потерпи немного

Утро и я как всегда встала не с той ноги, вставала я достаточно быстро, как и привела свои волосы в порядок, отец ещё сидел на кухне, общаясь с Коннором, делал мне и себе кофе и завтрак. Я зашла на кухню и прочувствовала какую-то необъяснимую тяжесть во взгляде отца, смотрел он так на меня только два раза в жизни, первый раз когда я плакала из-за какого-то старшеклассника, а второй.. Я не особо помню его. — Мэри, меня начинают смущать твои картины, точнее их смысл, который ты пытаешься передать через них. — я никогда не показываю свои эмоции, особенно отцу, но в этот раз внутри меня всё рвалось, всё сгорало, я поняла, поняла что за картину он увидел.. Он понял что на ней. — Пап, ты о чём? — я максимально сильно старалась не подавать виду, но он всё понял. — Я о твоих картинах Мэри, может тебе стоит обратиться к психиатру? Я знала о том, что он ни имел ни малейшего понятия о том, что я уволилась и хочу жить искусством. — Пап, у меня заказали такую картину. Конечно же чёрт побери у меня никто не заказывал такую картину, эта композиция моих грёз. Хэнк прищурился, якобы давая понять, что не сразу поверил моим словам. Но в тот же миг, он расслабился и повернулся снова к плите. Я знала, что надо обязательно сказать ему о увольнении, но я так боялась. Поэтому, мне показалось отличной идеей заговорить с Коннором, хотя бы из вежливости. В ту же секунду, я села напротив Коннора с вопросом. — Коннор, вы легко определяете девианта? — казалось, что он не ожидал такой вопрос. — Нет, моей программе сложно понять кто передо мной, девиант или нет. — А вы сами, кем себя считаете? — Я улыбнулась, зная его ответ. — Я просто разумная машина, я не могу быть девиантом. Я приподняла брови, всё так же улыбаясь и рассматривая глаза андроида. — Как скажете, машина Коннор. — Я закрыла глаза, наслаждаясь приятным запахом дорогого кофе. Я опять погрузилась в свои мечты, грёзы. Краем глаза я заметила, что диод Коннора стал жёлтым, я знаю что это не подобает машине, машине нельзя испытывать эмоции, но я снова закрыла глаза погрузившись в свои мысли, отвлёк меня отец тем, что расставил тарелки с едой и чашки кофе.