Судьба всегда сводит тех, кто должен встретиться

После этого разговора, Давид действительно стал спокойнее. Конечно, менее раздражительным он не стал, но срываться на Наде перестал. Когда его окончательно выводили на работе, то он просто приходя домой обнимал своего совёнка, целовал и просил его пока не трогать. На дворе стоял май, об отсутствии Нади дома так никто и не беспокоился. У белоруса был выходной, время близилось к обеду, пара всё ещё лежала в кровати. Спокойствие нарушил телефонный звонок. Мужчина ответил. Кажется, звонили с работы. Раз уж полежать всё равно не дают, Надя тоже встала с кровати, начиная убирать бардак, который они оставили в комнате накануне вечером. Мужчина разговаривал по телефону уже на повышенных тонах. В конце концов громко и с психом послав кого-то на три всем известные буквы окончил разговор, и с криком "Пидорасы", с психу кинул телефон в стену. Вот только не рассчитал, что телефон может отрекошетить и прилететь в стоящую не далеко Надю. Удар пришёлся прямо в живот. Девочку скрутило от боли. Давид тут же подбежал к беременной девушке. Пятно крови на голубых домашних штанах увеличивалось с каждой секундой. Надя кричала от боли и не понимания, что происходит. Дальше скорая, врачи, больница, операционная и реанимация. Они потеряли ребёнка. По его вине. Девушка в силу не крепости психики, в 16 лет, начала сходить с ума. За 10 минут она четыре раза просила, чтобы Давид был рядом с ней, но стоило ему придти и сесть рядом, как она начинала кричать, что ненавидит его и не хочет больше никогда видеть. Врачам ничего больше не оставалось, как заколоть её психотропными препаратами. Почти трое суток она провела либо в состоянии сна, либо в состоянии овоща, который не может соображать. Мозг полностью был отключен. Давид все трое суток провёл рядом с ней. Спал сидя на стуле и отходил только в туалет. Практически всё время держа её за руку и повторяя одно и то же: - Маленькая моя, я тебя очень сильно люблю. Прости меня, пожалуйста. Я правда не хотел, не хотел чтобы так получилось. Я виноват. Я не должен был. Если есть хоть какой-то шанс, что ты восстановишься и всё будет как раньше, я тебя не отпущу никогда. Я ни то что на тебя кричать, я рядом с тобой даже голос не повышу. Пожалуйста, малыш, ты справишься. Я люблю тебя, солнышко. У нас ещё обязательно будут дети. У нас всё будет хорошо. Он плакал. Даже нет. Он ревел. Все трое суток. За это время он поел в лучшем случае пару раз. И... Она пришла в себя. В полном здравии физическом и психическом. Но больше она его не помнила. Не помнила тот год, который они провели вместе. Не помнила даже его имени. И уж тем более, что ждала от него ребёнка. Психиатры запретили Давиду подходить к ней и вообще как-то связываться. Иначе психика может сыграть злую шутку. И больше уже ничего нельзя будет сделать, кроме как закрыть её в белой палате рядом с Гитлером и Наполеоном. Долгие два месяца работы психиатров и психологов... В конечном итоге в Надиной голове осталась история, как её сбила машина и из-за сотрясения головного мозга она потеряла память - год жизни. Наши дни. За несколько месяцев до знакомства Нади и Давида. Денис зашёл в гараж к белорусу. - Я её встретил... - Замечательно, очень рад за тебя. Но если хочешь донести до меня какую-то информацию, уточняй пожалуйста, кого ты встретил. - Надю... Белорус недоверчиво посмотрел на друга, но воспоминания и боль, которую он причинил и ей, и себе всё же заставили сесть. Прямо на бетонный пол гаража. - Где и как? - Да она давно уже с моей общается. Просто я всё никак не решался тебе рассказать. - И что тебя сподвигло сказать это сейчас? - Да у неё там проблем дохера. И помочь хочется, вспоминая, через что она прошла... И не знаю, как быть. А разговаривать мне об этом больше не с кем. - И она тебя не вспомнила? - Какой там, я за эти четыре года растолстел как не знаю кто... - Может и меня не вспомнит? - Ну и куда ты? Даже если не вспомнит, напомню, что ты уже три года как женат на другой и сыну у тебя два года. - Я ж не лезть к ней собираюсь... А просто общаться. - Душу себе травить? - Душу травить... Может мне легче будет, если я хотя бы просто буду с ней общаться и помогать. Зная, что с ней всё в порядке. Как она вообще? - Да как... Живёт с братом, не сильно далеко от тебя, кстати... Работает в магазине... Был у неё там какой-то козёл, который в долги вогнал и свалил по тихой грусти. Че рассказывать... Взрослая стала. Тогда то она совсем девчонкой была. - В каком магазине? - Белорус, не дури. - Я даже разговаривать с ней не буду, если так переживаешь. Просто хочу её увидеть. - По Ленина, возле кафе "Лилит". - Когда то мы там с ней сидели, в этом кафе... Когда то... - Но будь аккуратнее. Может фляга то и не полетит, выросла уже, времени столько прошло. Но в любом случае для неё это будет тяжело. Белорус всё таки поехал в этот магазин. К девчонке он близко не подходил, но всё же, в силу обязанностей, она сама подошла к нему. - Здравствуйте, вам что-то подсказать? - Нет, спасибо, я... Я сам. Она ушла, а на его глазах появились слёзы. Ему ничего не оставалось, как просто уйти из магазина. Но он чётко знал, что не отступится, тем более, если она его не узнала, то он ещё может попробовать начать всё заново. Вот только... Только он женат. Давид вышел из магазина и набрал Дениса. - Дэн, пожалуйста. Можешь сделать так, чтобы мы с ней хоть иногда пересекались? Я правда по ней очень скучаю. - Она тебя видела? - Да... - И никак не отреагировала? - Просто подошла спросила нужно ли что-то подсказать и всё. - Ладно... Она на выходных инструменты хотела взять, там у неё с машиной проблемы. Если хочешь, могу сказать, что инструменты в гараже, там и пересечетесь. - Машинами начала заниматься... Точно моя девочка... Давай так. В итоге, в свои выходные Надя приехала за инструментами в гараж, где и познакомилась с белорусом второй раз в жизни. Нет, она его не узнала. Не вспомнила. И снова обращалась к нему на "Вы".