. — Называй меня так чаще, пожалуйста.       — Хорошо, приму к сведению, — слегка кивнул Минхо.       Что это сейчас было?       — Так тебе помочь? — напомнил о своем вопросе Хан.       — Нет, но можешь подстраховать, — мягко улыбнулся старший. Чертенок кивнул.       Медленно, опираясь на стол, сероволосый встал — было не привычно чувствовать свою ногу, но он делал успехи в реабилитации. Засунув костыль себе подмышку, Ли, опираясь на него, подошел к Джисону, и, игриво улыбнувшись — словно кот, — приобнял младшего одной рукой за плечи.       — Спасибо, что так заботишься обо мне, — сказал Лино куда-то в шею.       — Если честно, я хочу заботиться о тебе всю свою жизнь, — смущенно проговорил розововолосый. — Сломаю в ответ всех, кто сломал тебя.       — А? — недоуменно отстранился от младшего Минхо, посмотрев ему в глаза.       — Ты ведь позволишь мне защищать тебя?       — Да, — не совсем внятно согласился Ли.       — Почему у тебя такие красные уши? — поднял бровь Хан.       — Ты мне только что признался в любви, — констатировал факт сероволосый.       — В любви? — не совсем понимая про что говорит старший. — Что это?       И тут в голове Минхо сложился огромный паззл, для которого не хватало одной маленькой детали.       Джисон тупо не знал что такое любовь. Ему никогда не говорили, что его любят. Никогда не говорили, что ценят его. Он не получил этого в детстве, не привык, не слышал такого — для него это пустые слова.       Но он понимает, что его любят. Понимает, что ценят и всегда ждут. Он понимает это через поступки — так ему показал Бан Чан, приютив его и исполнив его мечту — открыть свой цирк, чтобы раздавать другим людям хорошее настроение и позитивные эмоции.       — Неважно, Джисон-и, — улыбнулся Хо, опять притягивая младшего к себе. — Совершенно неважно.       Время выходить на сцену.       Лино впервые увидел Хана в наряде, который он создал. Это было невообразимо.       — Хен, это замечательно! — воскликнул розововолосый, когда подбегал к старшему.       — Я рад, что тебе понравилось, — рассмеялся Лино такой реакции.       — Шляпнику очень понравилось, — заверил Чертенок. — Он хочет ходить в этом всю свою оставшуюся жизнь!       — Ты такой милый, — прыснул в кулак Хо. — Но тебе пора выходить.       У Джисона было завершающее выступление, а после, он должен был представить всех артистов, что выступали на сцене.       Чертенок крышесносно выступил, как и всегда. На некоторых трюках он порхал, как бабочка, а в других — был самым тяжелым камнем, если это требовалось. Трюки в воздухе — совершенно другой разговор. Он и правда будто летал, когда выполнял акробатические движения, держась за ленты. Хоть для этого нужна неимоверная физическая подготовка, Джисон показывал это так, будто это проще простого, а зрители удивленно хлопали.       Его выступление подошло к концу. Чанбин, дуэт Хванхенджи & Хванйеджи, Крис, Айен, Сынмин и Филик вышли. Чешир вышел вместе с белым микрофоном, который в итоге оказался в руках у Чертика.       — Спасибо, что присутствовали сегодня, — с легким энтузиазмом проговорил розововолосый. — Для вас выступали: дрессировщик Крис, силач Чанбин, акробатический дуэт близнецов Хван, фокусник Филик. А в перерывах с вами был Айен и Сынмин. Спасибо, что так тепло приняли нас! — артисты взялись за руки и, одновременно подняв, поклонились. Через секунды две или три, музыка стала чуть громче, поэтому они начали пританцовывать в такт, а зрители хлопали им.       Минхо тоже хлопал им за кулисами.       Джисон, вбежав в шатер-гримерку, наткнулся на Лино. Он поспешно начал развязывать ленту на своей шее, чувствуя непонимающий взгляд старшего.       — Протяни руку, — протараторил запыхавшийся Чертенок, когда снял красную ленточку. Минхо послушался. Через несколько секунд эта лента оказалась привязана к запястью Ли. — Спасибо тебе, что всегда поддерживал меня, и за то, что создал эти прекрасные наряды всей нашей группе. Мы тебя очень ценим, — искренне говорил Шляпник, смотря прямо в глаза старшему, держа его за руку. — Наверное, ты чувствуешь себя лишним, находясь в закулисье, но без тебя мы бы сегодня не выступили. Спасибо тебе, Лино-хен. Огромное спасибо.       Сероволосый, не выдержав нахлынувших эмоций, отбросил костыль и обхватил двумя руками тело Джисона. Кажется, теперь он никогда его не отпустит.