Lumière et ombre

Селти достала из кармана ла"криму и вздохнула, вновь не решаясь позвонить кому-либо из своей бывшей гильдии. Вот уже два месяца она путешествует, исследует все глубины своей магии убийц богов и старается примириться с ней, вновь начать колдовать. Эрик, развалившись на шезлонге, взял солнцезащитные очки, которые до этого бесполезно цеплялись за вырез футболки, и нацепил их на лицо, сложив руки за затылком. — Они скоро снова сами позвонят, не мучай себя. — Лениво сказал Кобра, потягиваясь, наслаждаясь тем, как солнечные лучи падали на его обнаженный, уже загорелый торс. Грайв неловко огляделась, заметив, что на пляже, кроме них, почти никого больше не было. Сейчас в Фиоре неспокойные времена. Линда, почти безостановочно, продолжает закидывать соседнее Королевство ограничениями, а Короля — претензиями. Особенно пристально брюнетка смотрела трансляции из Десера, где Линда гордо показывала всем своих драконов. Особенно часто того черно-красного, Каннибала. Эрзалион обвился вокруг ноги убийцы богов и потерся о бок головой, довольно заурчав. Как же он был счастлив, когда его мать, спустя неделю путешествия, начала вновь общаться с ним и даже трогать! «Частичное исцеление» прошептал по секрету тогда ему Эрик. Линда, кажется, даже не боялась показывать своего сына, который сейчас был подростком лет одиннадцати и очень, очень похожим на её собственного брата. У мальчика была невеста, Хоуп, девочка лет двенадцати. Королева Десера, позволяя вести прямую трансляцию своим журналистам, подарила сыну амулет, с помощью которого мальчик смог вызвать маленького дракона, блеклого серого цвета с золотистыми глазами. — Ощущение, будто у всех вокруг меня есть драконы, а у меня нет. Я убийца драконов, в конце концов. — Пробормотал Кобра себе под нос, увидев, как его бывший надзиратель просматривает, в который раз, запись с Линдой и её драконами, Кейлет и Дорвес, единственные драконы-девочки из большой коллекции крылатых зверей Кегли-Гнады. — Видишь, я же говорил. — Убийца ядовитых драконов схватил ла"криму, которая слегка вибрировала и сияла мягким белым светом, что могла означать только то, что парню кто-то звонит прямо сейчас. — Эй, Эрик. — На стеклянной поверхности появилось изображение Аурелии, которая откинулась на спинку кресла, неосознанно копируя позу своего парня-бывшего темного мага. — Где вы сейчас? — Шатенка прищурилась, будто стараясь разглядеть пейзаж за поднявшимся в сидячее положение Коброй, но всё, что она могла видеть, это солнце, яркое и греющее, и линию голубого моря. — Где мы сейчас, Селти? — Эм, где-то…? — Слышала мою наставницу? Прямо сейчас мы где-то, потрясающее место, советую тебе и Милли посетить его. Селти села на шезлонг рядом с другом и уставилась на линию горизонта, где начала появляться красная полоса закатного солнца. Сердце сжалось от того, насколько этот цвет напоминал волосы Эрзы. А основная часть неба ещё была золотисто-желтой, прямо как глаза Элиан. Сколько там прошло с пропажи волшебников? Ах да, все два с половиной года, но Грайв уже столько перенесла, будто пропажа произошла не менее десяти лет назад. Временами меланхоличное настроение нападает на Теневую и она задумывается о своей жизни. Что она делает и зачем. Чем живет и дышит. Какой вообще смысл во всём этом без Эрзы и Элиан рядом? Брюнетка усмехнулась, неожиданно вспомнив про своих родителей. Ну, всех троих. Мать, отец, которому наставили рога, и биологический отец. Эллен Грайв, Эллиот Грайв и Форбант Лайт. Трое людей, которые должны любить её, но вместо этого… получилось то, что получилось. Девушка, кстати, смогла выяснить, что именно произошло с отцом, которому наставили рога. Эллиот, счастливый от новости, что жена родила дочь, пошел в бар с друзьями и напился. И умер от алкогольного отравления. Ну, он скончался не в самом баре, а уже дома, спустя несколько дней. Что интересно, что это произошло прямо в тот день, когда Эллен выписалась с больницы с темноволосой новорожденной, которую назвала Селти, и дала любимому мужу бутылку пива. Такую же судьбу постигла и мать Элиан, Асторию Лайт. Форбант был её мужем, и, как и законным, так и биологическим отцом Элиан. У Астории были сложные роды, она рожала дочь почти что десять часов, и врачи отказывались как-либо облегчать ей эту задачу, сказав только, что женщина должна справиться своими силами. И она справилась. Правда, умерла спустя несколько дней во сне, почти что сразу после того, как Форбант пришел навестить бессознательную от усталости жену и новорожденную дочь. В официальном медицинском заключении написано, что причиной смерти является осложнение после родов, и уголовное дело не стали возбуждать. Форбант и Эллен, проиграв судебное дело Джуду, который, представляя интересы Селти и её с Элиан общего бизнеса в суде, будто превратился в цербера и расщепил на атомы все их доводы и доказательства, потерялись за горизонтом, скрываясь от своих обязанностей, возложенных судом.

