Я - испытательница

Здравствуйте. Меня зовут Саманта. Я работаю в NASA. Нет, я ни разу не летала в космос; но то, что наши астронавты благополучно туда взлетают – это, в числе прочих, и моя заслуга. Я – испытательница космического снаряжения; благодаря мне (и таким, как я) наши отважные парни (и не менее отважные девушки, конечно же) могут покорять Вселенную в безопасности и с комфортом. – Привет, Саманта! Мэг – моя помощница, специалист по космической медицине и просто умница. – Привет, Мэг. – Я бросила свою куртку на кресло. – Что у нас на сегодня? – Костюм для длительных полетов. Новейшая разработка в рамках проекта «Артемида». – Хм, интересно. – Кстати, советую перед испытанием принять душ и опорожниться. В назначенное время я уже была в испытательном зале. Здесь находилась цилиндрическая испытательная капсула, закрепленная в карданном подвесе. Возле постамента подвеса сидел на стуле Рей – инженер, специалист по аэрокосмической технике. – Очаровательно выглядишь, Сэм! – Рей привстал, приветствуя меня. – Спасибо. – Я бросила куртку на скамью. – Мэг еще не пришла? Пока она не явилась, может быть, ты введешь меня в курс дела? – С удовольствием. Как ты, наверное, слышала, при длительных полетах часть экипажа предполагается погружать в медикаментозный сон при помощи особых препаратов – так они потребляют меньше пищи и кислорода. – Я слышала об этом. Но в чем же моя задача? – Необходимо испытать костюм, в котором будут спать астронавты. Вот он, кстати. Поневоле мои глаза расширились. «Костюм» представлял собой нечто вроде мешка из плотной ткани цвета электрик, с многочисленными карманами и вшитым в районе груди монитором. – В ткань костюма, – продолжал Рей, – вшиты массажные элементы для предотвращения пролежней и деградации мускулатуры. Предусмотрены необходимость питания, водоснабжения, вывода, эээ, отходов... – Послушай, Рей! У вас там в отделе разработок все с ума посходили?! – Какие проблемы, Сэм? Тебе что-то не нравится? – Мне все не нравится! Почему этот «полетный костюм» смахивает на какой-то гребаный БДСМ-девайс?! Можешь мне объяснить?! – Что у вас тут происходит? Мэг стояла на пороге, опершись рукой об косяк. – Маргарет, – обратилась я к ней, – можешь ли ты мне объяснить, что все вот это значит?! Бросив взгляд на меня, на Рея, затем на лежащий на скамейке костюм, Мэг снисходительно улыбнулась. – Тебя что-то смущает? – с невозмутимым видом произнесла она. Я уже собиралась выложить Маргарет в лицо все, что я думаю о ней и ее коллегах, а также инженерах из отдела разработки, но Рей меня опередил. Встав со стула, он подошел к Мэг и вполголоса объяснил ей суть моих претензий. По мере его рассказа Маргарет улыбалась все шире, пока наконец не расхохоталась от души. – Не понимаю, – я уперла руки в бока, – чего тут смешного?! – У тебя... – Мэг лалонью вытерла выступившие на глазах от смеха слезы, – реально такие ассоциации?.. Сэм, может, тебе стоит сходить к доктору?.. – Ты по-прежнему считаешь, что это смешно? В таком случае, ты сейчас сама отправишься к доктору... – Я шагнула вперед, закатывая рукав блузки. – Нет, не считаю. – Маргарет сразу посерьезнела. – Скажи, Сэм, честно: когда у тебя было последний раз? – Эээ... Какое это вообще имеет значение? – Если бы ты почаше уделяла внимание своей, скажем так, личной жизни, может быть, тебя бы не волновало мнимое сходство снаряжения с какими-то там девайсами. В конце концов, ты же не протестовала против ректального зонда для измерения температуры... – Это... другое... Мэг, нахмурясь, отвернулась и некоторое время рассматривала стену. – Знаешь, о чем я сейчас подумала? – сказала она наконец. – Я где-то читала, что если бы современной комиссии, принимающей космические корабли, пришлось осматривать «Сатурн-5» с «Аполлоном», она ни за что не допустила бы ее на взлет из-за отсутствия многих систем, ныне считающихся обязательными. Вообще, если следовать всем современным инструкциям, впервые запустить человека в космос удалось бы только в восьмидесятых. А наши ребята летали туда – с минимумом аварий! Все благодаря высочайшему профессионализму самих пилотов и тех, кто им помогал – инженеров, техников, медиков... и наших коллег – испытателей. – Сделай одолжение, не льсти... – Говорят, – продолжала Мэг, – у Шеппарда, по мнению специалистов, шанс вернуться живым был меньше сорока процентов. Он мог бы отказаться – никто бы ему и слова не сказал. Но он согласился, хоть и знал, что рискует. Как думаешь, почему? Он понимал, что кто-то должен быть первым. И он доверял тем, кто готовил его беспримерный полет. Вот такая штука... Мэг замолчала. Я уже было заготовила слова, исчерпывающе описывающие суть инженеров, разрабатывавших этот костюм, а также содержащие ряд мнений о их сексуальной жизни и жизни их родных в прошлом и будущем – но после филиппики Мэг все эти слова куда-то пропали. – Твоя взяла... – Я принялась расстегивать блузку.