-------------------------

Линда, проведя рукой по своему красному плащу, расшитому золотыми нитями, протянула ладонь к крылатому зверю перед собой и расположила её прямо между огромными ноздрями, поглаживая горячую, твердую чешую. Дорвес «Быстрая смерть» была самой нежной из всех её драконов. Такая добрая, ласковая, всегда ищет внимания хозяйки её, как и остальных семи драконов, амулетов. Линда подняла глаза наверх, где рассекал воздух своими гигантскими, жилистыми крыльями Аего «Бронзовая ярость», рядом с ним Каннибал «Угрожающая кличка даже не нужна» и Кейлет «Золотой смерч». Души Куталиона «Кровавый змей», Врикноила «Уничтожитель Всего», Егнолла «Сжигающая Ярость» и Вифигана «Смертельная гора» пока были запечатаны в их собственных амулетах, висевших на шее Линды, которые она ревностно охраняет. Она повернула голову, услышав шум позади себя, но так как Дорвес, несмотря на свой нежный характер, всегда такая опекающая не бросилась в атаку, Королева поняла, что этот кто-то, пришедший на поляну её драконов, был другом. Силуэт, пробирающийся сквозь деревья и высокую траву, выпавший к Линде и Дорвесу, был придворным волшебником семьи Кегля-Гнада, Демион, который и помог ей заполучить драконов. Пусть Демион, один из сильнейших волшебников Десера (не то чтобы получить эту должность сложно, учитывая процент магов в Королевстве, а это, из 100% населения, где-то только 5% имеют магические способности) и не нашел пещеру, а это сделал её брат, он сразу же почувствовал древнюю магию. Драконы. Как и она, впрочем, почувствовала, как только Лэндон привёл её туда. И действительно. В этой пещере оказались похоронены тела древних драконов вместе с их душами, которые Демион и смог привязать к специальным амулетам. Пусть немного не по собственной воле. Именно с помощью них Кегля-Гнада может управлять этими драконами, приказывать им, не боясь быть сожженой заживо. Линда может, просто взяв один из амулетов в руку, выпустить на свободу дракона, которого хочет, на определенное время, конечно же. Она так же заставила Демиона создать из костей драконов настоящие тела для её новых рабов. Линда отряхнулась, когда Дорвес дыхнула на неё и, подтолкнув мордой в живот, улетела к двум другим драконам в небе. Кегля-Гнада решила позволить им порезвиться ещё немного на свободе, а потом пора обратно в амулеты, где им самое место. Королева Десера рассмеялась, когда впервые услышала, что у Фиора тоже есть свой дракон с наездником. Какой-то маленький малыш, который даже не может сравниться своей «активной формой» с её зверями, не представляет для неё никакой угрозы. Никто и никогда не сможет стать для неё угрозой, темболее какая-то безымянная для неё малолетняя девчонка из другого Королевства, которое она планирует поработить и подстроить под себя. Жители Десера не станут чем-то большим, чем просто пешкой или инструментом для достижения её цели. Единственные, кем Линда взаправду дорожила, искренне и сильно, это её семья, брат и сын. Если бы не какое-то странное проклятие, вследствие которого она постоянно теряет детей, людей, олицетворяющих своим существованием её слабость, было бы гораздо больше. Может и к лучшему, что ребенок только один. С одним только Джошем бывает сложно. Ее маленький мальчик, темноволосый ангел, так сильно похожий на своего дядю, устраивал много проблем. Мучал животных, издевался над слугами, мешал им работать. Но он всё равно остаётся её милым сыночком, который заслуживал всего только лучшего. Королева Десера не считала Хоуп, невесту Джоша, тем самым «лучшим» для него. Девчонка была своенравной, но любила пакостить с женихом, они быстро нашли общий язык, устраивая шалости по всему замку. Это были именно шалости, даже если после них у нескольких слуг были обожжены пальцы. Хоуп была из голубых кровей, дочь одной из самых благородных и богатых семей Десера, иметь её родственников в качестве верных союзников в том, что она планировала для Фиора, было бы ой как кстати. Засунув драконьи души обратно в их, индивидуальные для каждого, амулеты, а тела автоматическим образом исчезли, Линда села в карету и поехала в сторону своего Замка. Красный Замок, названный так из-за того, что слуги часто физически страдали в нём из-за небольших шуток Джоша. И, конечно, свою долю в изобретении названия для королевского Замка сыграли мертвые животные, туши которых часто находили в своих постелях слуги. Но это было совершенно безобидно и темболее все знали, что обращаться с жалобами к Королеве бесполезно. Она сильно любит своего сына, как и должна делать каждая мать.